Особый отдел - Татьяна Михайлова

– Поднимайтесь, все спокойно.

Денис, подгоняемый снизу Кошмаром и все громче скулящим Хортом, полез вверх, цепляясь за мокрые толстые скобы. Несколько раз ноги срывались, и он чуть не падал на голову Кошмара. Наконец, подъем закончился и Чалый вытащил парня из люка, ухватив за воротник. Следом из люка выскочил Хорт, и запрыгал вокруг, помогая выбраться из него ворчащему недовольному Кошмару. Все освободились от болотной обуви и дружно огляделись по сторонам – они были в городе.

– О поле, поле, кто тебя усеял мертвыми костями? – пробормотал Кошмар. Денис вздрогнул от неожиданности, а Чалый спросил осторожно:

– Ты чего?

– Это из книжки Пушкина, не знаете, что ли? Цитата, – важно произнес Кошмар, и все замолчали, сраженные его начитанностью. Но эта цитата как нельзя лучше подходила к той картине, открывшейся сейчас людям. Сквозь туман Денис разглядел, что они стояли посреди бывшей проезжей части – дорога здесь была широкая, в несколько полос. Вся она оказалась изрыта ямами, выбоинами, асфальт кое-где провалился совсем и из отверстий поднимались тонкие струйки пара. Недалеко валялись перевернутые автомобили и два автобуса – коррозия разъела их покрытые вмятинами кузова. Разлом, похоже, обошел стороной этот район, и дома выглядели почти как обычно – они не перекосились, не ушли под землю как те, виденные Денисом в центре города той страшной осенью. Эти высотки и пятиэтажки просто выглядели заброшенными, в выбитые окна свободно залетали птицы. Приглядевшись, Денис увидел, что это вороны – жирные, откормленные и наглые. Причем других птиц он не заметил – обычные городские галки, воробьи и даже вездесущие голуби исчезли. Но главным было не это – безжизненности пейзажу добавляла мутная бурая пелена, висящая почти над крышами домов. Из-за нее все казалось покрытым то ли пеплом, то ли слизью. И тишина, странная, давящая на уши, нехорошая тишина – так молчать гигантский, даже полуразрушенный город не мог.

– Вроде спокойно, – прошептал Кошмар, – пойдемте, что ли, посмотрим.

Чалый двинулся вперед, Денис за ним, сжимая на всякий случай в руке рукоятку пистолета. Хорт бежал рядом, и по поднятой на его загривке шерсти было понятно, что сюрпризы ждать себя не заставят.

– Идем по центру улицы, смотрите на крыши и окна домов, – распорядился Чалый, и Денис закрутил головой в разный стороны. Но никого не заметил – вокруг были только пустота, тишина и запах гнили. Не попалось им также и ни одной заверти. Они дошли до большого перекрестка, остановились под навсегда погасшими светофорами рядом с оборвавшейся рекламной растяжкой и осмотрелись. Но картина разрушений здесь была та же самая – брошенные автомобили, покинутые дома, выломанные двери магазинов, выбитые стекла. И ни души – ни живой, ни мертвой. Город, на первый взгляд, был абсолютно пуст.

– Ладно, попробуем поискать нашего переводчика. Хорт, сюда. – Чалый присел на корточки, вытащил из рюкзака портфель специалиста по древним рукописям и сунул его Хорту под нос. Пес обнюхал предмет, фыркнул и потянул поводок.

– Держи, – Чалый пихнул в руки Денису портфель и махнул рукой:

– За ним! – побежал за взявшим след псом. Денис бросился вдогонку, Кошмар прикрывал сзади. Хорт уверенно прыжками мчался по улице, огибая препятствия и перепрыгивая ямы и выбоины. Насколько мог понять Денис, бежали они назад, к кольцевой. Рэксы на бегу достали оружие, Денис тоже вытащил пистолет. Там, в районе дороги, можно было опасаться вполне материального и предсказуемого в своих действиях противника. Так они вылетели на пересечение дорог под железнодорожным мостом, и Чалый дернул поводок, заставив пса остановиться. Хорт заскулил, вытянулся в струнку и оглянулся на людей – что происходит? Я все нашел, в чем дело?

