Ее Величество Ведьма - Виктория Стрельцова

Мужчины и женщины веселились, смеялись и танцевали. Лишь я сидела в стороне. На этом празднике, который был сегодня в мою честь, я была чужой. Ни пышное платье, ни дорогое убранство не могли сделать меня хоть капельку счастливей. Я осторожно дотронулась до места ожога, но тут же одернула руку, тихонько ойкнув. Прикосновение к коже было болезненно. Если Антон узнает о том, что они со мной сделали, то собственноручно отправит за решетку каждого. И это лучшее, что их может ждать.

Я всхлипнула, вспоминая родные руки моего несостоявшегося мужа. Непрошеная слезинка скатилась по щеке. Прежде чем я смахнула ее, король успел заметить мою слабость. Этот кудрявый, самодовольный болван думает, что я плачу от физической боли и чувствует себя победителем. Он думает, что смог сломить меня. Как же он заблуждается.

Руна

— Какой же он красивый. Ханна, посмотри, — прошептала я, не в силах оторвать взгляд от Его Величества.

— Он же король, Руна. Все из династии Хэйлиш хороши собой, — отозвалась сестра, а я в ответ покачала головой.

— Дэйсон не такой. Его красота меня пугает.

Ханна рассмеялась, но тут же прикрыла рот рукой, чтобы не наделать шума.

— А по-моему он ничем не уступает королю, — она мечтательно вздохнула. — Вот только проку с него мало. Как только у Тэйлора появится наследник, его брат навсегда забудет о троне.

— Но ведь король еще даже не женат, — возмутилась я. — Да и Дэйсон никогда не пойдет против короля. Они же братья.

— Ты слишком много вкладываешь в это слово, — ответила Ханна, приподнимаясь на цыпочки, чтобы лучше увидеть происходящее в торжественном зале. Увы, вход туда нам был закрыт. Оставалось довольствоваться лишь темным секретным ходом, из которого тайком можно было наблюдать за пиршеством.

— Выходит то, что мы сестры вовсе ничего не значит? — спросила я, устремив свой взор на сестру. Хоть в темноте я и не могла разглядеть ее лица, но прекрасно знала, что та украдкой приподняла одну бровь. Так было всегда, когда она злилась.

— Глупая, они королевской крови. Они не имеют права любить друг друга. Их долг любить лишь Ошор и свою корону, — ответила Ханна.

— Нет, — запротестовала я, — король преисполнен светлых чувств. Его законная супруга будет купаться не только в роскоши, но и в любви.

— Как же, — усмехнулась сестра. — Король никогда не полюбит одну. С его аппетитами это невозможно.

— Он не такой, Ханна, — сжав кулаки, сказала я. — Я поклялась в верности королю и не позволю, чтобы кто-то говорил о Его Величестве подобные вещи.

— Быть может, ты и в любви ему мечтаешь поклясться? — сверкнули зловещим светом в темноте глаза Ханны.

— Нет, — робко ответила я, радуясь тому, что в полумраке не видно как налились румянцем мои щеки.

Ханна

Малышка Руна без ума от короля. И как я раньше не замечала ее восторженного взгляда? Что же, сейчас это может сыграть нам на руку. Я больше не намерена жить в тени замка. Мое место среди почетных гостей этого пиршества.

С тех пор, как умер отец, прошло пять лет. Мне было четырнадцать, когда король отдал приказ и папа лишился головы. Руне не было и тринадцати. Он устроил мятеж. Отец хотел положить конец правлению династии Хэйлиш. Его план был изначально обречен на провал. Несмотря на то, что Тэйлор тогда только взошел на трон и был слаб и не опытен, его руками правила Кайра. Впрочем, сейчас ничего не изменилось. Ее Высочество королева-мать по-прежнему заправляет Ошором через своего сына. Хоть он этому и противится, но ей удается находить рычаги давления на него.

Король прислонил поочередно к шее дейры символы стихий. Я невольно поежилась, инстинктивно потирая шею в том самом месте, где осталась метка от раскаленного металла. За это время я успела с ней породниться, но по-прежнему вспоминала церемонию с содроганием.

— Она даже не вздрогнула, — прошептала я, негодуя.

Еще во время приготовления к торжеству, я испытала не самые приятные чувства по отношению к ней. Хоть она и была хороша собой, но характер у нее был вовсе не такой покладистый, как у большинства женщин Ошора. Она будто бы бросала всем вызов.

— Стихии одарили ее не только красотой, но и силой, — с восторгом прошептала Руна, неотрывно следя через небольшое отверстие в стене за происходящим в торжественном зале.

— В замке шепчутся о том, что она вовсе не верна королю. Она боготворит Айшу. При первом же удобном случае она нанесет нам сокрушительный удар. Его Величество впустил лису в курятник, — раздраженно ответила я. Мне вовсе не нравилось, что сестра боготворит эту девушку. — Говорят, она пробралась в замок, в чем мать родила, и плясала для короля колдовские танцы, чтобы очаровать его.

— Тихо, — шикнула на меня Руна. — Ты же знаешь, что колдовство запрещено, как и магия стихий.

Я усмехнулась:

— Скажи это королю. Он совсем потерял голову при виде дейры. Его Величество навлечет на королевство беду.

— Ханна, ты преувеличиваешь. Он король и должен быть любезен со всеми подданными. Тем более дейра Диана первая на нашем веку, кто владеет не одной стихией, а сразу двумя. С ней Ошор станет сильнее и сможет противостоять Темной Королеве.

— Глупая, — отмахнулась я, поправляя длинное платье, — она здесь, не для того чтобы помогать нам.

— А для чего же еще?

— Ее цель — корона, Руна. Она женит на себе короля, и будет править королевством, объединив свои силы с Айшой, — ответила я, недоумевая, как сестра не видит очевидного. — После этого мы с тобой точно навсегда забудем о прежней жизни. Нас поселят на заброшенной ферме и заставят выращивать свиней. Если король забыл о том, чья кровь течет в наших венах, то она и подавно не вспомнит.

Я развернулась и направилась прочь от этого места, не обращая внимания на мольбы сестры не уходить. Она боялась оставаться одна в темном узком коридоре, но и не хотела пропустить праздник. Ее голос растворялся в темноте, оставаясь где-то позади. В ушах у меня стучало, а губы подрагивали от произносимых проклятий в адрес того, кто навсегда лишил меня титула и права в полной мере наслаждаться жизнью при дворе.