Госпожа Потусторонья - Анастасия Никитина

— Но не такие красивые шеи, как у меня, вас не смущают? — хмыкнула я, пытаясь спрятать за шуткой проснувшийся страх.

Вы шутите? — Вампир очень натурально передернулся. — Залитые потом или зловонными духами немытые загривки… Вы всерьез полагаете, что нечто подобное захочется тянуть в рот?!

У него на лице было написано такое отвращение, что я невольно рассмеялась.

— А анализы как сделать? Наше бессмертие еще не означает, что человеческие инфекции нас не берут. А провести вечность, страдая, простите за прямоту, каким-нибудь французским насморком… Увольте! — Он устало сгорбился, словно исчерпав все свои силы в попытке убедить меня в собственной безопасности. — Но о чем это я? Кто будет слушать вампи-и-ира.

Он скорчил карикатурно зверскую гримасу и откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди. Стало немного стыдно. Кому, как не мне, знать, как себя чувствуешь, если так называемое общественное мнение заранее причисляет тебя к отбросам человечества. Сколько раз на меня косились, едва услышав про детский дом. «А… детдомовка!» — говорили их глаза, пока руки подгребали поближе сумки и прочие личные вещи.

— Я не хотела вас обидеть.

— Я и не обиделся, — грустно улыбнулся Георгий. — Привык за столько-то лет. К нашей общине всегда относились настороженно, часто враждебно и почти никогда по-доброму. Смена Ключа у Врат такое редкое событие… И я позволил себе надеяться, что… Ах! Забудьте…

Его слова, возмущение, обида, грусть казались искренними, но над всем этим витал едва уловимый аромат фальши. И я никак не могла решить, сидит передо мной гениальный актер или же вранье мне попросту мерещится благодаря тем самым предрассудкам.

— Я не собираюсь выделять никакую общину, — на всякий случай уточнила я.

— А разве я прошу о чем-то большем?! — вскочил вампир. — Пожалуйста, не выделяйте! Прошу вас, относитесь к нам так же, как и к любой другой общине! Разве мы требуем чего-то большего?!

— Я пока вообще не поняла, чего вы требуете, — проговорила я, ошарашенная таким быстрым переходом от меланхолии и кипучему восторгу.

— Творец… Простите! — Он опустился на одно колено возле моего кресла. — Мы действительно ничего не требуем… Но посудите сами. За последние пятьдесят лет каждая община получила пополнение. Некоторые даже дважды или трижды. Плюс у большинства рождаются потомки… Я понимаю, мы бессмертны, и детей у нас не бывает, а потому обновлять кровь нет необходимости. Но ведь здоровье физическое — это еще не все. Как быть с душевным? Как быть с тем, что и нас можно убить? И происходит это с неприятной регулярностью. Ведь предрассудки вашей предшественницы разделяют многие общины. За последние полвека пополнения не было только у нас. А потеряли мы многих, очень многих…

— Хорошо, — проговорила я, осторожно вытаскивая руку из его сильных холодных пальцев. — Я посмотрю, что можно сделать.

— Я буду вам очень… Очень! Признателен. Да что там я. Вся наша община!

Георгий смотрел на меня горящими глазами, и мне снова стало не по себе. Ну не смотрят так на серых мышек вроде меня!

— А сейчас уходите. — Я с трудом совладала с непослушным языком. — Я вам позвоню… То есть сообщу, когда появятся какие-то новости. Уходите…

Словно нехотя он поднялся на ноги и медленно пошел к двери. Едва вампир скрылся в коридоре, я со свистом втянула воздух сквозь сжатые зубы. Ощущение было такое, будто я только что вынырнула из-под воды, просидев там по меньшей мере минуты три.

Я ошарашенно замотала головой, пытаясь прийти в себя. Вспомнила о вампире и на подгибающихся ногах бросилась к окну. Георгий как раз подходил к воротам. Дрожа всем телом, я смотрела, как он прижимает ладонь к кованым завитушкам. За долю секунды фигура мужчины превратилась в сизый дым и буквально впиталась в туман за воротами.

— Ну, слава всем богам, ты его выставила! — проскрипел над ухом непривычно хриплый голос Васьки. — Я уж думал, все: кончился новый Ключ, не успев начаться. Правду говорят, боги хранят пьяных и дураков!