Королевская отравительница - Джефф Уилер

– Что такое, Лиона?

– Вы все еще гуляете по окрестностям с гувернанткой? – тихо спросила она.

Он кивнул, схватил другую горсть плиток и аккуратно сложил их в коробку. Он был заинтригован.

– Вы знаете сад с конными статуями в фонтане и деревьями гикори? Это на нижнем кольце холма.

– Да, – сказал Оуэн, глядя ей в глаза. Плитка холодила ему руки.

– В стене есть дверь для привратника, – призналась она. – Железная дверь. Она никогда не запирается. Королевские шпионы пользуются ею, чтобы входить и выходить из дворца без ведома стражи. Дрю рассказал мне об этом. А я не рассказывала ни одной живой душе. – Она остановилась и бросила взгляд через плечо, облизывая губы. – Вы никому не должны признаваться, что я открыла вам, Оуэн, – сказала она, когда наконец снова взглянула ему в лицо. – Я лишусь работы. Или хуже. Есть тропа, она подходит к замковой дороге, ведущей к мосту к Владычице. Бегите в святилище, Оуэн. – Она наклонилась и сжала его колено. Это было щекотно, хотя он знал, что она не нарочно. – Найдите вдовствующую королеву или ее дочь, Элизу. Иногда она бывает там. Даже ребенок может претендовать на убежище.

Она торопливо встала и подошла к хлебным печам, затем взяла горсть муки из мешка и рассыпала ее на ближайшем столе. Она выглядела бледной и немного нервной и больше не смотрела на Оуэна.

Оуэн был благодарен за ее помощь и взволнован возможностью убежать от жизни во дворце. Он приехал, когда луна была наполовину полна, а теперь почти полнолуние. Если ему удастся получить убежище, возможно, родители смогут приехать и навестить его? Он очень страдал и ужасно скучал по ним.

Закончив складывать плитку, он накинул сумку на плечо и пошел искать Мону. Было уже темно, поэтому придется бежать на следующий день. Зато у него появилась идея, как ускользнуть от гувернантки.

* * *

– Я не хочу играть в прятки, – ныла Мона, тащась за Оуэном вниз по склону. – Мне нужно поговорить с одним конюшим. Пойдем в конюшню!

Оуэн шагал быстро, и длинные юбки девушки мешали ей идти с ним в ногу. Он был так взволнован, что весь день совсем не хотел есть, но все же съел столько, сколько смог, и сунул немного еды в карманы на потом. Обеспокоенный тем, что хитроумный замысел можно прочитать по глазам, Оуэн сделал все возможное, чтобы держаться подальше от короля и Рэтклиффа.

– Помедленнее! – просила Мона, пробираясь сквозь узкую изгородь. Оуэн прошел между стволами гикори и направился к стене. – Разве мы не можем пойти в конюшню, мастер Оуэн? Там будет интересно!

– Я хочу играть в прятки! – твердо сказал Оуэн. Он слышал ропот фонтана, они приближались. Вскоре он увидел круглый фонтан с огромным вздыбленным конем в центре. Позже он разглядел дверь привратника, и его сердце забилось от волнения. Он повернулся и схватил Мону за руку, когда она наконец догнала его. – Сначала я спрячусь. Ты подождешь у фонтана и досчитаешь до двадцати! Нет… до пятидесяти! Тогда найди меня.

Мона тяжело дышала, остановившись у бортика фонтана. Ее темные волосы прилипли ко лбу.

– Я не хочу гоняться за вами через сад, мастер Оуэн. Я устала. Дайте мне перевести дыхание.

– Тебе не придется гоняться за мной, – сказал Оуэн, напрягаясь от нетерпения. – Как только ты меня найдешь, мы поменяемся местами. Ты будешь прятаться, а я буду тебя искать.

Она вздрогнула и оглядела парк, стиснув руки.

