Обнаженная натура - Лорел Гамильтон

— Если мы по именам и прозвищам, то я — Анита.

— Мы слышали, что у тебя есть прозвище, — ответил Каннибал. Я молча смотрела на него, ожидая, чтобы он его произнес. — Истребительница?

Я кивнула:

— Вампиры и правда меня так называют.

— Что-то ты маленькая для Истребительницы с большой буквы, — отозвался Дэви.

— С тобой рядом все маленькие, Дэвис, — ответила я. — У тебя сколько — шесть футов четыре дюйма?

— Шесть-пять.

— Вот тебе все человечество должно казаться низеньким — когда ты не на работе, конечно.

Все засмеялись над ним и со мной, что было хорошо. Сержант жестом прекратил смех и сказал:

— Мы действительно называем друг друга кличками. Хотите, чтобы вас тоже, маршал?

Я посмотрела на него:

— То есть чтобы вы меня называли не Анита и не Блейк, а Истребительница?

Он кивнул.

— Ну уж нет. Во-первых, слишком длинное. Во-вторых, никогда не слыхала, чтобы это имя произносили хорошим голосом.

— Вы его стесняетесь?

— Да нет, но оно как Иван Грозный. Серьезно сомневаюсь, чтобы кто-нибудь так называл его в лицо.

— Вампиры вас так называют.

Каннибал это сказал так, будто знал точно. Может, и знал.

Я кивнула.

— Мы тоже могли бы тогда.

Я вздохнула:

— Мне бы не хотелось, сержант. Слишком много преступников так меня называли, когда пытались убить. Смотрели на мою внешность и называли Истребительницей — в насмешку. Маленькая, хрупкая, совсем с виду не опасная.

— А после того, как они над вами смеялись? — спросил он, серьезно рассматривая мое лицо.

Я посмотрела ему в глаза:

— А после они погибали, сержант. Иначе меня бы здесь не было.

— Больше никогда не назову тебя коротышкой, — вставил Дэви.

Это сломало лед, и я была рада рассмеяться вместе со всеми.

— Ну, тогда Анита, если ты будешь с нами работать.

— А буду или нет — зависит от того, как пройдет это маленькое испытание?

— Да.

От дверей раздался голос лейтенанта Граймса, и все повернулись к нему. Автоматически.

— Экстрасенсов в мире много, маршал Блейк, но немного достаточно сильных, чтобы от них была польза, и достаточно собой владеющих, чтобы можно было взять их с собой в бой. Нам необходимо знать, насколько хорошо вы владеете собой и какого рода у вас экстрасенсорные способности. Некоторые виды способностей конфликтуют между собой, и, если с кем-то из здесь присутствующих у вас есть конфликт, мы сделаем так, чтобы вы не попали в одну группу.

— Я понимаю мысль, которую вы сюда вкладываете, лейтенант, но я знаю также, что присутствующий здесь Каннибал испытывает ваших людей одновременно со мной. Он хочет знать, могут ли они находиться в одной комнате со мной, когда он испытывает мою силу, и не подвергаться ее действию. Да, вы хотите знать, не конфликтует ли моя сила с силой ваших людей, но заодно проверяете своих практиционеров.

— Одного из них мы потеряли, маршал. Одного из лучших. У нас очень мало времени для разгона и притирки. Вам приходилось гоняться за этим вампиром, и нам нужно знать, что вы о нем знаете.

— Все есть в рапортах, — ответила я.

Он покачал головой:

— Способности Каннибала нам дадут возможность узнать, точны ли ваши рапорты.

— Другими словами, не наврала ли я.

Он улыбнулся и покачал головой:

— Нет, не наврали — умолчали. У вас роман с мастером вашего города, маршал. Нам необходимо знать, не компрометирует ли это вашу лояльность.

— Спасибо за вежливую формулировку, лейтенант. Последний раз, когда я говорила на эту тему с копом из Вегаса, меня обвинили в том, что я трахаюсь со всем, что шевелится.

Граймс брезгливо сморщился:

— Ни один из моих людей никогда бы вам такого не сказал, но я приношу вам свои извинения за нарушение нашим городом долга гостеприимства.

— Спасибо, лейтенант, я тронута.

— Колдун был правой рукой Каннибала в этом подразделении.

— Это тот, кого вы потеряли?

Он кивнул.

— Мы должны посмотреть, как вы впишетесь, а у нас на это, может быть, всего час — потом мы должны вас доставить к Шоу.

Не к «шерифу Шоу», отметила я. Интересно, догадался ли он, кто меня оскорблял.

Каннибал заговорил, и я повернулась к нему,

— Если бы вы были как наш прошлый истребитель и использовали только оружие, мы бы отвели вас в тир, но нас больше интересуют ваши экстрасенсорные способности. Оружие мы всегда можем отобрать, а остальное — нет.

— Если я не пройду испытание, что тогда?

— Если вы представляете опасность для моих людей, маршал Блейк, я не стану подвергать их этой опасности.

— А если пройду?

— Тогда мы поможем вам выполнить ордер, — ответил Граймс.

— Если вы не пройдете, есть в городе другие охотники на вампиров, — добавил Каннибал. — У которых нет паранормальных способностей, составляющих проблему.

— Тогда у них и полезных паранормальных способностей не будет.

— Мы и сами можем справиться, — ответил Каннибал.

— Кто-нибудь из вас умеет чуять живых мертвецов? — спросила я.

— Нет. Ни у кого из нас нет способностей в работе с вампирами.

Я посмотрела в темные глаза Каннибала:

— Мертвые бывают многих видов, Каннибал, не только вампиры. — Я шагнула к нему ближе, но не вторгаясь в личное пространство. И добавила тише: — Как и вампиры бывают разных видов.

Каннибал улыбнулся, и снова я уловила от него всплеск нетерпения.

— Тогда давайте это проделаем.

— Давайте.

И громче, для всех присутствующих — для своих людей и лейтенанта, он сказал:

— Анита, готова?

— Насколько я должна быть готова?

— В смысле?

— Я должна сопротивляться или помогать тебе в акте чтения мыслей?

— Когда-нибудь мне интересно было бы попытаться сломать твои щиты, но сейчас у нас нет времени. Последнего экстрасенса, игравшего со мной в эту игру, увезла «Скорая».

— Ты настолько умелый или настолько безжалостный? — спросила я.

Кто-то из его людей шумно то ли вздохнул, то ли ахнул. Мы не стали отвлекаться.

— Настолько умелый, — ответил он. — Кроме тех случаев, когда со мной дерутся — тогда я безжалостен.

— Если бы было время, я бы заставила тебя подтвердить свои слова, но его нет. Так что я опускаю щиты, открываясь тебе, но не хочу их опускать полностью. Пожалуйста, не пытайся сдвинуть их до конца.