Спецгруппа "Нечисть" - Александр Ищук

— Пыток не боитесь?

— Конечно, боюсь.

— Так, может, будете сотрудничать?

— А может, вам отправиться в пеший эротический тур?

— Напрасно, напрасно. Конвой!

Вошел конвоир.

— В шестнадцатую его.

— Так точно. Трофимов, на выход.

В коридоре конвоир меня «порадовал»:

— Ну, что, довыпендривался? В пыточную тебя приказано.

— Веди давай.

В шестнадцатой меня ожидала картина маслом: на полу лицом вниз, лежало тело офицера. Судя по неподвижности тела и крови вокруг, оно подвергалось многочисленным побоям. Помимо тела, в комнате находились еще трое. Все трое плотного телосложения, в расстегнутых форменных рубахах. Руки в крови. По локоть. Буквально.

— Принимайте свежее «мясо», — сообщил им конвоир и закрыл за мной дверь.

И снова меня посетило ощущение нереальности происходящего. От лежащего тела столько крови быть не может, форма офицера запятнана лишь в «нужных» местах, руки «палачей» испачканы слишком картинно, а на обуви нет следов крови. В общем, бутафория.

— Здорово, бычье, — поприветствовал я присутствующих, — меня к вам на помощь прислали.

Я повернулся, закрыл засов камеры изнутри, чем вызвал возглас протеста со стороны бычья, и достал нож.

— Эй, ты чего?! — удивленно раздалось из угла.

— Этот, что ли, Родину не любит? — спросил я, указав рукой на лежащее тело. — Ну, ничего, сейчас он заговорит.

Я подошел к лежащему офицеру и со всей дури пяткой ударил в район коленного сустава. Ботинки у меня тяжелые, удары хорошо поставлены, хруст раздался чуть раньше, чем лежащий заорал. Хорошая реакция для человека без сознания… Лежащий попытался перевернуться, но я навернул ему в ребра ногой, и он снова прилег. Тем временем тройка быков вышла из ступора и начала неуверенно двигаться ко мне.

— Назад, петушня, — махнул я в их сторону ножом. И еще раз зарядил лежащему по ребрам. Он снова закричал.

— Старлей, ты чего? — попытался наладить со мной диалог один из быков.

— Вам, мозгоклюям, помогаю, — ответил я. — Вы же не справляетесь. Еще чуть-чуть — и он признается, что убил Кеннеди!

— Отойди от него, придурок, — потребовал тот же бык.

— Ты за базаром-то следи, козленыш, — посоветовал я, — а то сейчас рядом ляжешь.

— Мужики, по ходу, он бешеный, — сделал вывод кто-то из быков. — Вяжи его, а то действительно всех порежет.

Они двинулись на меня. Я отошел к двери, чуть подпустил их, а потом, заорав дурным голосом, прыгнул в сторону самого быстрого. Нож в моей руке отвлек внимание противника, поэтому удар ногой в голову он пропустил. Пропустил и прилег рядом с офицером. Я сделал шаг вперед, и нападающие оказались на одной линии, мешая друг другу, чем я и поспешил воспользоваться. В очередной раз, отвлекая внимание ножом, навернул противнику в колено. Противник подсел на поврежденную конечность. Последний из нападавших уже вышел на «оперативный простор» и бросился мне в ноги. Видимо, борец. Странно, что он забыл про нож. Я резко сместился в сторону, и противник пролетел мимо меня. Мимо меня, но не мимо стены. Парнем он оказался крепким. Несмотря на удар головой, попытался встать, но я подскочил к нему и ударил рукой в затылок. Два ноль в мою пользу. Я развернулся к третьему. Третий не стал ждать продолжения «банкета» и заорал:

— Конвой, тревога!!! Задержанный напал на сотрудников!!!

— Леха, козел, если ты опять прикалываешься… — послышался из-за двери голос конвоира. Звякнул щиток глазка. Конвоир очень долго, на мой взгляд, оценивал увиденную картину. В конце концов, он поверил в происходящее и, звеня ключами, завопил: — Задержанный Трофимов, прекратить!!! — Он долго возился с дверью. Наконец до него дошло: — Леха, на кой вы изнутри закрылись?!! — заорал он.

— Это не мы, это старлей.

— Так открой.

— Не могу, он мне колено сломал.

— А остальные?

— Он их вырубил.

— Трофимов, не делай глупостей, — завизжал конвоир, — я сейчас следователя приведу.

Судя по удаляющемуся топоту, он действительно побежал за следаком. Соответственно, времени у меня было минуты две. Должен успеть.

— Леха, — обратился я к палачу, — говори.

— Что говорить-то? — не понял он.

— Правду, родной. Правду. Не доводи до греха. Мне же все равно ничего не будет. Любой психиатр подтвердит, что я сегодня невменяемый. Я сегодня только с задания пришел.

— А если расскажу, ты меня не тронешь?

— Не трону. А будешь волынку тянуть — порву как Тузик грелку.

— Мы должны были тебя запугать. Максимум — чуть-чуть по ребрам настучать.

— Это я уже понял. Цель какая?

— Не знаю. Если бы ты начал рассказывать про последнее задание, то считалось бы, что мы выполнили задачу.

— А если бы не начал?

— Прессовали бы до тех пор, пока нас бы не остановили.

— Кто остановил бы?

— Сигнализация.

— Камера наблюдения?

— Да.

— Как наблюдают?

— Тут в каждой стене спрятано по видеокамере.

— Кто командует парадом?

— Напрямую Солодянкин, но он без ведома Ивлева ничего не делает.

Ну, наконец-то мозаика сложилась. Значит, господин генерал-майор устроил мне проверку на «вшивость». Вот только интересно зачем?

— Трофимов, немедленно откройте дверь!!! — раздался из-за двери голос Солодянкина.

— А мусорка своего отдашь нам на растерзание?! — вспомнил я классику советского кинематографа.

— Какого мусорка? — не понял он. — Ты что, совсем умом тронулся? Открывай, тебе говорят!

— Капитан, у меня чисто теоретический вопрос: а что будет, если не открою?

— Как не откроешь? — удивился он. — Чего ты добиваешься?

— Чего мне нужно было, я уже добился. Мы теперь развлечься пытаемся. Скучно нам!

— Кто «мы»? — опять не понял капитан. — У тебя что, раздвоение личности?

— Типа того, — насмешливо фыркнул я. — Короче, начальник. Слушай мои требования. Хочу миллион рублей мелкими монетами, пароход к подъезду и секретчицу Танечку из штаба в костюме женщины-кошки. Ах, да… еще ящик водки и закусить.

Судя по лицу «пленного» Лехи, до него начало доходить, что я издеваюсь над следователем. Я подмигнул ему и прижал указательный палец к губам. За дверью послышалось бормотание — следак пересказывал кому-то мои требования. Кто-то засмеялся. И смех очень сильно походил на смех Петровича.

— Трофимов, — снова раздался голос Солодянкина, — так ты будешь открывать или нет?