Радомир. Путешествие в Семиречье - Андрей Карючин

Собирался Месяц скорешенько,

снаряжал небесную лодочку —

нос-корма у нее позолочены,

рытым бархатом обколочены.

А борта жемчугами иссечены

и увиты златом и серебром.

«Песни Птицы Гамаюн», Клубок шестой

Время в Китеже летело быстро. Каждое утро и вечер друзья ходили на веду с мудрым старцем Родословом. Днём же все вместе трудились в цветущем саду Радомира, купались в озере или проводили время на Укромной Полянке, где вовсю кипела работа над лодкой.

Под мудрым началом Твастара, друзья покрыли деревянный остов Сокола особым раствором, который придал ему прочность; затем вставили лавочки-сидушки и принялись работать над вёслами.

Радомиру всё было очень интересно, и он засыпал Твастара многочисленными вопросами. Мастер же был очень рад поведать Радомиру знания, которые из поколения в поколение передавались в его роду.

«Любая мелочь свой толк имеет! – любил повторять Твастар. – Во всём есть свой особливый смысл!»

– А почему мы для остова лодки именно кедр взяли? – как-то спросил Радомир, осторожно обводя края бортов васильковой краской.

– Потому что кедр лёгкостью обладает и мягкостью. Его обрабатывать легче, – ответил Твастар, что-то вытачивая на носу Сокола.

– А разве это хорошо, когда корпус мягкий? – удивился Радомир.

– Для того мы его зазнамо раствором защитным покрыли, он как раз кедру крепости придаёт.

– А лавочки почему же тогда из дуба?

– Сидушки должны тяжелее быти, чтобы Сокол устойчивостью обладал.

– Сколько ты, Твасти, кушаешь, тебя и вправду только дуб выдержать сможет! – засмеялась Всеслава. – А не боишься о дубовую твёрдость свою мягкость отшибить?

– Не боюсь! – улыбнулся Твастар. – Тем боле, что мы наши лавочки-сидушки нонче ватолой обвернём.

– А что это за «ватола» такая? – спросил Радомир.

– То такая мягкая ткань из толстой пряжи. Из неё особливо ладно одеяла и подстилки выходят, – ответил мастер, вытаскивая из мешка бережно смотанную верёвку.

– А это ещё зачем? – воскликнула Всеслава, подбежав к мастеру и схватившись за верёвку рукой.

– То суть кудельные нити, – нахмурившись, ответил Твастар, забирая верёвку у любопытной девочки.

– А чего они пахнут так странно? – нюхая свою руку, поморщилась Всеслава.

– И ничтоже странного тут нет! Я их, перед тем как в верёвку сплетать, цельных два дня в отваре из дубовой коры вымачивал, понеже прочность и стойкость повысить.

– А зачем она нам? – спросил Радомир.

– Это обвязка, что вдоль борта пойдёт. У неё много предназначений, вот, например, если Славка за бортом окажется, чтобы ей было за что ручонками ухватиться.

– А чего это я за бортом окажусь? – насторожилась Всеслава.

– А мы будем тобою глубину измеряти!

– Да ну тебя, пустобрёха… – махнула рукой Всеслава и, нарочито развернувшись спиной, принялась помогать Светловзору лощить вёсла.

– А вёсла у нас из кедра или из дуба? – спросил Радомир, помогая Твастару с обвязкой.

– Нет, – улыбнулся мастер, – вёсла у нас из клёна. У него древесина плотная, а со временем ещё больше волокнами скручивается. Поэтому, чем старше станутся наши вёсла, тем более упругими и вязкими сделаются. Любым бурям и течениям с лёгкостью супротивиться станут.

Так проходил день за днём, неделя за неделей, и вот, наконец, настал долгожданный день испытаний!

Обгоняя друг друга, вихрем неслись друзья к своему укромному месту, где их ждал Сокол. Вытянутый нос лодки гордо вздымался вверх, а грациозные, опоясанные небесно-голубой полосой, борта светились на солнце мягким бежевым цветом.

Твастар нежно погладил дерево рукой, одобрительно кивнул и воскликнул:

– Ну что ж, защитный слой уже высох. Пора нашу лодию на воду ставить!!!

Взяв лодку с двух сторон за специальные выдвижные ручки, друзья бережно понесли её к пологому берегу Светлояра. Войдя по колено в озеро, они осторожно опустили Сокола на воду, и он, словно радуясь, закачался на лёгких волнах.

– Какой красивый! – восхищенно промолвила Всеслава, – Твастар, ты молодец! У тебя здурово получилось!

– Без вашей помощи ничего бы не вышло, – скромно ответил мастер, со светящимся от радости лицом. – Залезайте внутрь, а мне нужно ещё кое-что тут померить.

Светловзор, Всеслава и Радомир перелезли через высокие борта и уселись на удобных мягких скамейках. Внутри приятно пахло деревом. Вёсла, вставленные в уключины, нетерпеливо поскрипывали, словно спрашивая, когда же они понесут лодку по водной глади.

Твастар в это время, находясь по грудь в воде, тщательно замерял расстояние от верхнего края борта до воды. Сперва он измерил с одной стороны, затем с другой. Вид у него был несколько растерянный.