Тайна Изумрудного города. Особенности болотной криминалистики - Александра Черчень

Хотелось честно высказать свое мнение прямо в наглую морду, но дразнить дракона было бы самым тупым занятием в моей жизни. Потому я молчала, периодически нервно улыбалась Лейдиру, который сегодня сел рядом и выразительно поглядывал на меня.

Ами ехидно ухмылялась, но я уже прикидывала, как стану душить ее подушкой, потому что двойняшка бессовестно ушла сегодня к лепрекону и кинула меня на растерзание дроу.

По идее, поговорить с ним нужно было срочно, но, к моему стыду, я трусливо сбежала сразу после пары. Не готова, ну не готова пока! Особенно на глазах у Мастера. Но, как известно, «поспешишь – всех насмешишь», потому минут через пять я обнаружила, что забыла в аудитории конспект, в котором также было индивидуальное задание от Хина. Немного помучавшись, я таки решила вернуться, но уже на подходе услышала голоса из-за приоткрытой двери. Я хотела было постучать, чтобы дать о себе знать, но рука замерла… я различила свое имя.

– Мастер Хин, вы правда думаете, что являетесь пределом мечтаний для молодой девушки? Такой как Миямиль…

– Вы немного не поняли сути вопроса, Лейдир, – жестко ответил Мастер. – Я не советуюсь с вами и не жажду услышать мнение по этому вопросу. Я говорю, что не хочу видеть вас рядом с Мией.

– Вы забыли замечательную фразу: «Иначе будут последствия».

– Вы с успехом ее додумали сами, и я искренне рад, что у столь перспективного дроу все хорошо с логическим мышлением. Я не поклонник красочных рассказов в стиле «руки оторву, глаза выковыряю»… предпочитаю поступки словам.

– Вас не одобрит ее семья.

– А вас одобрит? – насмешливо хмыкнул Мастер. – Полагаю, что дедушка страстно желал как-то компенсировать лепреконскую половину девочек и выдать их замуж за достопочтенных гномов, от которых двойняшки и удрали в Университет Пути, поступив на первый попавшийся факультет.

– Зато лепреконы и эльфы – близкие родственники с точки зрения генетики.

– Знаете, меня даже восхищает ваше бесстрашие, Лейдир. И упрямство, граничащее с глупостью. Повторю, если вы с первого раза не поняли: Мия – это моя девочка. Я выбрал.

Он выбрал? Его девочка?

Что?!

Я кипела от злости настолько, что даже уши нервно подергивались, а их кончики жгло от стыда и ярости так, словно к ним поднесли огонь.

Мне хотелось с размаху открыть дверь, притом стукнуть ею о стену так, чтобы с потолка посыпалась штукатурка. А в идеале врезать этой самой дверью по наглой морде, такой же белой, как штукатурка из предыдущего образа.

Мастер, говорите? Великий, ужасный, Атрибут Малахита и так далее? Бояться – в пояс кланяться – на глаза не попадаться?

Как бы не так!

Сейчас я, уважаемый Мастер Хин, на правах «вашей девочки» выскажу все, что думаю!

Но сначала нужно дождаться, пока уйдет Лейдир. Выяснять отношения с Пыткой я предпочитаю наедине – хотя бы потому, что мне он прощает многое, а вот на свидетеля наших диалогов это вряд ли будет распространяться.

Едва успев шарахнуться в нишу, я проследила взглядом за торопливо прошедшим мимо дроу с поистине каменным выражением лица и мысленно порадовалась тому, что некогда сделала амулеты от телепатии. Было бы обидно сейчас проколоться.

Стоило сокурснику скрыться за поворотом, я одернула передник, с нежностью вспомнив про скалку, которой уже доставалось Мастеру Хину, и зашла в аудиторию. С наслаждением хлопнув дверью, да!

На момент моего триумфального появления блондин как раз застегивал папку с документами и явно не ожидал, что сейчас к нему придут скандалить. Он смерил меня удивленным взглядом и даже вопросительно выгнул бровь.

– Мия?

Я мрачно на него посмотрела, откинула тугую косу за спину и подтвердила.

– Мия.

Пытка скривил губы в усмешке, прислонился бедром к кафедре и, перебрав по ней изящными пальцами, предположил:

– Подслушивала?

– Услышала, – несколько откорректировала его видение ситуации я.

– И теперь пришла ругаться?

– В точку.

Он закатил глаза к потолку.

– Боги, какой я проницательный, а? Просто сам собой горжусь со страшной силой. Хоть иди и смещай с поста главного аналитика.

Оттого, что он вместо нормального диалога сразу начал издеваться, у меня окончательно отказали все тормозные механизмы.

– Вы считаете это нормальным?! Заявить мне и окружающим, что я… подземный бог, что я ваша девочка!

Он взял папку и неторопливо спустился со ступенек, подошел ко мне и встал вплотную. Нависая, подавляя, практически касаясь телом тела. Я хотела отступить, но мастер поднял руку и сцапал витую прядь волос у виска, удерживая меня на месте.

– А что, было бы лучше, если бы я просто сделал? Просто взял… Поиграл, оставляя эту маленькую тайну между нами, и пошел дальше. Или что, моя остроухая прелесть, о таком развитии событий ты не думала? Конечно, ведь проще жалеть себя из-за ухаживаний Мастера Малахита, который до сих пор почему-то интересуется твоим мнением?

– Где? – скривилась я, не согласная с его позицией. – Обо всем, что связано с вами, я узнаю постфактум! Мне говорят, что я ваша Разделяющая, после дополняют тем, что я ваша девушка… что последует за этой интригующей информацией?

Он скрестил руки на груди и сразил меня честным ответом:

– Без понятия. Я пока не решил.

– Замечательно, – саркастично отозвалась я и припомнила недавние события. – А с Лейдиром что сейчас было? Я вам что, животина бессловесная, чтобы так делить?!

– Мия, ты женщина. Именно так решаются вопросы, если двоим мужчинам нравится одна дама. Это естественно. Это правильно. Именно так должно быть.

– А дать выбор девушке не пробовали?

– А зачем утруждать ее лишними метаниями? – непритворно удивился Мастер Хин. – Только крайне инфантильные мужчины могут пафосно заявить: «Пусть выберет женщина». Женщина – такая же цель, как и все остальное в этой жизни. Нужно определиться, какую ты хочешь, и добиваться, не ожидая, что плод сам свалится в руки. А я хочу тебя, Миямиль, о чем уже не раз говорил. Я готов ждать, готов дать возможность узнать меня поближе, но не позволю отказать из чувства протеста и противоречия.

Он отпустил мои волосы, медленно погладил шею, а после, соскользнув пальцами до моей ладони, крепко сжал ее и потянул за собой к двери со словами:

– Пойдем пообедаем. Я голоден как волк!

Я безвольно шла за ним, как теленок на веревочке, и ощущала, как под ребрами бьет крыльями восхищение, замешанное на отчаянии. С одной стороны, он прав… он прав настолько, что у меня сладко замирает сердце, а с другой – у меня никак не получается достучаться до этого мужчины! Он меня не слышит! Воспринимает только то, что соответствует его видению ситуации, а все остальное отсекает как бесполезное.