– Парк такой большой, – сказала она. – Я не желаю лазить по деревьям. Почему вы не хотите посетить конюшни? Вы говорили, что любите лошадей.

– Нет, – раздраженно сказал Оуэн. – Пожалуйста, Мона! Раньше я играл в прятки с сестрой. – Он бросил на нее умильный взгляд, на старших это всегда действовало. Дотронулся до нее. – Ты так на нее похожа!

– Долго ли мы будем играть? – устало спросила она.

– Четыре круга, – сказал Оуэн.

Она нахмурилась:

– Два.

– Четыре, – настаивал Оуэн. – Это будет быстро. Я не стану прятаться далеко, и ты легко меня найдешь.

Она вздохнула с раздражением, затем закрыла глаза и начала считать.

Оуэн метнулся прочь, как белка, и укрылся за деревом, далеко от двери привратника. Он спрятался за раскидистым деревом и наблюдал, как считала Мона. За журчанием фонтана он не слышал ее. Его сердце билось от нетерпения. Он собирался усложнять ей поиск его каждый раз, а затем ускользнуть на четвертом круге.

Досчитав до пятидесяти, она встала и пошла, направившись к нему. Он нарочно высунулся из сплетения ветвей, чтобы она могла его найти, хотя и притворился, что рассержен, что его так быстро поймали. Затем быстро бросился обратно к фонтану, громко крича, чтобы она услышала, как он считает сквозь шум воды.

Он заметил Мону отдыхающей под деревом – ее темные волосы сливались с корой – и, добежав до нее, слегка пощекотал. Она взвизгнула и отругала его, прежде чем снова идти к фонтану водить. Он почувствовал легкий укол вины. Что ей угрожает, если он убежит? Наверное, взбучка от Рэтклиффа. Свобода Оуэна этого стоила.

Но слабое чувство вины еще таилось в груди Оуэна. Сокрушив его, как мог, он спрятался в другом месте. Улегся у изгороди, где его трудно увидеть издалека. Оттуда была видна дверь привратника, и он подумал, достаточно ли силен, чтобы открыть ее. Что, если петли проржавели?

Он изгнал эту мысль и стал ждать. На сей раз Моне потребовалось больше времени, и она снова пожаловалась, что устала.

Оуэн решил, что ему нужно проверить, не слишком ли дверь тяжелая. На третьем круге он быстро ускользнул и приблизился к небольшой металлической двери. Рядом с железной ручкой был механический замок. Если дверь заперта, Оуэн бы оказался узником. Он оглянулся через плечо и увидел Мону, сидящую на бортике фонтана, откинув голову, лицом к солнцу. Она, казалось, наслаждалась отдыхом и вовсе не считала.

Дверь была из кованого железа и состояла из широких пластин, продольных и поперечных. Отверстия между ними закрывали декоративные железные цветы, так что не было никакой возможности заглянуть сквозь них. Оуэн схватил холодную металлическую ручку и повернул.

Дверь беззвучно отворилась.

Он быстро выглянул через щель, за которой был крутой склон, покрытый лесом. Через него вела глинистая тропа, испещренная следами подков. Дверь в стене была достаточно большой, чтоб пропустить лошадь, хотя всадник обязан был спешиться. Это, несомненно, был секретный выход, о котором рассказала Лиона. Внизу не было стражников, и заросли за дверью были достаточно густыми, чтобы скрыть его бегство.

Не было причин медлить.

Мысленно он услышал голос Лионы: «Если ты храбрый маленький мальчик…»

Он еще раз оглянулся на Мону. Она грелась на солнце, ее голова склонилась набок. Воображение рисовало всякие ужасы, но резь в желудке их прогнала.

Да, Оуэн был смелым. Теперь он один в мире, поэтому ему нужно быть таким. Если он сможет найти защиту в святилище, то это того стоит. Его будут искать на кухне. Его будут искать по всему парку. Но его не найдут достаточно быстро, чтобы остановить.