Дракона возбуждать не рекомендуется  - Александра Черчень

Увидев меня, он затормозил, и на породистом лице рыжего появилось огромное удивление.

– Олли, что это за чудные полуголые видения у тебя по замку бегают?

– Ты не поверишь, Вейл… но это моя ученица. Та самая, о которой я рассказывал и на которую просил достать характеристики.

– Да?! Хм… друг, вынужден тебя разочаровать, но там написано совсем другое. Что она патологически скромная и кошмарно приличная. Проблемная, короче!

– Ну… – смерил меня наставник критическим взглядом. – Бывают в жизни перемены!

Пауза.

Мне стыдно-стыдно! Так, что я опускаю глаза и подумываю о том, чтобы невежливо свалить к себе в комнату.

Именно в этот момент лопается стекло одного из окон коридора и оттуда вылезает совершенно голый Ильф.

– Все, ты попала! – с ходу заявляет мне он, начисто игнорируя остальных гостей.

– А это кто? – любопытствует Вейл.

– Не поверишь…

– Снова?!

– Да… Это тоже мой ученик. И кузен.

Па-а-ауза! Ветер свистит, с грохотом падает оконная рама.

– Весело живете! – подводит итог этой комедии положений рыжий дракон.

Час спустя

После того как мы, так сказать… представились, правда, в одностороннем порядке, Олли заявил, что рыжий – его друг. Ринвейл цай Тирлин. И неплохо бы что мне, что Ильфу, одеться и спуститься в голубую гостиную, дабы составить компанию в непринужденной беседе!

Я смылась, как только разрешили. Идти вниз мучительно не хотелось. От слов «вообще» и «совсем». Но делать нечего! «Наставник сказал – ученик выполнил».

Но даже понимая, что тянуть нежелательно, я некоторое время посвятила выбору наряда. Вернее сначала легкой панике на тему отсутствия оного. У меня в замке вообще был на диво скудный гардероб. Ильф и тот переодевался чаще, притом вещи у него были дорогие, стильные и в чем-то даже щегольские. Короче, мужик знал толк в этом деле. Или его дамы знали. Конечно, если воин допускал их к такому интимному делу, как выбор одежды. Конкретно мой отец допускал к такому только маму. И как матушка с немалой гордостью говорила, – она первая женщина, кому папенька такое доверил.

Но не стоит судить всех по примеру родителя.

Так к чему я?

С тоской оглядела свой скудный выбор, расположившийся на кровати.

Там были три рубашки, притом две из них безразмерно большие и дарованные Олли еще в начале моего пребывания в замке. Ну и еще рядом лежала та одежда, в которой я тут появилась. Синие штаны и жилетка, расшитая красивыми узорами.

При таком раскладе как-то не получится из меня леди…

А при этом рыжем драконе почему-то хотелось ею быть!

А еще просто безумно хотелось утереть нос Ильфу!!!

Вот увидит, точно увидит, какой я могу быть, и поймет, что нельзя с благородными девушками обращаться так, как с человеческими пастушками!

Через десять минут я, уже полностью одетая, вплетала в косу синюю ленту и мысленно уговаривала себя не смущаться и не комплексовать.

Подумаешь, посторонний мужик увидел в одной простыне… ничего страшного!

И уж тем более нет ничего ужасного в том, что с этим самым мужиком мне придется чаи распивать и вежливо улыбаться. Не страшно, я сказала!

Когда я зашла, мужики уже сидели дружной компашкой, непринужденно общались и, судя по всему, ни капли не страдали от отсутствия женского общества.

Впрочем, рыжий тотчас поднялся, улыбнулся и с поклоном сообщил:

– Прекрасная Ноэль, я рад, что вы почтили нас своим присутствием.

Я потупилась. Хоть и дежурная фраза, но слышать ее от такого интересного мужчины очень приятно!

А мужчина и правда был интересным! Пока Оллисэйн на правах хозяина провожал меня к столу и выдвигал стул, я из-под ресниц рассматривала Ринвейла.

Высокий, красивый, пронзительно голубоглазый. Интересно, а он свободен?

Чутким слухом я уловила негромкие шаги и постаралась не дернуться, когда поняла, кто приближается с другой стороны.

– Милая Ноэль. – Ильф не на шутку напугал меня таким радушным вступлением. – Позвольте, я поухаживаю за вами во время трапезы?

Я уставилась на дракона квадратными глазами, наверное, меньше бы удивившись, если бы у него рога внезапно выросли.

– С-с-спасибо… но лучше я сама, – чуть заикаясь, выдала я, протягивая руку к салфетке и нервно раскладывая ее на коленях.

– Ну что вы, дорогая Ноэль, – с совершенно несвойственным ему рвением возразил Ильф. – Право, не хотите ли вы меня обидеть… еще и этим отказом?

– Ни в коей мере, – дрогнувшим голосом ответила я, ощущая, как щеки заливает жаркая краска.

– Вот и правильно, – наливая в мой бокал вино, ворковал ледяной, кидая на меня многообещающие взгляды. – Вот и верно. Ведь отказывать некрасиво, да и недейственно, как показывает практика. Не так ли, моя милая леди?

Гад!

Я сузила глаза, гневно глядя на этого поганца, который умудрялся хамить даже под прикрытием вежливости!

Тем временем все шло своим чередом.

Слуги внесли блюда. Ильф по-прежнему был отвратительно вежлив, доброжелателен почти до оскомины и до ужаса предупредителен.

Я, не видевшая его ранее в джентльменском амплуа, с ужасом думала, чем же мне это в итоге аукнется.

Олли смотрел на это дело с отческим умилением, Ринвейл наблюдал с интересом, а мне хотелось сползти под стол и скромно, тихо, по-пластунски удалиться из комнаты.

– Дорогая Ноэль, еще кусочек мяса по-имперски? – галантно спрашивал у меня Ильф, угрожающе поигрывая ножом.

– С-с-спасибо, – благодарно бормотала я, понимая, что дешевле есть и не отсвечивать.

– Да, оно получилось дивно вкусным! – воодушевленно согласился с моим выбором Ринвейл, и я, с готовностью развернувшись к гостю, поддержала беседу о качестве местных блюд.

Сейчас я была готова говорить о чем угодно! О мясе, о подливке, о чудном столовом вине, даже о ценах на картофель в сопредельном государстве. В общем, демонстрировала рыжему дракону жгучий интерес к любому его высказыванию.

Собеседником он оказался интересным, хоть застолье и не располагало к особому общению.

Правда, недостаток у идеального мужчины все же был! Оный обнаружился уже в конце, когда Ринвейл потянулся за бутылкой, чтобы наполнить свой опустевший бокал. Рукав рубашки задрался, оголяя запястье и позволяя увидеть орнамент обручального браслета на нем.

Замечательный мужчина оказался женат.

Право, даже грустно!

Почему всякие грубияны вроде Ильфа – свободны и активны, а вот нормальные мужчины разобраны?!