Потерянная - Лея Стоун

Черт, он много чего знал. Я кивнула, словно он мог меня видеть. Хорошо, украсть нож у одной из чокнутых темных фейри, которые были настолько злыми, что их собственный народ заставил их отделиться и разделил свои земли – да раз плюнуть.

Я всмотрелась в темноту и заметила отблеск вдалеке, который мог оказаться костром. Вероятно, мне следовало подождать до утра?

– Должно быть, там у тебя сейчас темно, ты видишь хижины или палатки или что-нибудь, указывающее, что рядом кто-то живет? Лучше сделать это ночью, пока присутствует эффект неожиданности.

Черт. Он действительно все продумал.

– Как только ты их разомкнешь, – он сделал паузу, будто отрепетировал это, – твой запах станет сильнее, и они начнут за тобой охоту.

Что ж, это не та чертова сказка на ночь, которая мне нужна.

– Но я взвесил все шансы и варианты сотни раз, и тебе будет безопаснее с твоими силами и волчицей, чем если бы ты попыталась прятаться с блокирующими наручниками, особенно если у тебя идет кровь. Ты ни за что не доберешься до Ведьминых земель, не сняв их.

Я остановилась. Ведьмины земли? Когда мы говорили в прошлый раз, он сказал, что мне нужно добраться до Города светлых фейри. Может, это он и имел в виду? Сейчас он с ведьмами, но он вместе с премьер-министром Локком встретит меня в Городе светлых фейри.

Он молчал, и замечание о встрече в Ведьминых землях начинало меня беспокоить.

– Ведьмины земли? – мысленно прошептала я, надеясь, что если говорить не слишком громко, током меня не ударит.

Не повезло.

Он долгое время ничего не отвечал. Настолько долго, что я уже задумалась, чтобы задать вопрос снова, несмотря на боль.

– Идет война, и светлые фейри присоединились к другой стороне. Теперь остались только мы и ведьмы.

Я замерла, надеясь, что неправильно его расслышала.

Война? Я пропала несколько дней назад, и он развязал войну?

Мама говорила, что если один из народов когда-то присоединится к противоположной стороне, изменив соотношение на четыре к двум, то сторона, оставшаяся в меньшинстве, будет истреблена. Я снова зашагала в сторону костра – просто чтобы продолжать двигаться и не паниковать.

– Нет. Почему? Из-за меня? – Я зашипела, когда наручники обожгли только зажившую кожу, но мне было все равно. Я должна знать.

Снова тишина. Теперь, когда я оказалась ближе к огню, смогла разглядеть две массивные фигуры, склонившиеся над костром; они негромко разговаривали, потому я застыла на месте в ожидании ответа Сойера.

– Когда я отправился в Город вампиров, чтобы спасти тебя, Локк меня остановил. Он сказал, что у меня нет законных оснований там находиться, и надел на меня датчик электронного слежения. Сказал, что мне нужно оставаться в Городе вервольфов до тех пор, пока не закончится расследование убийства.

Датчик. Вот дерьмо.

– Поэтому я его убил.

О. Мой. Бог.

– Сойер! Скажи мне, что ты этого не делал! – прошипела я сквозь боль.

Я чувствовала его гнев, просачивающийся через нашу метку, ослепительный и безудержный.

– О да, убил. Мы выяснили, что он был в сговоре с вампирами с той ночи, как познакомился с тобой. И он, и они хотели тебя и решили объединиться, чтобы тебя заполучить. Он попытался удержать меня, и я вычел его из уравнения. Никто не помешает мне вернуть тебя домой в целости и сохранности, Деми. Никто.

Мой парень совершал убийства из мести чаще, чем хотелось бы, но это было даже мило.

– Деми, – его голос сорвался, – я перепробовал все. Наш вертолет сбили. А этот чертов браслет поджарит меня, если я попытаюсь покинуть Город вервольфов. Мы работаем над тем, чтобы его снять, и я отправил Сейдж и Уолша найти тебя, зная, что ты будешь на границе с Территорией темных фейри, но…

Его голос затих, и мое сердце защемило. Я просто хотела, чтобы он меня обнял. Хотела стереть последние несколько дней и начать все заново. Теперь в это были втянуты еще и бедные Сейдж с Уолшем, а все находились в состоянии войны. Это неправильно.

Он вздохнул.

– Но все это – только начало. Думаю, тебе придется добираться до меня в одиночку.

От этих слов мое сердце бешено заколотилось. Я буду одна на протяжении всего пути до Ведьминых земель. Мне предстояло пересечь еще две территории. Буду честна, я надеялась, что за мной прилетит вертолет, но раз его подбили, этот вариант исключался.

– Ты сможешь это сделать? Сможешь быть сильной и вернуться ко мне? – В его голосе звучала боль, которую я ощущала всем телом. – Потому что я не уверен, что смогу жить в мире, в котором не будет тебя. – Он мысленно заплакал. – И я определенно не смогу жить с мыслью, как я с тобой обошелся в последний раз, когда мы виделись.

По моему лицу покатились слезы, и я кивнула.

– Не отвечай, – добавил он. – Эти штуки делают чертовски больно, если это что-то подобное моему браслету на лодыжке. Когда ты вернешься домой, я запрещу их навсегда. И привезу твоих родителей сюда и никогда больше не отпущу тебя от себя.

Из моего горла вырвался всхлип, но я заглушила звук, боясь привлечь внимание двух крупных фигур, сидевших возле костра. Как все покатилось к чертям собачьим так быстро? Но я радовалась, что он возвращается к яростному, ревнивому и убийственному себе.

– Я молился, – продолжил он, возможно, окрыленный, что мог снова говорить со мной. И, по правде, я хотела общения, хотела слышать все, о чем он думает. Было приятно хоть раз только послушать. – Я не верующий, но я молился, чтобы ты вернулась ко мне невредимой, – сказал он.

Я улыбнулась, представив Сойера со сложенными руками, возносящим молитву. Он действительно был выгодной партией, но мне стало интересно кое-что.

– Что с Мередит? – В этот момент мои руки чуть не отвалились. Меня никогда еще не било током так часто, но я должна была знать. Я обязана знать, легко ли отделалась эта сука.

Я ощутила его гнев, просачивающийся через нашу связь.

– По моему приказу ее изгнали из Города вервольфов навсегда. Завтра ее зачислят в Университет Дельфи.

Я не могла поверить. Он в самом деле изгнал ее? Я не знала, что сказать. На нее надели оковы? Она осталась одна? Мне вдруг стало ее жалко, несмотря на то, что она пыталась разрушить наши с Сойером отношения.

– Мне стоило верить тебе, Деми, я должен был знать. Я ощущаю тебя в своей душе. И знаю, на что ты способна, а на что нет. Я должен был сразу догадаться, даже под действием этих глупых чар.

Никто не может видеть сквозь чары, они работают не так. Мы молчали несколько минут и просто дышали. Я не собиралась злиться на него. Он был под действием приворота, и к тому же все выглядело так, будто я поцеловала другого парня. Я и правда поцеловала другого парня, но вся ситуация была подстроена, и если я когда-нибудь снова увижу того придурка, то пну его по яйцам.