Рыжая невеста Хаоса - Броня Сопилка

Я нервно дернула щекой.

– Слушай-слушай, – отмахнувшись от Карины, Митра с живейшим интересом уставился на меня, – а Жнец не рассказывал, как оно там, в Мистике? – Кажется, друг немного завидовал, что парень видел большой мир, от которого мы отрезаны. – Не жалеет, что переехал к нам? – ну и злорадствовал, видимо, самую малость.

– О столице мы с ним не говорили, – ответила я, слегка смутившись – всё-таки мы с феерическим… вообще почти не говорили. Так, о ерунде всякой понемногу. Остальное же время занято было гонками, полетами, разной возней, а ещё он надо мной всё время прикалывался, назвал своей кошкой и… поцеловал. Вот тут я смутилась сильно, и чувствуя, как начинают пылать уши, постаралась настроиться на разговор.

Вспомнить, например, что Карина права: странно всё это. Особенной – мой сон и Жнец в нём. Причем независимо от того, сон это или нет.

– Ничего, – Митра хищно потёр лапки, – будет ещё время потрещать по душам. А про крыло тоже не выясняла? Оно у него давно одно, похоже, – видели как летал. Высший пилотаж!

Сам того не зная Митра попал прямо в точку. Пилотов из мира-сна у нас не было, но как эпитет мастерства, фраза “высший пилотаж” в числе многих других прижилась в нашем лексиконе.

– ...А как он из Черной башни сбежал! Блин, он крутой просто неимоверно.

– Что он “неимоверно” – так это ненормальный, – пробурчала Карина. – Расскажи лучше, Коть, чем он тебя на занятии напугал? Прости, я как-то сразу не придала значения, думала вы придуриваетесь, но в свете всего что сегодня было…

– Да нормально они прошвырнулись, – перебил её Митра. – Котя подцепила крутого перца за охотничий инстинкт. Видно сразу выкупила, что он Король, да? Ну, колись!

Я поёжилась, грызя фарфоровый ободок чашки.

Ребята правы. Если смотреть со стороны – я среагировала неадекватно. За пестрые крылья поначалу на меня давили куда больнее, но я не бегала от обидчиков. А тут…

И что им сказать? Или стоит рассказать… всё? – от волнения у меня даже уши похолодели.

О том мире я успела рассказать только родителям, и кажется врачу, – но ему совсем немного – увидев крылья за его спиной, я затаилась и больше наблюдала. Дома, крылатым маме и папе крылатая я рассказала больше, они не смеялись, не называли сумасшедшей, но...

«Доченька, мы с мамой верим, что ты это не придумала. Но, пойми, все твои друзья…» – папа не договорил, только я всё поняла и перестала пытаться.

Папа был прав. Все мои друзья знают, что живут в нормальном мире и помнят меня – малявку с рыжими крылышками. Я же в отличие от родных и знакомых не помнила жизни здесь до люка и... Жнеца, зато отчетливо помнила себя в другом мире. Но я привыкла. Почти забыла сон, почти вспомнила своё детство здесь – реанимировала по рассказам родных и друзей. К тому же тут красиво, тепло, море рядом, воздух чистый. Крылья опять же. Рай.

В общем никому я не рассказывала про... свои странности. Стукнутому головой ребенку не хотелось в дурдом.

Ребенок вырос, а в дурдом ему всё равно не хочется...

Но сегодня в моём раю появился Мрачный Жнец. И я не знаю, что будет дальше.

– Он мне приснился. Жнец. Давно, – я всё-таки решилась.

В конце концов, сегодня я не собираюсь доказывать, что пришла сюда из другого мира, а за красочные сны в дурдом не забирают.

– Я видела этот сон давно, ещё тогда, когда споткнулась на люке и провалялась без сознания пару суток.

Прикол в том, что никто не видел моего люкокрушения. Ребята говорили, что мы вместе гуляли по улице, потом я куда-то делась, а через пять минут они меня нашли у люка уже с разбитой головой.

– В том сне Жнец тоже пришел к нам первого сентября, ещё в школе, в выпускном классе. И тоже за мной гонялся, обещая убить. Он был очень страшным, и глаза у него были чёрные и светились мертвенно синим огнем, и я, удирая от него, споткнулась на люке, ударилась головой, и потеряла сознание, а уже очнулась в другом мире… – закончила я по инерции, и втянула голову в плечи, сообразив, что сказала.

Дура.

– М-м, – протянул Митра сверкая глазами. – И что это был за мир?

Я вздохнула и принялась описывать реальность, в которой у людей нет крыльев, нет магии, но есть развитая техника, интернет, телевизоры, люди ездят на авто и летают на самолётах...

…и, кажется, я рассказала больше, чем собиралась. Гораздо больше. Сдерживаемые столько лет слова лились из меня и лились при страстной поддержке друзей, увлеченных рассказом, как интересной книгой.

Особенно загорелся Митра, буквально вырвавший из меня подробности моего полета на самолёте.

– Мы с родителями летели на курорт, и мне, если честно, помнится только вид из иллюминатора. Вид с высоты птичьего полета – на белый город, почти полностью окруженный синим-синим морем.

– Как Пелагус?

Я моргнула и бросила взгляд на пейзаж на стене, ничего не рассмотрела и, привычно протянув руку, щелкнула пальцами, зажигая фитиль в газовом рожке. Хоть на что-то годится моя магия.

– Кстати, в том мире всё освещение было электрическим, – протянула я рассматривая картину в теплом свете газового рожка.

– Ух ты! Я слышал, что в Мистике тоже собирались проводить элексифксацию.

– Электрификацию, балбес, – поправила Карина.

– Да, точно. Но после прорыва Хаоса идея заглохла.

Я кивнула. Так и было.

Нарисованный скупыми мазками художника Пелагус, белокаменный, с высокими зданиями, красивыми улочками, большими окнами и крышами всех цветов на фоне лазурного моря, будто дышал в теплом свете газового рожка.

– Эй, не спи. Что там было ещё?

– Там были вы…

Я продолжила рассказ, к концу которого Митра размахивал рукой с невидимым самолётиком и деловито жужжал. Димка из мира-сна тоже всегда мечтал быть пилотом, ну кроме того времени, когда мы мечтали отрастить крылья и летать сами.

– Действительно реалистичный сон, хотя, конечно, фантастичный, – подвела итог Карина, когда я умолкла. Наговорив много-много лишнего. – И что с тобой в том мире было?

– Угу-угу, – Митра закивал головой, – мне тоже интересно.

– Э-э, – я немного подвисла. – Я же говорила. Пришел Жнец и загнал меня в люк.

– Ну да, и в другой мир. И что ты там делала?

– Я тут живу, – раздражаясь проворчала я.

– В смысле?

– Я из того, странного мира, попала в наш. В смысле… – тут наконец до меня дошло, что не так, и волосы мои встали дыбом. – В смысле тот сон закончился люком. Люк был… якобы, в том мире, понимаешь. А тут – я просто пришла в себя.

– Хм… то есть придя в себя после травмы, последнее, что ты помнила, был Жнец и люк?

– Ага. Страшный Жнец и люк.