Строптивая жена темного принца - Ольга Ломтева

— Врешь, — его губы едва коснулись моих.

Неужели принц узнал, что я чувствовала на самом деле?

В помещении по периметру стали зажигаться магические огоньки. Мягкое оранжевое пламя осветило комнату. Мы стояли между двух широких столов, на которых покоились котелки с лопатками, черпаками и наборами ножей.

Вдоль стен громоздились стеллажи. Справа на полках пылились увесистые фолианты. Слева — банки с ингредиентами для зелий, колбы с разноцветной жидкостью и прочая утварь для зельеварения.

Принц перенес меня в алхимическую лабораторию. Причем вполне себе добротную.

— Тут… интересно, — и мне действительно было интересно. Я любила алхимию в Школе.

— Это моя личная лаборатория.

Принц отпустил меня, чтобы я смогла хорошенько оглядеться. Первым делом я направилась к стеллажам. Я надеялась, что сразу же увижу книгу о проклятиях и попрошу взять ее с собой.

— Вижу, что тебе нравится здесь, — заметил принц. — Но здесь за тем, что взять у тебя немного крови.

— Крови? — переспросила я, водя пальцем по корешкам.

— Да, пока обойдемся анализом крови. Темное проклятие всегда оставляет отпечаток в крови человека, — раздался звук выдвигаемого ящика. — Я смогу экспериментировать с твоей кровью, не боясь причинить тебе вред. Так я смогу вывести хотя бы нейтрализатор.

Нейтрализатор снимал эффект проклятия, но не излечивал от него. При этом он обладал лишь временным эффектом.

— А снять проклятие?

— Над этим я тоже поработаю, — скрипнул стул. — Иди сюда.

Искомую книгу я не нашла, но задерживаться не стала. Чем быстрее мы закончим процедуру, тем скорее я вернусь домой.

— А почему ты вчера не взял? — поинтересовалась я, усаживаясь за стол.

— Кровь для экспериментов должна быть отдана добровольно.

Не самая приятная процедура закончилась быстро. Принц при помощи шприца набрал несколько колбочек моей крови. К слову, он все делал очень деликатно. И иголку воткнул так, что я почти не почувствовала. И место прокола обработал с особой нежностью.

Вот бы все лекари были такими умелыми.

— А у тебя нет книги о проклятиях? — спросила, когда Его Высочество взялся за уборку.

— Есть, и много. Но я их тебе не дам. Если захочешь почитать, приходи сюда.

— А почему?

— Они опасны. Это же черные гримуары, которые принадлежали могущественным темным магам прошлых лет. Эти книги сами своего рода прокляты и лучше им не покидать стен моей лаборатории.

Я с опаской посмотрела на шкаф. Вот еще мне не хватало дополнительной нагрузки в виде пропитанных темной магией книг.

— Ладно, — выдохнула я, все же бросив тоскливый взгляд на фолианты. — Тогда что? Вернемся обратно?

— Нет, у меня на тебя планы.

Глава 20

Райнхарт

— Нет, у меня на тебя планы.

У Райнхарта скопилось много планов на свою невесту. Встреча с Каролиной на балу дала новый толчок для фантазии. Идеи росли, как грибы после дождя.

Стоило Райнхарту прикрыть глаза, как темная магия нашептывала все то, о чем не говорят в приличном обществе.

— Какие планы? — Каролина вздернула подбородок.

Когда девушка так делала, свет очерчивал линии чувственных губ, придавая им объем. И тогда принцу хотелось целовать ее до изнеможения.

Темная магия в его душе требовала (именно требовала, потому что темная магия не умела просить) попробовать на вкус девичьи губы.

Но Райнхарт держался. Он же не слабак, чтобы потакать темным силам. И уже давно не юнец, чтобы поддаваться соблазнам. Он взрослый зрелый мужчина, который умеет держать себя в руках.

— Ты говорила, что хотела бы привыкнуть ко мне. Не хочешь ли провести время вместе?

Принц подошел к девушке и заглянул в синие, как сапфиры, глаза. Они были такими же чистыми, как в день знакомства.

Райнхарт помнил тот день так ярко, будто это произошло вчера. Усадьба посреди вересковых пустошей Сиревеных равнин, накрытые во дворе столы, родители Каролины, гости, королева с маленькой сестрой и невеста — годовалая девочка с короткими белесыми волосами и большими глазами-сапфирами.

Каролина сидела в коляске и тискала крохотными ручками куклу. Райнхарт даже подходить к ней не хотел. Но матушка — Ее Величество Элоиза — уговорила сына.

— Теперь ты должен всегда о ней заботиться, — проговорила королева, положив ладонь на плечо принцу.

— Она такая…

Райнхарт скривился. Он хотел сказать «мелкая», но сдержался. Его сестра Элеонора была ровесницей Каролины. Только это и сдерживало от некрасивых фраз в присутствии матери.

— Понимаю, это трудно признать, но теперь она твоя невеста.

— Зачем? — единственное, что удалось выговорить мальчику. Его жизнь и так была полна невзгод.

При дворе Райнхарта не любили за связь с темной магией. А уж когда в девять лет он прилетел на Тиаранте, древнем демоническом драконе, в столицу — оклеветали самыми ужасными сплетнями.

Король держал Райнхарта в строгости и, кажется, требовал больше, чем со всех министров и советников вместе взятых.

А теперь в невесты ему дали малышку? Десять лет разницы казалась одиннадцатилетнему мальчику катастрофой.

— Так надо, поверь, — шептала мама. — Ты должен защитить ее.

— Но почему? — Райнхарт посмотрел в глаза матери. Он очень хотел узнать почему родители заключили добрачное соглашение с Меренбергами. Ему могли бы выбрать невесту по возрасту.

— Политический интерес, — мягко ответила матушка. Но Райнхарту почудилось, что она не договорила. Было что-то еще. Существовала другая причина для помолвки.

Вскоре королева покинула Сиреневые равнины. У принцессы Элеоноры внезапно начался жар. Но Райнхарт остался вместе со своей свитой. Он подошел к невесте еще лишь раз.

— Моя невеста — малявка, — усмехнулся он.

В ответ малышка потянула к нему ручки в попытке ухватиться за полы мундира. При этом она улыбалась во весь рот.

— Тебе весело, да?

Райнхарт смотрел на ребенка и все думал, что будут говорить при дворе, когда объявят о помолвке. Какие гадости придумают злые языки.

Внезапно принц ощутил сильный всплеск темной магии. Он схватил малышку и кинулся прочь, призывая фамильяра. Появившийся из ниоткуда Тиарант прикрыл детей своими мощными крыльями в последний момент. Больше никто в тот день не спасся.

Каролину отдали на воспитание дяде с тетей, а Райнхарт продолжил жить прежней жизнью. Вот только детское лицо с большими синими глазами не выходило из памяти.

Через три года принц для себя решил, что до свадьбы больше не будет видеться с невестой. Он отметал все приглашения на дни рождения и праздники. Только регулярно присылал подарки, справлялся о здоровье и приставил охрану. Но встречаться не смел. В его жизни были периоды, когда он вообще забывал, что обручен.

Райнхарт беспокоился, что детский образ закрепиться в памяти и в дальнейшем он уже не сможет воспринимать