Джокер - Даниэль Дакар

— Девочка, я действительно не могу, — вздохнул Морган. — Второй кумулятивный заряд, помощнее, прилетел в мой дом.

Мэри, у которой внезапно подкосились ноги, села на землю прямо там, где стояла. Пальцы Никиты сжали ее плечи, стриженый затылок Терехова напрягся.

— Лорена… — хрипло прошептала она и тут же почти закричала: — Генри, что с Лореной?!

— Лорена в порядке. Подвал у меня все-таки хорошо укреплен. Лестницу, правда, завалило, но спасатели уже работают. А перекрытия целы, так что она не пострадала. Зла, конечно, как черт…

— Ничего, — с облегчением выдохнула Мэри, бессильно откидываясь на, казалось, вросшие в землю ноги Корсакова, — пусть злится. Злится — значит, жива, покойники не злятся. Минуту, Генри. — она отключила звук и, вывернув голову, снизу вверх посмотрела на Никиту. — Господин контр-адмирал, мне не хотелось бы снова выступать в роли просительницы, но похоже, на своей собственной планете я вообще ничего не могу сделать без вашей помощи…

— Адмиральский катер стоит на том космодроме, где нас встречали. Я сейчас распоряжусь, чтобы полковника Моргана и мисс…

— Лорену Макдермотт.

— Мисс Лорену Макдермотт приняли на борт и доставили на «Александр». Не волнуйтесь, мисс Гамильтон, все будет в порядке. Прислать эскорт?

Мэри подняла руку, призывая его к молчанию, и снова включила внешнюю связь.

— Генри, вас с Лореной заберет адмиральский катер. Господин Корсаков интересуется, нуждаетесь ли вы в сопровождении до космодрома? Учтите, эскорт должен быть, это не обсуждается, вопрос только в том, кто его обеспечит.

— Справимся, девочка, — проворчал Морган. — Передай мою благодарность господину контр— адмиралу. Я надеюсь, что в самое ближайшее время смогу пожать ему руку, а теперь…

— Занимайтесь своим делом, Дядюшка, а я займусь своим. До встречи на крейсере.

Мэри отключила связь, с полминуты посидела, глядя в пространство, и снова посмотрела на Никиту.

— И как вам это понравилось, господин Корсаков? — безупречным светским тоном осведомилась она.

— Более чем понравилось, мисс Гамильтон. Давайте-ка поторопимся, пока еще что-нибудь не стряслось.

Принявшие слова контр-адмирала как руководство к действию десантники, уже упаковавшие к началу разговора Мэри с полковником тела погибших в пластиковые мешки, принялись собирать платформу. Однако занималась этим только половина из них. Остальные, уже облаченные в штатную броню и вооруженные до зубов, рассыпались по пляжу. Мэри, буркнув: «Мне надо переодеться», пулей влетела в катер. Штатив с пробирками она обнаружила на одном из кресел и пристроила контейнер рядом. Буквально несколько минут спустя она уже ругалась сквозь зубы, пытаясь сложить снаряжение таким образом, чтобы оно влезло в мешок, из которого было вынуто. Привлеченный, должно быть, ее краткими эмоциональными возгласами, в катер заглянул Корсаков, насмешливо покачал головой и махнул рукой Терехову. Со словами «Дайте я, госпожа майор!» Даниил отобрал у нее мешок, комбинезон, шлем и ласты, и секунд через тридцать все было собрано. Мэри переглянулась с Никитой и виновато пожала плечами. Он усмехнулся, покосился на лейтенанта и того как ветром сдуло.

— Ты в порядке? — заботливо спросил Корсаков.

— Да. Нет. Не знаю, — она обхватила локти руками и слегка поежилась. — Кажется, начинается реакция. Мне нужно показать наши трофеи доктору Тищенко, сейчас я не могу обратиться ни к одному медику на планете. Никита, если это, — она кивнула на контейнер, — то, что я думаю, Бельтайну не отмыться никогда. Десять лет, подумать только, десять лет… Семь комплексов… Черт возьми, я всегда гордилась своими способностями аналитика, но сейчас я отдала бы все что угодно, лишь бы ошибиться. Потому что если я права… Господи всеблагий…

— Погоди, — коротко бросил Корсаков и выскочил из катера. Платформу затаскивали в грузовой отсек, охранение бдительно следило за подступами к пляжу. Терехов, покачиваясь с носков на пятки, наблюдал. Никита подошел к нему вплотную.

— Даниил, у вас или ваших людей есть что выпить? Что-нибудь крепкое?

— Майор Гамильтон? — понятливость лейтенанта Корсакова не удивила, непонятливые в десанте не служили.

— Транквилизатора, судя по всему, хватило ненадолго, ей явно необходимо…

— Секунду… Одинцов!

— Я! — подскочил тот самый сержант, который управлял эхолотом.

— Флягу давай.

— Эээээ… — парень замялся, смущенно покосился на командующего. — Господин лейтенант, у меня там не водка…

— Я знаю. Давай-давай, это даже хорошо, что не водка. Авось быстрее поможет. — Терехов выхватил флягу из рук сержанта и протянул ее Корсакову со словами: — Вы только проследите, чтобы она выдохнула перед глотком. Федор у нас парень простой, ничего, кроме новоросского самогона не признает.

Никита метнулся к катеру. Одинцов вытаращился на командира:

— Это для майора Гамильтон?! Да как же… Она ведь… дама…

— Она боевой офицер. Боевой офицер, на которого свалилось слишком много всего и сразу. А что дама… дамы разные бывают, Федя. Здешние пилоты не в теплицах растут и не в бальных залах служат. Ты ее при всех регалиях видел? Нет? А я видел. Ордена и звания за красивые глаза не дают. Да и на «Александр» она не на прогулочной яхте прилетела, если ты не в курсе. Что мы внизу нашли — это ж ни в сказке сказать, ни матом выругаться, ну, ты сам все видел. Уж на что я тут человек посторонний — и то мороз по коже. А представь, что ты такое на своем родном Новороссе отыскал, считай, у себя дома. Осознал? То-то же. И еще машину ее взорвали, для комплекта… Так что не переживай, Одинцов, ей сегодня твой самогон — что слону дробина. — жестом отпустив подчиненного, Терехов осмотрелся и скомандовал: — Все, мужики, заканчиваем здесь и пошли, пора возвращаться.

В это время вернувшийся в катер Никита подробно объяснял Мэри технику пития новоросского самогона. Заинтересованная и несколько настороженная бельтайнка послушно выдохнула и отхлебнула из фляги. Ей показалось, что по пищеводу пронесся сгусток жидкого пламени и взорвался в желудке. Сразу стало почти жарко, в голове мгновенно прояснилось, а потом приятно зашумело. Разом ослабли колени. Мэри огляделась и опустилась в кресло рядом с тем, в котором лежали контейнер и штатив с пробирками.

— Ну ничего себе… Что это такое? — она повертела флягу в руках, поднесла горлышко к носу и втянула воздух слегка раздувшимися ноздрями. Резкий запах спирта был почти заглушен ароматом незнакомых трав. Даже вдыхать его оказалось неожиданно приятно.

— Я же тебе сказал: самогон, — ухмыльнулся Никита.

— Да ладно, подумаешь, виски тоже самогон, но это… — Мэри уважительно покрутила головой. — Это можно использовать вместо анестезии при хирургическом вмешательстве.

Начавшие подниматься в катер десантники услышали данное ею определение и дружно расхохотались. Одинцов надулся от гордости: