Эксплеты. Совет Девяти - Ирина Фуллер

Омарейл кивнула. В его словах был смысл, поэтому они принесли ей долгожданное успокоение.

– Тогда ради нашего общего блага, – произнесла она твердо, – на Совете сделайте все возможное. Мы с Дарритом многого добились, но во время голосования все будет зависеть только от вас.

Принцесса посмотрела на собеседника, и он серьезно взглянул на нее.

– Ваше и мое будущее будет зависеть только от вас, – весомо произнесла она.

Они вышли к небольшому зеленому пруду, тонущему во мраке, но освещенному парой десятков факелов.

– Что-то я не пойму, – произнесла она, убивая очередного комара, севшего на ее шею, – в чем именно заключается удовольствие от рыбалки?

И затем она шлепнула себя по руке.

Мужчинам удалось собрать неплохой улов, они все были возбуждены и радостно смеялись, когда очередная рыбешка оказывалась в ведре. Рядом стоял столик с угощениями, слуги подносили бокалы с вином, и под этот напиток рыбалка, кажется, шла еще веселее.

Только Омарейл сидела в кресле, которое поставили для нее посреди лужайки, и, кутаясь в плед, наблюдала за всем этим с выражением величайшей скуки на лице. Она понимала рыбалку как средство добычи пропитания. Но как развлечение?

Она убила еще одного комара.

– Скажите, добрый человек, – обратилась она к слуге, который склонился к ней с подносом в руках, – как долго это будет продолжаться?

Тот чуть улыбнулся:

– Полагаю, не более получаса, госпожа.

Принцесса с благодарностью кивнула и взяла предложенный сэндвич с огурцом.

Прочие развлечения были, к счастью, оставлены на следующий день. После рыбалки гостей проводили в их комнаты, где Омарейл хотела просто упасть на чистые простыни и расслабиться. Но пока она расчесывала волосы, в дверь постучали. Поблагодарив судьбу, что она еще не переоделась, принцесса открыла.

– Госпожа Даррит, – молодой слуга учтиво поклонился, – вас ожидают в библиотеке. Позвольте, я провожу.

В небольшом помещении с кожаными креслами и несколькими стеллажами, полными книг, ее ждали Белория и Даррит.

– О, у нас собрание? – голос ее отражал явное отсутствие энтузиазма.

– Вы сами обозначили крайне скромные сроки для решения конфликта с историей в несколько десятилетий, – отозвался Даррит и жестом предложил ей сесть. – Теперь мы должны определить принадлежность Лимпы, и сделать это так, чтобы это всех устроило.

– Вопрос серьезный, и у нас есть несколько идей, Мира, – поддержал его Белория, – которые мы хотели бы обсудить.

Она устало вздохнула. С удовольствием опустившись в кресло, взмахнула рукой – жест, означающий, по ее мнению, готовноcть слушать.

На самом деле, она очень хотела спать, усталость давила на плечи. А мужчины начали обсуждать ну очень скучные вещи. Они с такой серьезностью подошли к вопросу, что, если бы не сонливость, Омарейл обязательно саркастично прокомментировала бы все их высказывания.

Она проснулась оттого, что наступила тишина. Взглянув на часы, отметила, что двое ее сообщников спорили более сорока минут. И вот, очевидно, наконец они заметили, что принцесса уснула. Или, может быть, пришли к какому-то решению.

Однако, судя по их воинственным позам, мужчины были далеки от консенсуса.

– Что ж, спасибо за плодотворное обсуждение, – сказала Омарейл, поднимаясь. – Я так понимаю, что пока что ответа у нас нет. Как говорится, хорошие мысли просыпаются с солнцем. Давайте уже завтра…

– Мы, вообще-то, задали вам вопрос, Мира, – недовольно отозвался Даррит, – какая из идей кажется вам более подходящей?

Принцесса, которая уже была на полпути к двери, в задумчивости остановилась.

– Если честно, ни одна не пришлась мне по душе, – отозвалась она искренне.

– Может быть, потому что вы проспали все обсуждение?

– Может быть, Норт! Может быть. Знаете что, позвольте мне самостоятельно решить этот вопрос.

О, она видела, как Даррит и Белория хотели возразить. Как оба не хотели оставлять такой важный вопрос на ее усмотрение! Это только разозлило Омарейл.

– Разве не я должна доказать, что могу быть мудрой Королевой? – подняв бровь, уточнила она.

– Насколько я помню, формулировка была несколько иной, – вкрадчиво начал Даррит.

Белория же, похоже, решил отмолчаться, справедливо полагая, что тогда принцесса спустит всех собак именно на Норта.

– Или вы двое считаете, я не справлюсь? – грозно поинтересовалась она, игнорируя последние слова. – Что мне не по плечу эта задача?

Глядя поочередно то на Белорию, то на Даррита, Омарейл убедилась, что никто не был готов вступать с ней в спор, и вышла из библиотеки. «Пускай негодуют», – подумала она. Оба демонстрировали поддержку, открытость и искренность, но, когда дело дошло до чего-то серьезного, решили, что она слишком наивна, глупа и бестолкова.

Рассерженная, она легла спать, но теперь сон не шел. Мысли крутились вокруг Лимпы. Ближе к утру одна, самая назойливая, прочно засела в ее голове, и принцесса забылась беспокойным сном.

На завтрак Омарейл вышла в платье настолько светлого оттенка серого, что его можно было бы принять за белое. В нем, с аккуратно заплетенными волосами, она казалась самой себе прилежной и правильной студенткой университета Лебрихана. Она видела там таких девушек: идеальные наряды, идеальные прически и умные глаза.

Все гости уже собрались в столовой, поэтому, выпив немного кофе, Омарейл привлекла всеобщее внимание, откашлявшись. Неспешные, тихие утренние разговоры прервались.

– Господа, – торжественно произнесла принцесса, – я хотела бы представить вам свой план относительно деревни Лимпа.

Она увидела встревоженные взгляды Белории и Даррита и мстительно подумала: «Так вам и надо». Немного напряженного волнения пойдет им на пользу.

Все присутствующие за столом с готовностью сосредоточили свое внимание на девушке.

Омарейл встала и начала расхаживать по комнате.

– Насколько мне известно из документов, деревня Лимпа никогда не принадлежала ни одному из городов. То есть мы не можем определить ее принадлежность исторически. Но каждый город мечтает заполучить ее в свои владения. Любое искусственное проведение границы будет расценено второй стороной как несправедливость. Но еще большая несправедливость заключается в том, что Лимпа чахнет без должного внимания со стороны Патеров.

Планта кивал в такт ее словам, Таммит, сложив руки, с интересом слушал. Принц Алоис старался делать вид, что все это очень занятно, но пудинг все же выигрывал перед выступлением Омарейл. Бранта и Фонтен демонстрировали любопытство более искренне.

– Поэтому мне пришла в голову мысль: почему бы не сделать Лимпу переходящей?