Волк. Студент - Виктория Гетто

И осёкся. Как она есть то будет? В своей защитной маске. Но Айили как-то странно вздохнула, потом почему-то посмотрела по сторонам, словно оглядывалась, потом негромко произнесла:

— Всё равно, от тебя то точно нет смысла скрываться…

Подняла руки и рывком сдёрнула с себя паранджу, показав, наконец, полностью… Александр вздрогнул — он ожидал кого — угодно, даже девушку из Халифатов, но подобную разумную видел впервые в жизни. Обычная, как у людей светлая кожа, огромные, чуть раскосые глаза никогда не виданного среди русских фиолетового цвета с искорками, то и дело вспыхивающими в зрачках. Идеальный овал лица ничуть не портил, наоборот, придавая некий задор и шарм, чуть вздёрнутый тонкий носик, а губы столь же идеальной формы звали и манили. Лишь длинные, острые на концах ушки, как у саури говорили о том, что это не человек, да замысловатая клановая татуировка между густых бровей и необычный отлив слегка зеленоватых волос, рассыпавшихся по спине, говорил, что она — иная. Сашка замер — действительно, очень красивая… Верно дядя сказал! А неизвестная, сняв свою накидку, продолжила раздеваться, одним взмахом руки освободим длинную застёжку верхнего платья, которое было раньше на ней. Когда то упало к ногам, переступила через него, легко подхватила рукой, аккуратно складывая. Оставшись в лёгкой безрукавке такого же точно цвета, как и её глаза, и свободных брючках по щиколотку, только чёрных. Широкий плетёный пояс подчёркивал тонкую талию, которую человек мог обхватить двумя ладонями, и довольно высокую грудь для её возраста. Впрочем, несмотря на одежду, было видно, что ноги у разумной тоже длинные и стройные. Чуть склонила головку на бок, затем, едва заметно улыбнулась:

— Айили ас Таррии уль Макийя, младшая. Аури.

— Аури? Не саури?

Тут же улыбка на личике растаяла, сменившись презрением:

— Теперь ты оскорбил меня, человек, приняв за этих отродий тьмы. Я — дочь правительницы Могучих и Сильных, Великих Домов аури, пусть и самая младшая.

Презрение исчезло, теперь перед Сашкой стояла обычная девчонка, которая вдруг ехидно высунула язык и чуть нагнулась вперёд:

— Бе — е! Ну что стоишь? Кто-то собирался ужинать? И где моя еда?

…Ха, девочка — ты не на того напала…

— Лежит в хранилище твой узелок. Только вот глядя на тебя у меня возникли кое — какие вопросы, Айили…

Она поморщилась, но выглядело это так забавно, что молодой человек едва не рассмеялся — личико у аури оказалось настолько живым…

— Спрашивай.

Неохотно ответила она.

— Ты, конечно, извини, но никак не могу понять — ты серьёзно собиралась спать на том глиняном ящике в этом?

Его палец упёрся в квадрат ткани в её руках. Аури кивнула:

— Да. А что такого? Я привыкла так спать дома.

— Э…

Он на миг выпал из реальности, потом осторожно задал второй вопрос, обведя вокруг себя рукой:

— И всё то, что мы увидели, когда впервые вошли в этот улей, до ремонта, оно на самом деле, а не антураж для туристов?

Она мотнула головкой так, что волосы взвихрились ореолом:

— Уверяю тебя — всё так, как ты увидел. Мы, Истинные народы, привыкли жить в скромности. И излишняя роскошь…

Теперь она обвела вокруг себя рукой.

— …нам непривычна.

Александр опешил:

— Ты считаешь это роскошью?!

На его взгляд, обстановка была достаточно скромной.

— А разве нет?!

Молодой человек предпочёл промолчать, проходя мимо нее к лестнице, ведущей на второй этаж. Когда же оба оказались на кухне, спокойно уселся за стол, глядя, как аури, что-то бормоча под нос, ищет в азотном ящике свой узелок. Наконец, довольная, торжественно водрузила его на стол, развязала. С сожалением разделила содержимое на две горсточки по лепёшке и плоду, одну подвинула ему:

— Вот.

Молодой человек одним движением возвратил предложенное аури.

— Не надо.

— Но ты же останешься голодным! А долг женщины накормить мужчину.

— Слушай, сказал не надо, значит, не надо. И голодным я не лягу.

Пожала плечами, молча принялась за еду, откусывая по кусочку от лепёшки. Потом точно так же от вяленого плода, до жути похожего на обычные халифатские финики. Почему то в памяти Александра всплыла фраза из древнего исторического романа из жизни предков русичей: " Став солдатом, житель знойных пустынь прежде всего учился есть. Привыкнув довольствоваться горстью фиников и чашкой воды на день, он удивлённо смотрел на обильную еду, выдаваемую легионерам ежедневно…" От этой мысли его отвлёк негромкий голос аури:

— Может, всё же, поешь?

— Нет — нет. Спасибо. тебе тут самой мало. Ещё меня кормить…

Девушка со вздохом завязала остатки еды в свой узелок. Подойдя к шкафу с продуктами, положила его обратно. Обернувшись, пояснила:

— На завтра. Мои вещи привезут к обеду. И еду тоже.

— Ой, да не переживай ты так.

Он повернулся к неслышно появившемуся в кузне киберу, и начал давать указания, куда расставить мебель. Кровать, столы, кресла, стулья, и прочее. Тот, выслушав и получив разрешение начать работу, вскинул опять манипуляторы, затем умчался. Проводив испуганным взглядом робота, Айили вздохнула:

— Хорошо, но мало.

Погладила животик по ткани.

— Если бы я была дома, то пробралась бы на кухню и что-нибудь выпросила у поварих. Они меня всегда баловали. Хотя мама за это на них ругалась…

— Прозрачный намёк.

Парировал Сашка. Затем приподнял голову:

— Мне — блины с вареньем, мясо по — имперски, двойную порцию, с жареной картошкой, хлеб чёрный и белый, сок виноградный светлый.

Аури удивлённо смотрела на человека, не понимая смысла этой фразы.

— Какое варенье?

Взвизгнула в ужасе:

— Здесь кто-то ещё?!

Прикрывая торопливо лицо руками. Тут же голос снова заговорил:

— Прошу повторить — команда не понята.

— Черничное.

И удивлённо взглянул на девушку, прикрывающую лицо ладонями.

— Ты чего? Это — управляющий центр дома. Он искусственный. Логгер.