Обречённая - Морган Райс

Кейтлин и Калеб поднимались по бесконечной лестнице, ведущей в корпус Колумбийского университета. Их торопливые шаги эхом расходились по массивному зданию, в котором находился кабинет Эйдена. Кейтлин было странно вновь вернуться сюда, где она провела так много лет своей жизни. Сердце её учащённо билось в груди, со страхом ожидая вердикта Эйдена. Присутствие Калеба вселяло в неё уверенность, хотя оба и отчаянно жаждали, и боялись этой встречи с профессором. В последний раз, когда Кейтлин была здесь, он посоветовал ей убить дочь, и она поклялась больше никогда сюда не возвращаться.

Но сейчас она оказалась в отчаянной ситуации, и, как бы смешно это ни звучало, Эйден был единственным, к кому она могла обратиться. Оставалось лишь надеяться, что на этот раз он даст им другой совет и поделится информацией о том, как помочь Скарлет. Он был самым сведущим человеком в этой области, и если кто-то и мог помочь, то это был Эйден.

«Ты уверена, что это хорошая мысль? – спросил Калеб. – Как старый профессор может помочь нам вернуть дочь?»

Они шли очень быстро, и Кейтлин ответила запыхавшимся голосом.

«Он не просто профессор, – сказала она, – он – настоящий гений и учёный. Его знаний хватит на самую большую библиотеку. Если кто и знает, где нам искать, то это должен быть Эйден».

«Что искать? Как это поможет нам найти Скарлет?»

Кейтлин покачала головой.

«Ты не понимаешь. Мы ищем не только Скарлет, но и мотивацию, которая стоит за её поведением: нам нужно узнать, что ею движет, что овладело её сознанием. Если мы это не поймём, то не сможем её найти. И главное: нам нужно лекарство. Эйден может знать ответы на все эти вопросы».

Калеб недоверчиво покачал головой.

«Мне кажется, мы теряем время. Я не разделяю твоего энтузиазма по поводу науки и никогда не разделял, но я уважаю тебя, и если ты считаешь, что это – выход, то пусть так и будет».

«Мы должны попытаться, – ответила Кейтлин. – Не будь скептиком, прошу. Однажды ты уже мне не верил и ошибался, помнишь?»

Калеб посмотрел на жену и кивнул. Было видно, что она его убедила.

«Я готов слушать, – заключил он. – После того, что я видел, я готов выслушать любой бред».

Они дошли до верхней ступени, и Кейтлин с удивлением увидела стоящего у входа в здание Эйдена. Он уже их ждал и выглядел озабоченным. Быстро поздоровавшись, он ободряюще потрепал Кейтлин по плечу и повёл внутрь.

«Мне очень жаль», – серьёзно и мрачно произнёс он. Лицо профессора выражало сочувствие. Кейтлин поняла, что ошибалась на его счёт – он всегда желал ей добра, и то его заявление было продиктовано заботой о ней.

«Спасибо, что согласились встретиться», – сказала Кейтлин.

«За вами не следили?» – спросил Эйден.

С замиранием сердца Кейтлин впервые подумала о подобной возможности. Она оглянулась. Калеб последовал её примеру. Оба отрицательно покачали головами.

«Пойдёмте, – сказал Эйден, – я не хочу, чтобы наш разговор кто-то подслушал».

Профессор нервно огляделся, а потом открыл дверь, и они последовали за ним вверх по лестнице, а потом по коридору, который привёл всех в его кабинет.

Зайдя в крошечный офис, Кейтлин и Калеб сели рядом на два небольших стула от студенческих парт, а Эйден плотно закрыл дверь и сел напротив. Облокотившись о стол, он сложил на него руки, уперев подбородок в ладони. Один глаз его нервно дёргался.

Кейтлин заметила, как сильно повлияло на него всё происходящее. Она знала, что он был хорошим человеком и никогда не хотел навредить Скарлет.

«Мне жаль, что дошло до этого, – сказал Эйден. – Я уверен, что ты понимаешь, что я хотел для вас только всего самого хорошего. Тогда я сказал то, что сказал, потому что не хотел, чтобы пострадало человечество. Это злосчастное стечение обстоятельств. Самое нежелательное из всех».

Кейтлин нервно ёрзала на стуле. Не успела она сказать и слова, как Калеб подался вперёд и взволнованно произнёс: «Вы знаете, где наша дочь?»

Эйден тоже наклонился вперёд, вздохнул и покачал головой.

«Боюсь, что нет, – сказал он, – но я всё равно могу вам помочь. Возможно, я могу помочь вам найти причину её поведения и предположить, что вы можете ожидать в дальнейшем».

«Что вы имеете в виду под «в дальнейшем»?» – не унимался Калеб.

Эйден откинулся на спинку кресла, которое тут же заскрипело.

«Вампиры существуют уже сотни лет, – начал объяснять он. – Ваша дочь была последней из рода. Теперь же после её охоты, я боюсь, что эту эпидемию уже не сдержать. Мы не знаем, скольких она уже заразила, и скольких уже укусили её жертвы. Сдержать волну теперь не удастся. Сейчас мы должны найти лекарство».

«Лекарство? – неуверенно переспросила Кейтлин. – А оно существует?»

Эйден закрыл глаза. Было видно, что этот разговор доставляет ему душевную боль.

«Этот вопрос тысячи лет мучает учёных, историков, жертв, поражённых, церковь и даже охотников на ведьм. Существует ли спасение от вампиризма? Хочется верить, что да. Ваша дочь была последним вампиром на земле. Но вы должны понять, что проблема заключается в том, что лекарство – если оно существует – хранится в строжайшем секрете. Никто не знает, кто хранит этот секрет, где хранится снадобье и почему. Как вы понимаете, эти знания не относятся к общеизвестным, но я хочу вам сказать, что учёные, историки и другие ищут его уже несколько веков. За это время было несколько многообещающих зацепок и даже слухов об его обнаружении, но никто не смог предоставить неопровержимых доказательств. Мы во многом похожи на рыцарей, ищущих Священный Грааль и потерянный Ковчег Завета. Существует масса теорий, и сложно выбрать одну, достойную веры. Сам я никогда не видел весомых доказательств».

«Вы можете мне сказать, если ли у нас надежда?» – в отчаянии спросила Кейтлин.

Эйден внимательно посмотрел на неё умными глазами.

«Если хотите знать моё мнение, – осторожно произнёс он, – я бы сказал, что да, существует. Но многие со мной не согласятся».

«Это отличная новость», – сказала Кейтлин.