Деллин Шторм - Ольга Пашнина

   - Надо же, какая забота! – ехидно протянула принцесса. - А дракоша знает, как лихо ты умеешь их разделывать?

   Я застонала и вжалась в стену, это была уже инстинктивная попытка спрятаться от вездесущей Изабеллы. Где-то наверху угрожающе затрещали разряды тока. Я не смогла справиться и с усталостью, и с эмоциями, и с магией.

   - Делл. Надо успокоиться. Надо поспать.

   - Я не могу. Не знаю, что делать.

   Вокруг постели вспыхнуло пламя. Красное, огненной завесой вставшее на пути Изабеллы. Теперь ее голос почти не слышался, лишь отдельные, будто принесенные эхом, слова. Я удивленно подняла голову.

   - Призраки не любят огонь и воду. Она не решится зайти за огонь.

   Нам он не причинял никакого вреда, а вот Изабеллу скрывал за пляшущими языками. Я поняла, что меня все ещё трясет. Страх прочно поселился в сердце: казалось, в любой секунду полный ненависти голос снова ворвется в голову.

   - Не плачь. С этим мы тоже справимся. Уже столько пережили.

   - Я никогда не грубила клиентам. Никогда не ссорилась с другими девочками на работе. Сутками сидела у мамы и надеялась, что она выздоровеет. Откуда это все во мне? Откуда такая жестокость? Почему я столько натворила? Оно ведь сидит где-то внутри. Не Акорион создавал себе свиту из мертвых девушек. Не он проклинал их семьи. Не он издевался над их родными, когда было скучно. Он только показывал дорогу, но шла-то по ней я.

   - Не ты. Ты давно расплатилась по всем ее счетам. Принцессы просто обезумели, быть призраком непросто. Вспомни то время, когда им был я.

   - И ты мечтал отомстить Оллису. А они хотят отомстить мне.

   - Да, но Оллис не умирал. Не рос в неведении о своем прошлом. Твоя прошлая жизнь натворила много дел, но она мертва. Ее за них убили, а ты уже многих спасла.

   - Если бы меня оставили на Земле, никого и не пришлось бы спасать. Акорион бы не вернулся, жил бы навечно запертый там. Яспера бы была с Кростом, школа бы работала, Сайлер правил, никого бы не убили.

   - А я?

   - Ты бы не оказался на волосок от смерти. Не смотрел, как приговаривают к казни сестру. Не потерял друга… пусть и бывшего. Не получил шрам во всю грудь и не потерял дело всей жизни. Всем было бы лучше, оставь меня Кейман на Земле.

   - Я согласен все это потерпеть.

   Я улыбнулась и нечеловеческим усилием подавила желание посмотреть туда, где маячил едва различимый силуэт Изабеллы.

   - Мне страшно, Бастиан. Я не понимаю, что будет дальше. И… я потеряла твой подарок.

   Это признание добило окончательно: я разревелась. Откуда-то издалека доносился голос Изабеллы. А может, это так играло со мной подсознание, вызывая в памяти все ее слова.

   - Наплюй на него. Подарю что-нибудь еще. Делли… скажи, это сорочка из коллекции Найтингрин, да?

   - Ага. Она подарила мне целую охапку после того вечера.

   - Можно я ее сниму?

   Бастиан спрашивал явно для вида, уже осторожно спуская бретельки и заодно касаясь покрытой мурашками кожи. И следом, сантиметр за сантиметром открывая плечи, грудь и живот, повторял движение ткани короткими поцелуями.

   - Не надо… - не слишком убедительно пробормотала я. - Они же здесь…

   Попытку отстраниться безжалостно пресекли, сжав оба моих запястья над головой.

   - Вот и пусть завидуют, курицы, – припечатал Бастиан.

   И дальше я решила не сопротивляться. На это все равно не хватило бы сил.

***

Как прекрасно просыпаться, не чувствуя себя разбитой! После того, как тебя стеной пламени закрыли от всего мира, искупали в нежности и не отпустили до самого утра.

   Когда прошла дислексия, мне казалось, что я забыла, каково это: чувствовать постоянное напряжение и дикую усталость, но стоило вернуться Изабелле и другим принцессам, забытое быстро вернуло утраченные позиции. И я снова радовалась тому, что удалось поспать.

   И ещё тому, что спала, обняв Бастиана, как – однажды я видела в интернете такую картинку – коала обнимает эвкалипт. Всеми четырьмя лапами вцепившись в бедное дерево. А оно… то есть, он – Бастиан – совсем не был против. И еще закрывал мне ухо рукой, не давая Изабелле мешать своими воплями. Она, впрочем, быстро выдохлась без зрителей, но он все равно не пускал в наш крошечный мирок звуки.

   Именно поэтому я не сразу поняла, что в комнате кто-то есть, и несколько минут с выражением абсолютной влюбленности перебирала светлые пряди спящего Бастиана. Клянусь, более тупое выражение лица я вряд ли делала даже на парах Ясперы.

   - Мило. Но пора вставать, - прокомментировал Крост.

   От неожиданности я подскочила и едва не заехала Бастиану коленом в самое чувствительное место.

   Он спал куда крепче меня, поэтому заворочался, что-то пробормотал – и дыхание снова выровнялось.

   - Ди Файр, подъем! Скоро пара!

   - Мне ко второй, - дежурно отмазался тот.

   - Да уж ты хотя бы к третьей встань. Тебя уже ждут огневики в аудитории.

   - А где здесь аудитория?

   - Вот вместе с Ясперой поищи, она уже вывела меня с утра. Шторм, ты идешь со мной. Каникулы кончились, бал прошел, пора продолжать учиться.

   - Что, прямо в пижаме?

   - Да. Прямо в пижаме.

   - Без завтрака?

   - Ты его проспала.

   За спиной Кроста замаячила Изабелла, и я едва не застонала вслух. Только нежелание доставлять злобной принцессе удовольствие удержало.

   - Ну что я могу сказать? - нарочито зевнула она. - На троечку. Честно сказать, когда ты уснула, мне даже стало его жалко. Слушай, спроси, он хотя бы кончил? Или его не привлекают бревна?

   - Что она говорит? - Бастиан заметил мое выражение лица.

   - Интересуется, как тебе ночь.

   - Передай, что я польщен ее вниманием, но аплодировать было совершенно необязательно.

   Утро было таким прекрасным. И за считанные секунды превратилось в… это. Как будто я снова оказалась на первом курсе, когда Бастиан был призраком, где-то рядом бродил Оллис, Акорион слал жуткие письма, а Кейман старательно скрывал правду обо мне.

   - Я совершенно серьезно, друзья мои. Пора вставать. Тебе – работать, а тебе – учиться. Завтраки и прочие мероприятия – после.

   Я бы с удовольствием повалялась в теплой постельке, но удовольствие, Изабелла и Крост – вещи, мягко говоря, несовместимые. Пришлось в ритме пожарных умываться, одеваться в принесенную Кейманом спортивную форму (во мне шевельнулась интрига: куда это мы пойдем учиться в таком виде?) и мечтать о чашечке кофе под комментарии Изабеллы.