Раб змеиной королевы - Брайан Толуэлл

– Веди нас, победительница Великой Души!

– Идиллия, – прослезился седовласый профессор. – Вот бы чуток раньше вы за ум взялись, совсем бы хорошо было…

– Ладно, док, оставь, нечего жевать одно и то же. Но помните, ребята: если победим – то только вместе! Лады?

– Лады, лады, лады, лады, большая женщина, веди, веди, веди, веди, – вдруг повеселевшие гномы пустились в пляс вокруг предводительницы, и Фонтанелли пробормотал;

– Ну прямо Белоснежка и семь гномов…

– Давайте вытащим Ваших, – предложила Аманда.

С помощью гномов она стала извлекать маленькие тела из-под обломков вертолета. Лула и Салла заголосили вновь. Всего было извлечено шестнадцать гномьих трупов. Среди них был и труп Алвари. Борода гномьего вожака полностью обгорела, на лице застыла предсмертная гримаса. А на крохотном пальце – на пальце гнома невредимо болтался здоровенный черный перстень!

Издав возглас ликования, Аманда схватила его и нажала черное веко. Веко перстня ушло в сторону, обнажив снежно-белую жемчужину, огромную, блистающую чистым солнечным светом.

– Амулет Небесного Народа, – благоговейно прошептал Воло.

– Великий Светоч Истины, – с придыханием произнесла Лула.

– Огонь Солнечного Митры горит в Нем, – молвил Вузери.

– И разгоняет прочь нечистые чары, – добавил Алли.

– Ясность ума дарует Он, – отметил Бора.

– И потому так страшатся Его могучие волшебники, – объяснил Лакери.

– Даже карлик Тезиас боялся Его, – напомнила Салла.

– Следовательно, это очень полезная штука, – заключила Аманда Линн, надевая перстень с амулетом Небесного Народа на средний палец своей левой руки. – Хорошо хоть Джейку она не досталась.

Профессор Фонтанелли, единственный из всех, недоверчиво хмыкнул. Ученый из Будущего не верил в чудодейственные возможности белой жемчужины. Но, заметив направленные на него осуждающие взгляды гномов и, что гораздо важнее, самой Аманды, поспешил добавить:

– Я надеюсь, этот амулет поможет нам выбраться из города.

– Точно! – восхищенно воскликнул Лакери. – Давайте это проверим! – Аманда кивнула.

– Пошли.

Окрыленная вспыхнувшей надеждой, процессия из двух человек и семи гномов проследовала мимо гигантских бессчетно-многоугольных «зданий», лежащих на клубящейся фиолетовым дымом почве, мимо причудливых движущихся фигур, составлявших архитектуру Зачарованного Города. Никто из людей и гномов не оглянулся на величественную громаду Стержня, пронзающего купол небес. Так подошли они к границе Зачарованного Города. Всего в двух шагах от них высились могучие сосны девственного бора, а вдали были видны Горы Серых Обезьян. Радостная Салла бросилась вперед, торопясь поскорее выбраться из гнетущей тишины Города в манящую многоголосицу леса. И когда до стволов деревьев было рукой достать, она вдруг натолкнулась на незримую преграду. Салла больно ударилась, взвизгнула отлетела на пять гномьих шагов и заплакала.

– Стойте, – сказала Аманда. Подойдя к границе, она протянула правую руку – и тотчас отдернула ее.

– Защитное поле? – помрачнев, спросил Фонтанелли.

Она согласно кивнула и протянула вперед левую руку. Светоч Истины уперся в защитное поле Города, и опять Аманде пришлось отдернуть руку, ибо ее как будто током ударило. Она тоже помрачнела. Невзирая на боль, она снова и снова касалась амулетом Небесного Народа незримой преграды. С тем же результатом. Гномы угрюмо стояли рядом. Наконец, обессилевшая, Аманда села на фиолетовую землю.

– А ведь кажется: руку протяни – и сорвешь ветку, – тоскливо прошептала она. – Как же это несправедливо!…

– Светоч Истины не открыл дорогу из Города, – пронеслось среди гномов.

Витиевато выругавшись, воительница выхватила из-за пояса лазерный бластер и направила луч в невидимое защитное поле. Однако малиновый луч смерти не сжег стволы могучих деревьев. И он не смог проникнуть сквозь незримую преграду. Луч бластера, не дойдя до ближайшей сосны каких-то трех сантиметров, обрывался в пространстве, исчезая неведомо где.

– Проклятье! – пробормотала Аманда.

– Ничего удивительного, – сказал профессор. – Защитное поле поглощает энергию. И оно очень мощное, это поле. Я думаю, даже если бы мы взорвали здесь атомную бомбу, оно устояло бы. Поле просто впитало бы в себя энергию взрыва, поглотило бы ее.

– Что же нам делать, док? Как выбраться из проклятого города?

– Есть два пути, – нервно теребя бороду, проговорил Фонтанелли. – Во-первых, мы можем улететь отсюда по воздуху. По-видимому, на большой высоте защитное поле отсутствует.

– Но ведь сюда никогда не залетают птицы! – воскликнул Лакери. – Даже жучков и мошек – и тех нет!

– И тем не менее Джейк и его люди как-то покинули Зачарованный Город, – возразил профессор. – Мы должны построить летательный аппарат.

– Это долго, – покачала головой Аманда. – Сколько ты строил «Черного коршуна», док? И потом еще неизвестно, найдешь ли ты здесь материалы для такого аппарата. А топливо? Как твоя машина будет летать, а? Ты ведь не можешь, как Тезиас, пользоваться энергетическим полем Стержня.

– Не могу. Поэтому мы можем попробовать его разрушить. Это и есть второй путь.

Взоры всех сразу обратились к Стержню. Бесконечная исполинская колонна казалась несокрушимой. В сравнении с ней люди и гномы одинаково чувствовали себя даже не муравьями – мошками…

– Ну это вряд ли у нас получится, – сумрачно процедил Воло.

– Во всяком случае, я должен попытаться. Ведь именно Стержень является истинным сердцем Зачарованного Города. Готов спорить на что угодно, защитное поле тоже он держит. Разрушим Стержень – и Город перестанет существовать.

– В этом что-то есть, – подумав, ответила Аманда.

– И еще… – добавил док. – Стержень питает энергией все вертолеты, на которых улетели Джейк и остальные. Более того, сами эти вертолеты, кроме одного, первого, сотворены энергией Стержня. И вертолеты, и оружие, и одежда – да все! Уничтожим Стержень – и непобедимая армада Джейка Митчелла просто перестанет существовать!

Аманда Линн вскочила с земли и расцеловала старика. Она даже не заметила, как холодна его кожа.

– Молодчина, док! Голова! Да ради того, чтобы расквитаться с Джейком, я готова землю носом рыть!

Она погрозила исполинскому Стержню сжатым кулаком.

– Возвращаемся во дворец, ребята! – приказала она понурым гномам. – Эй, вы, нечего киснуть! Мы еще покажем им всем!

– Нам бы только на волю выбраться, а там уж вы сами меж собой разбирайтесь, – мрачно проговорил Воло, лишний раз подтвердив этими словами старую истину, что гном может думать только о гноме и ни о ком другом.

– Выберемся, обязательно выберемся, – сказала Аманда и, желая перевести разговор на другую тему, спросила: – Салла, на сколько хватит нам воды и еды?