Антизона - Алексей Бобл

Оказавшись под деревьями, они услышали нарастающий рокот винта — к лесу приближался вертолет. Сверху раздался усиленный динамиками голос:

— Говорит подполковник Рузинский! Предлагаю сложить оружие и сдаться. В противном случае выжгу лесополосу напалмом. Даю минуту на размышление!

— Ща, размечтался, урод! — отозвался Митяй, продираясь сквозь заросли колючих кустов, по сторонам от которых клубками мерцали магнето.

Беглецы следовали за ним. Атила слабо прихрамывал — неудачно зажало ногу между сиденьями, когда УАЗик перевернулся. Яна, держась за рану на плече, пригибала голову, берегла глаза от веток. Мишка тяжело дышал сзади.

— Ты уверен, что сможем уйти? — спросил Атила.

— А то! — Митяй остановился, повертел головой, утер лицо, размазав кровь из царапины на щеке. — Туда!

Он махнул рукой, указав на молодой сосняк на пригорке, и бегом направился к деревьям.

— Ох, не нравится мне все это! — проворчал Большой.

Митяй чувствовал себя в лесу уверенней остальных и успокоил:

— Не суетись раньше времени, молодой. Быстро только вепри родятся. Вы Рузинскому живые нужны.

Яна споткнулась, Егор поддержал ее, их обогнал Большой.

— Почему так решил? — Взобравшись на пригорок, Мишка оглянулся на небо, откуда немного в стороне от них ударил мощный луч прожектора.

— Нужны. — Митяй вновь остановился, пытаясь сориентироваться. — Иначе б нас давно завалили. У армейцев неделю назад конвой пропал, так они до сих пор машины ищут, что-то в них ценное было, секретное.

— Ну а мы тут при чем?

— Говорю ж, конвой ищут, всех, кто в Зоне, гребут без разбора.

Не дав перевести дух Яне с Егором, Митяй побежал дальше на свет гнили за деревьями. Спустя мгновение над сосняком, разрубая воздух винтом, низко пронесся вертолет, и снова Рузинский предложил сдаться.

— Че встали, овцы, а ну бегом! — крикнул Митяй впереди. — У армейцев детекторы, им легче аномалии замечать!

Когда догнали проводника, Атила спросил:

— А ты как путь находишь?

— Сияние смотрю, — Митяй даже не обернулся, только ускорил шаг. — Между гравитационными аномалиями и другими сильная несовместимость, поэтому они всегда на большом расстоянии друг от друга.

— Минута истекла! — донесся голос из громкоговорителя.

Спустя мгновение в рокот винта вплелся резкий шипящий звук, будто где-то поблизости включился компрессор, из которого со свистом вырвался воздух. Громыхнуло, еще раз, и еще. Небо на востоке озарилось оранжевым, все упали на землю, накрыв головы руками.

Дохнуло теплом — слева выросла стена огня. С треском загорелись кусты и деревья.

— Кассетами бьет, урод! — Митяй вскочил первым. — Че разлеглись, как монки на случке? Вперед, вперед!

— А говорил, живыми хочет взять, — Большой поднялся вслед за Атилой.

Яна, забыв о ранении, опередила их на несколько шагов, догоняя Митяя.

— Хотят! — выдохнул проводник. — Путь к оврагу отрезали. Теперь у нас одна дорога, через Раскол. Шевелите копытами, пока солдатня не опередила!

Вскоре лес стал более густым, вертолет покружил над ним еще немного и ушел в сторону базы. Лишь тогда Митяй разрешил немного передохнуть.

— Как ты в Зону попал? — отдышавшись, сказал Атила.

— Я уже говорил, — бывший гербовец с прищуром всматривался в темноту за деревьями и к чему-то напряженно прислушивался. — Чего повторять?

— Я не о том. Хочу знать, что было до того. Что было в твоей жизни до Зоны?

Изо рта вырвались клубки пара — в Зоне заметно похолодало, и Егор, подышав на ладони, потер их. Яна обхватила себя за плечи. Только Большому все было нипочем, он холода не замечал и громко сопел, привалившись к сосне. Между корнями, взломавшими бугристую землю, притаилась гниль. В ее отсветах заметно вздымалась и опадала Мишкина широкая грудь.

— Какая еще жизнь до Зоны? Она всегда была. Всю жизнь в ней, — Митяй повернулся к спутникам спиной и отогнул ветку. — Пока вроде верно идем.

Впереди виднелась поляна, залитая лунным светом.

Атила многозначительно переглянулся с Яной: ее вывод насчет неписей, принимающих игру за реальность, кажется верным. Но надо еще задать пару уточняющих вопросов, проверить Митяя до конца.

— Так, ну все, идем дальше. — Проводник глянул по сторонам, указал на старую кривую сосну на краю поляны, окруженную березками. — Туда…

— А детство ты помнишь? — спросила Яна. — Я вот в Киеве родилась, — соврала она, — там училась в школе, узнала об АЭС, катастрофе… о Зоне, то есть. Записалась в кружок «Выживание», там на знающих людей вышла, ну и…

Митяй недоуменно уставился на нее:

— Ты о чем? Какой кружок, какие люди? Зона — моя школа, дом и родина! Ясно вам?

Отвернувшись, он поспешил в глубь леса.