– Сначала посмотрим. Давайте-ка туда, – Чалый указал в сторону лежащего на боку ободранного троллейбуса. Когда все скрылись за его сине-белым боком, рэкс достал из рюкзака бинокль и ползком выбрался из-за укрытия. Он долго рассматривал что-то у одной из опор моста, потом передал бинокль Кошмару:

– Я то-то не пойму, посмотри ты.

Кошмар несколько минут всматривался вдаль, отпихивая рвущегося удовлетворить свое любопытство Дениса, потом опустил бинокль:

– Вроде лежит кто-то, и рядом еще…

– Да это я из тебя рассмотрел. Так, я пошел, а вы ждите. – С этими словами Чалый, держа оружие наготове, петляя и пригибаясь, побежал к покрытому обрывками рекламных объявлений железобетонному столбу. Завладевший, наконец, биноклем, Денис припал к окулярам. Он сначала не понял, куда смотрели рэксы, но, проследив за бегущим Чалым, догадался, что надо делать. И, привыкнув к покрывавшей все вокруг мутной дымке, увидел, что на земле, рядом с решеткой ливневки привалившись к опоре моста, действительно что-то неподвижно лежало. Издалека казалось, что это была груда старых тряпок или куча мусора, и рядом с ней шевелилось что-то живое – темное и быстрое. Вдруг эта куча медленно перевалилась, в ней мелькнуло что-то белое, яркое, и от неожиданности Денис едва не уронил бинокль. Тряпки были трупом человека, а белой оказалась его начисто обглоданная бедренная кость. Денис отдал бинокль Кошмару, и, борясь с приступом тошноты, привалился к боку троллейбуса. Но, даже закрыв глаза, Денис продолжал видеть перед собой полусъеденное кем-то тело и все пытался отогнать от себя страшное видение. Но ничего не получалось. «А ведь это он и есть!» – мелькнула страшная мысль, добивая несчастного, и Денис зажал ладонями рот. Боясь, что его сейчас вырвет, Денис попытался отползти в сторону, но Кошмар схватил парня за воротник, возвращая назад:

– Куда собрался? Здесь сиди. Ничего, потерпи, – ворчал рэкс, стараясь не смотреть на побледневшего парня. Потом Кошмар снова припал к биноклю, тихо бормоча что-то сквозь зубы. Денис обнял Хорта за шею и закрыл глаза – он бы все отдал сейчас за то, чтобы оказаться как можно дальше отсюда, в любом конце страны. Денис был готов даже сделать что-то, соответствующее написанному в его справке и оказаться в хорошо охраняемом месте.

– Это кто ж его так, – громко шептал Кошмар, – специалиста-то нашего. Ведь сутки только прошли. Как же они тут оголодали, мать их! А это еще что такое, вот дрянь! – Кошмар уже почти кричал, и Денису пришлось взять себя в руки. Он, справившись с собой, снова посмотрел в бинокль и увидел, что Чалый бежит назад, а за ним по дороге стелется черная, переливающаяся стремительная лента. Рэкс бежал очень быстро, было видно, что в руке он что-то держит, но лента опережала его. Она уже захлестнула его ноги, обогнала, лилась впереди.

– Уходим! – орал на бегу Чалый, Денис и Кошмар вскочили, но тут же им пришлось пригнуться – по корпусу троллейбуса что-то чиркнуло, и Кошмар мощной лапой почти швырнул Дениса назад.

– Все, спалились! – хрипло прошептал он, падая рядом. Чалый подбежал к ним и тоже едва успел пригнуться – это был второй выстрел.

– Это он, его муравьи сожрали. Там их столько, – переводя дух, делился информацией Чалый, – мне даже жутко стало, чуть не стошнило. Я такого раньше не видел, слышал только. А от книги вот – только это и осталось. – Он разжал кулак, и Денис увидел обрывок толстой темной кожи – это все, что осталось от переплета.