Неизвестный с "Драккара" - Константин Муравьев

«Каков актёр! – подумал полковник. – Я, наверное, ему даже поверил бы при других обстоятельствах. Но, думаю, то, что вылезли эти две дополнительные проблемы, его рук дело. Не удивлюсь, если и курьера он нашёл гораздо раньше, а убрал его именно сейчас, с какой-то своей целью. Они все так поступали».

– Что у вас за предложение к нам? – спросил капитан, ему как-то достаточно легко удавалось говорить с этим человеком.

– Как я понимаю, наша проблема сейчас – в отсутствии возможности совершить гиперпрыжок. И не по причине неисправности двигателя, а из-за повреждённого контура управления.

– Откуда ты это знаешь?

– Ну не просто же так я сидел в резервном командном пункте. Я просмотрел все отчёты по состоянию крейсера и кое-что придумал. Но мне не обойтись без вашей помощи, – улыбнувшись, ответил лейтенант.

– Я не спрашиваю, как ты всё это смог выудить и проанализировать, ведь там нет даже нужного для этого оборудования. Я не буду задавать вопрос, почему никто не заметил твоих действий. Ответь только на один: какова вероятность успеха твоего плана?

– Процентов двадцать, ну… или тридцать, – спокойно ответил парень.

– Понятно, рассказывай дальше, что ты придумал, – попросил Лерк.

– Наша проблема не в том, что мы не можем разбить корабли противника, а в том, что не можем от них удрать. Этому препятствует, как я уже сказал, нарушенный управляющий контур для пространственного двигателя. Я смог диагностировать проблему и нашёл вышедший из строя модуль.

– Ты техник? – удивлённо спросил Лерк.

– Есть немного, – кивнул парень. – Мне продолжать?

– Да, конечно.

– Возник вопрос: где взять замену? И вот тут нам на помощь приходят те два корабля на встречном курсе. Нужный модуль наверняка есть на любом из них.

«А кораблики-то, похоже, не случайно сорвались в нашу сторону, парень их выманил из укрытия, где они нас поджидали. Откуда он про них знал? Хотя можно было догадаться – неспроста же нас гнали именно в ту сторону. Вот поэтому и связь образовалась. Пропал сигнал с маячка, они всполошились и пошли нам навстречу», – подумал полковник.

Лейтенант между тем продолжал:

– Я уверен, что массовый артобстрел нам не грозит.

– Почему? – удивился десантник.

Ему ответил Им Су:

– Чтобы не потерять то, зачем они гнались. А это может находиться у любого на корабле. Видимо, они теперь не знают, кто именно им нужен. И постараются взять нас живыми. Правда, наше состояние для них не очень важным будет, как я понимаю. Но мы точно нужны им способными отвечать на вопросы.

– Да, всё верно. Поэтому, пока корабли не сблизятся на расстояние полёта абордажного челнока, мы в относительной безопасности, – подтвердил его слова Кеег.

– И что нам это даст? – всё ещё не понял ситуацию Майкл.

Рау тоже пока не могла разобраться в том, что дают эти выводы. Но, посмотрев в напряжённое лицо полковника, подумала: «А Ройф и мичман Снеп, похоже, догадываются, что хочет предложить этот странный парень. Вон как нахмурился полковник, а у мичмана, наоборот, загорелись глаза. Непонятно. Что, интересно, на уме у этого связиста? Да и какой он, к руху, связист, больше на спецагента похож. Правда, в головидео или по визору их совершенно другими представляли. Красивыми, рослыми, элегантными. Все девушки от одного их взгляда в обморок падают. Но там игра, а тут жизнь. Может, именно такими незаметными, непонятными, нелепыми они и должны быть? Люди, на которых не обратят внимания. Ведь правильно говорят, что они бойцы невидимого фронта».

Рав же рассказывал дальше, одновременно своей речью ответив на вопрос Майкла:

– Поэтому ситуацию с абордажем нужно ускорить. Но на два корабля у нас не хватит людей. И для одного я не уверен, что достаточно, но мы должны справиться. От этого зависит такая мелочь, как наша жизнь. И в связи с этим я всё это время восстанавливал орудия, расположенные с повреждённой стороны корабля.

– Зачем? – испуганно спросила Нира. – Нам придётся вступить в бой?

Лейтенант долгим взглядом посмотрел на девушку, немного помолчал и продолжил:

– Я смог реанимировать четыре из восьми. Со стопроцентной вероятностью они смогут дать два полных залпа. Дальше уже как повезёт. Но нам и этого должно хватить, чтобы вывести из строя один из кораблей противника. Сейчас мы должны ускориться и войти в клинч с тем кораблем, что находится со стороны повреждённого борта. При минимальной дистанции у нас будет несколько секунд, когда их поле будет отключено. Вот тогда мы и должны сделать все восемь выстрелов. Если повезёт, мы разрушим корабль, но из-за нашей туши результаты обстрела со второго не увидят ещё несколько минут.

– А почему именно с этой стороны? – спросил Лерк. – Ведь целесообразнее воспользоваться всеми целыми орудиями второго борта, тогда вероятность уничтожения вражеского крейсера значительно возрастёт.

– Нет, это бесполезный манёвр, – помотал головой мичман.

– Почему? – удивился капитан.

– Кажется, я догадываюсь почему, – присоединился к беседе полковник. – Нам нужен причальный отсек, а рабочий – только с неповреждённой стороны корпуса. Правильно?

– Верно, – ответил Рав. – И именно с этой стороны во время атаки на первый крейсер мы должны совершить абордажно-стыковочный прыжок на второй оставшийся корабль противника. Кроме всего прочего, это сторона важна и тем, что на ней сохранились практически целыми все орудия. При контрабордаже они смогут создать плотный заградительный огонь. Это задержит или полностью уничтожит все абордажные команды, которые спустят на наше судно. А уже от успеха нашего абордажа будет зависеть успех всей нашей дальнейшей миссии. Задача упрощается ещё и тем, что нам не нужно захватывать весь корабль. Только проникнуть на вражеский крейсер и пройти до одного из инженерных помещений, а оно находится недалеко от борта корабля. Как только мы найдём нужный отсек, я демонтирую необходимый нам модуль, устанавлю взрывчатку, и мы покинем крейсер наёмников. А потом подорвём его со своего судна, удалённо. Дальше уже только моя работа. На установку модуля и восстановление работоспособности управляющего контура гипердвигателя мне понадобится порядка двух часов. Я не уверен, что тип модуля, снятого с корабля противника, полностью подойдёт нам, но на сто процентов могу гарантировать один прыжок по строго заданным координатам. После этого уходим из системы и окапываемся. Потому что наверняка нас будут преследовать. Ближайшая наиболее безопасная станция Реса находится на окраине системы Прек-5. По дальности прыжка мы как раз укладываемся в запас топлива, которым обладаем. На этой станции должно находиться несколько рейдеров Содружества, несущих вахту на подконтрольной территории фронтира и демилитаризованной зоны. Они смогут оказать нам необходимую помощь. Дальнейший план придётся корректировать уже в зависимости от обстоятельств. До встречи с кораблями противника при максимальном разгоне у нас будет порядка сорока часов. Ещё около часа займут бой и абордаж. Плюс дополнительные два с половиной часа на изъятие и установку нового оборудования. Отставание противника сейчас составляет шесть часов. То есть у нас остаётся запас в два с половиной часа, которые нам позволят вывести корабль на нужный диапазон скорости для гиперпрыжка. По сути это всё.