Бояръ-Аниме. Одаренный: ученик - Тим Волков

Меня пытались раскусить цепные псы императора и самые дотошные ищейки. Не смогли. Так что и это испытание я выдержал с достоинством.

Девушка разжала кулаки, лицо с напряженного, сменилось на презрение. Я понял — рисковать она не хочет. Поэтому нужно подводить к нужному мне итогу.

— Предлагаю ничью, — как можно небрежней сказал я, улыбнувшись. — Бить девушек у меня нет никакого желания.

— Это еще спорно кто кого побил бы, — прошипела Метель в ответ.

Крыса окончательно пришел в себя, застонал так пронзительно, что все невольно перевели взгляд на него.

Смотреть на его лицо без ужаса было невозможно. Вывернутая в бок челюсть, нос, и без того плоский, расквасился окончательно. Видимо это и стало последней каплей, Метель коротко бросила:

— Хорошо, ничья. Но только сегодня.

И широкими шагами ушла прочь. Квадратные спутники подхватили своего поверженного вожака и засеменили прочь, оставляя нашу компашку в покое.

— У тебя пробудился Дар! — ошарашено произнесла Катя, подходя ко мне.

— Внатуре, пробудился, — кивнул Бульмяк, крепыш из простолюдин.

— Мог бы и поддержать в драке, — пробубнил я, потирая разбитые кулаки.

— Мне нельзя, — ответил тот. — Выгонят.

— Ты что, не понимаешь, что я говорю? — не унималась Катя, обращаясь ко мне.

— У меня пробудился Дар, — повторил я ее слова. — И что с того?

— Как это — и что с того? — та окончательно была растеряна. — Это же не возможно!

— Почему невозможно?

— Ну ты же сам говорил… — девушка задумалась. — Ты что, врал тогда?

— Да о чем ты?! — не выдержав, с раздражением спросил я.

Мне было не до этих игр в вопросы и ответы, хотелось принять ванну и выпить каких-нибудь обезболов.

— Или постой… ты ничего не помнишь?

— Не помню, — хмуро ответил я.

— Ты говорил мне, что у тебя не может открыться Дар — каналы потеряны.

— И мне так говорил, внатуре, — кивнул Бульмяк.

— И мне, — подтвердил Иосиф.

Я насторожился.

— Говорил?

— Говорил-говорил! — кивнула Катя.

— Простите, ребята. Ничего не помню.

— Ну как же… — начали парни, но Катя их осадила.

— Не лезьте к нему! Не помните, что ли, что в него стреляли? У него из-за стресса провалы в памяти начались.

— Да, не помню ничего, — тут же кивнул я. И тут же уточнил: — Так что там я говорил насчет Дара?

— У тебя были потеряны каналы — все из-за какой-то детской травмы. Ты сказал, что этот процесс стал окончательным, и ты никогда не станешь Пробужденным, потому что Дар не откроется. Еще переживал, что род Пушкиных из-за этого начнет вырождаться — ты был последней их надеждой на дарованность и пробуждение.

— Поэтому и экзамены проваливал… — едва тихо произнес я, поняв, в чем все дело.

Сдать экзамены по техникам Дара и в самом деле не удалось — поэтому отец и таскался со мной по всяким странным местам, типа спиритических сеансов мадам Шерер, чтобы попытаться восстановить каналы.

— Верно, — кивнула Катя.

— Но Дар открылся… — осторожно уточнил я.

— Да! — воскликнула Катя. — Да еще какой, не ниже четвертого уровня! А может быть, и пятого.

— Точно, пятого, внатуре, — кивнул Бульмяк.

— Разве такое возможно? — уточнил я.

— Теоретически, возможно, — кивнул Иосиф, почесав подбородок. — Пробуждение Дара должно возникнуть при очень мощном толчке. Но фактически… вряд ли бы ты остался жив при этом. Сила такого толчка должна ровняться мощности сотни молний. Тебя бы в пепел превратило.

«Не превратило, — ошарашено подумал я, наконец, понимая, что со мной произошло. — Кристалл — именно он пробудил во мне дар, рассыпавшись в пепел. Он отдал мне всю свою мощь».

— Тогда сама судьба тебе сделала подарок! — улыбнулась Катя.

Кто знает, может, так оно и было?

Я хотел предложил ребятам все же двинуть в «Сбитень» и как следует надраться, но вдруг почувствовал невероятную слабость, которая навалилась на меня, да так, что я едва не упал.

— С тобой все в порядке? — насторожилась Катя.

— Я в полном…

Договорить я не успел — сознание подернулось белым туманом и начало в нем растворяться.

— Я…

Последнее, что я видел, прежде чем провалиться в темноту был асфальт, который резко ушел из-под ног и вдруг ударил меня по лицу.