Гобелены Фьонавара - Гай Гэвриэл Кей

– Тигид, – попытался на удивление мягко усовестить его принц, – пойдем, пожалуйста. И двигайся побыстрее, милый! Не то я тебя прямо в окно выкину, великолепный ты мой!

На мгновение стало тихо. Затем послышался покорный ответ Тигида:

– Хорошо, господин мой.

Когда они проходили мимо двери, Ким мельком увидела немыслимо огромного и толстого человека, опиравшегося на плечо своего весьма мускулистого и тоже довольно высокого приятеля, который, впрочем, рядом с этим великаном казался чуть ли не тростинкой. А потом в дверях показался третий, которого Мэтт называл принцем. Вокруг его головы свет горевших в коридоре факелов создавал странный светлый ореол. Диармайд – сразу вспомнила она. Ну да, так они его называли. Диармайд. Младший сын короля.

И удивилась тому, что не может отвести от него глаз.

Но Диармайд дан Айлиль воспринял это как должное: люди всегда реагировали на него подобным образом. Лениво прислонясь к дверному косяку, он снисходительно посматривал на Лорена, склонившегося перед ним в почтительном поклоне, и на всех остальных. И, ошарашенная его поведением, Ким не сразу сумела выделить в его облике те его черты, которые сразу бросались в глаза: стройное гибкое тело, высокие скулы, исключительно тонкое и умное лицо, крупный выразительный рот (в данный момент Диармайд явно с трудом сдерживал довольную усмешку), унизанные кольцами руки, а глаза… Глаза у него были очень красивые – яркие, голубые, хотя Ким поразило их выражение: какое-то слишком циничное. И, видимо, естественное для наследника трона великого королевства. Определить на взгляд его возраст она не сумела, но решила, что он примерно ее ровесник.

– Спасибо, Серебряный Плащ! – сказал принц. – Спасибо, что не только вовремя вернулся, но и вовремя предупредил меня.

– Но, принц, это же сущее безумие – ради Тигида оказывать неповиновение королю! И по этой, в высшей степени неуважительной, причине.

Но Диармайд прервал его и рассмеялся:

– Снова учишь меня жить, Лорен? Не успев вернуться? И Переход, как видно, ничуть на тебя не подействовал. А может, у меня есть причины.

Но теперь его перебил маг:

– Сомневаюсь, – жестко возразил он. – Вряд ли тому есть иные причины, кроме мальчишеского упрямства и слишком богатых винных погребов Южной твердыни!

– То и другое – причины достаточно веские, – заметил Диармайд, и на устах его блеснула улыбка. – И кого же, – спросил он совсем иным тоном, – ты доставил к нам по поручению Метрана для завтрашнего парада?

Лорен, явно привыкший к подобной манере обращения, с важным видом стал представлять прибывших. Кевин, представленный первым, сухо поклонился. Пол последовал его примеру, однако посмотрел принцу прямо в глаза. Ким просто кивнула. А Дженнифер…

– Ах, какой персик! – воскликнул Диармайд дан Айлиль. – Серебряный Плащ, ты привез мне полакомиться настоящий сладкий персик! – И он решительно двинулся к девушке. Драгоценные камни у него на руках и на груди так и заиграли в свете факелов. Принц взял Дженнифер за руку, склонился перед ней в низком поклоне и поцеловал ей запястье.

И Дженнифер Лоуэлл, которая никогда в жизни, тем более в таком странном окружении, не стала бы терпеть подобные выходки, на сей раз почему-то руку свою не отнимала до тех пор, пока принц не выпрямился и не выпустил ее сам.

– Вы что, всегда такой хам? – спросила она ледяным тоном. В ее зеленых глазах тоже не было ни капли тепла.

Что, впрочем, подействовало на принца весьма слабо.

– Почти всегда, – весело признался он. – У меня, правда, есть и кое-какие хорошие качества, которые многое искупают, но я никогда не могу вовремя вспомнить, в чем именно они заключаются. Держу пари, – продолжал он, чуть посерьезнев, – что в данный момент Лорен у меня за спиной сокрушенно качает головой. – Что действительно так и было. – Ну что ж, я полагаю, – продолжал он, глянув на хмурящегося мага, – что теперь мне остается только извиниться? – Он усмехнулся, потому что Лорен, сурово насупившись, кивнул, и снова повернулся к Дженнифер: – Ну хорошо, я прошу прощения, прелесть моя. Сегодня я слишком долго ехал верхом и слишком много выпил. Но вы так поразительно, необычайно прекрасны, что наверняка и прежде имели дело со всякими хамами, может, еще и похлеще меня. А я от всей души прошу у вас прощения! Вы ведь меня простите, правда?

Он был так обаятелен в своих нагловатых извинениях, что Дженнифер, к своему изумлению, обнаружила, что способна лишь молча кивнуть в ответ. И он, разумеется, тут же снова самодовольно усмехнулся! Она вспыхнула, и глаза ее сердито блеснули.

Но Лорен успел вмешаться:

– Ты ведешь себя просто отвратительно, Диармайд, и прекрасно это понимаешь!

– Довольно! – рявкнул принц. – Хватит меня воспитывать, Лорен! – Они посмотрели друг на друга в упор; глаза обоих метали молнии.

Первым нарушил молчание Диармайд. Он сказал примирительным тоном:

– Я ведь уже извинился, Лорен! Ну, будь же ко мне справедлив! – И маг, хотя и не сразу, кивнул в знак согласия.

– Хорошо, – сказал он. – У нас, так или иначе, времени на ссоры нет. Мне нужна твоя помощь, Диармайд. Во-первых, в том мире, откуда я привел к нам гостей, на нас напал цверг, у которого на пальце было кольцо с ВЕЛЛИНОМ!

– А во-вторых? – Диармайд слушал очень внимательно, хотя явно был здорово пьян.

– А во-вторых… С нами совершили Переход не четыре человека, а пять. Но пятого мы каким-то образом потеряли. Известно лишь, что сейчас он во Фьонаваре, но… я не знаю, где именно! И мне совершенно необходимо его найти! И, безусловно, так, чтобы Горлис ничего об этом не знал.

– Естественно. А ты уверен, что он здесь?

– Круг замыкала Кимберли. Она говорит, что удержала его.

Диармайд с явным восхищением уставился на Ким. Она, откинув с лица непокорную прядь волос, тоже посмотрела ему прямо в глаза. Надо сказать, во взгляде ее читалась прямо-таки нескрываемая враждебность. Но принц словно этой враждебности и не заметил. Не сказав ни слова, он отошел к окну и выглянул наружу. Уже взошла луна – ущербная и какая-то слишком большая, но Дженнифер, тоже смотревшая в окно, внимания на это не обратила.

– Между прочим, дождей так и не было… – задумчиво сказал Диармайд. – Нам нужно еще о многом поговорить, Лорен. – И он живо повернулся к гному, стоявшему в дверях. – Как ты, должно быть, слышал, Мэтт, Колл с Тигидом сейчас поблизости, последняя дверь по этому коридору налево. Ты сперва убедись, спит ли Тигид, и быстренько введи Колла в курс дела. Опиши этого пропавшего человека и так далее. А Коллу скажи, что я с ним позже поговорю. – Мэтт молча выскользнул в коридор.

– Значит, ни одного дождя? – тихо спросил Лорен.

– Ни одного.

– А посевы как? – Диармайд только бровью повел. Лицо Лорена сразу стало усталым и озабоченным. – А как король? – спросил он, словно через силу.