Королевская кровь. Огненный путь - Ирина Котова

– Жалость – удел слабых, Малыш, – прошипел дар-тени. Задергался и вновь скорчился, хватаясь руками за голову.

– Убей! – рявкнул Михей и заорал от боли.

Светлая дымка энергии вокруг начала затекать под купол сквозь трещины в щите, Михей хищно улыбнулся, втянул носом воздух – и моргнул, и сжал зубы, глядя прямо Тротту в глаза с безмолвным приказом. И Макс, выдернув Лезвие из воздуха, закрыл глаза и снес лучшему другу голову. В лицо брызнула горячая кровь, и инляндец повалился на землю без сил, рядом с рухнувшим телом. И завыл от отчаяния.

Игорь Иванович Стрелковский сразу, как щит был снят, решил, что проблема решена, и с группой боевых магов въехал в город на машинах. Оставил группу помогать людям на улицах, а сам направился чуть дальше, в сторону свечения в центре. Там он застал последние минуты действа и даже попытался оказать первую помощь рухнувшим на мокрую мостовую магам.

Правда, потом вокруг вибрирующего и покрывшегося трещинами купола начала в брызгах воды взрываться брусчатка, и защищали уже его: хмурый блакориец накрыл Стрелковского щитом, резко бросил Виктории «не вздумай вмешиваться» и склонился над раненым Александром, останавливая тому кровь и докачивая резерв.

Свидерский, бледный как мел, ухитрился приподняться, выругался, глядя на купол. Они все слышали и последние слова Михея, и просьбы Макса держаться – голос инляндца звучал глухо то ли из-за того, что он стоял спиной, то ли из-за сдерживаемых эмоций.

«Миха, держись…»

Когда купол треснул и рассыпался, Макс лежал на спине, глядя в серое небо пустыми глазами, и по лицу его текла кровь Михея, смешанная с дождем. Вики охнула, захлопотала рядом с ним, вытирая лицо, что-то тихо говоря, уговаривая встать. Она сама опять плакала. Макс не реагировал. Алекс, придерживаемый Мартином, вопросительно посмотрел на блакорийца, и тот, понимающе кивнув, аккуратно провел над телом Михея рукой, создавая небольшой щит. И, оставив Алекса на руках Игоря Ивановича, дернул Тротта вверх и силой, почти агрессивно заставил инляндца выпить несколько доз его же тоника.

– Что тут произошло, Макс? – спросил барон сорванным, хриплым от пережитого голосом, когда наконец оттащил безмолвного Тротта в сторону от тела. – Расскажи. Что случилось с Михой? Говори! – он тряхнул Макса, потому что тот смотрел в сторону и молчал. – Говори!

Друг молчал, и Мартин, поморщившись, влепил ему пощечину, останавливая беззвучную истерику.

Тротт дернулся, судорожно вздохнул и опустил голову. И через несколько секунд заговорил – глухо, безэмоционально:

– В Михея, – слова давались тяжело, – вселился демон. Вы не знали, а я давно знал, что Миха – темный. Легализованный.

Он рассказал почти все: о том, что он, Макс, увидел в воспоминаниях друга и как полковник пытался спасти от себя город. И о случившемся в храме до появления друзей.

А вот о том, что и он темный, Тротт не упомянул, и о своих препаратах тоже.

После того как он закончил говорить, наступила мертвая тишина. Которую и прервал Стрелковский, уточнивший:

– Получается, полковник Севастьянов – причина аномалии? Демон?

Тротт с силой втянул в себя воздух и отчеканил:

– Полковник Севастьянов – тот, кто сумел противостоять демону и до последнего боролся с ним. Только благодаря его воле и силе мне удалось уничтожить вселившееся существо.

– Но он же был темным, – озадаченно проговорил молодой начальник Зеленого крыла.

– Это не делает его преступником, – парировал Макс агрессивно. – Темные не равно демоны и не опасны сами по себе. Демон – чужая сущность, которая подселяется в человека и тянет чужую энергию. И будь тут хороший духовник или служитель Триединого, уверен, его бы удалось остановить раньше.

– Игорь Иванович, – очень спокойно проговорил Александр. Он уже держался на ногах самостоятельно, но был очень бледен и зрачки были сужены от боли. – Вы слышали, что тут произошло, и видели достаточно, чтобы понять, что Макс не врет. И поймете, почему мы не позволим трепать имя нашего друга.

Лицо Стрелковского закаменело.

– О произошедшем все равно будут говорить. И я обязан доложить о случившемся королеве.

– Вот и доло́жите, – еще спокойнее посоветовал Алекс, – что полковник Севастьянов ценой своей жизни спас страну от катастрофы. Это и есть правда.

Игорь Иванович сощурился, глаза его стали ледяными.

– Предлагаете мне пойти на преступление перед короной и скрыть факты?

– Именно, – буркнул молчащий до этого блакориец.

– Мы будем вашими должниками, Игорь Иванович, – добавила Вики, и взгляды четырех магов скрестились на руководителе Зеленого крыла.

– Или, – свистяще закончил Тротт, – моих сил хватит, чтобы заставить вас забыть о том, что вы здесь видели, Игорь Иванович.

– Вы еще и угрожаете, – без испуга проговорил Стрелковский, оценивающе глядя на четверку магов. Такие разные, вставшие сейчас единой стеной, они не отводили взглядов и, похоже, реально могли его прикопать рядом с тем, кто чуть их не убил и стал причиной трагедии в этом городке.

«Не он. Демон. Одержимый», – поправил Игорь себя мысленно, пытаясь осознать все эти околомагические сложности и понять, что делать дальше.

Он перевел взгляд на безголовое тело в центре разрушенного храма. После того как Игорь Иванович возглавил Управление, ему приходилось быть не только офицером и слугой короны, но и политиком и понимать последствия своих решений. Если сейчас озвучить, что один из прославленных боевых магов королевства стал причиной несчастья и нескольких десятков – в лучшем случае – смертей, это не только нанесет урон репутации военно-магической службы, но заставит относиться предвзято к достижениям и разработкам Севастьянова. Темных, даже легализованных, запретят принимать в армию и в магуниверситеты, начнется настоящая охота на них. Народ и так полон суеверий и страха, а если сообщить про случившееся, точно возникнут погромы.

– Так что, Игорь Иванович, – сдержанно позвал Александр, – вы пойдете нам навстречу?

Он колебался еще несколько секунд, глядя, как дождь барабанит по брусчатке. Если раскроется, Ирина его в пыль сотрет за обман. И все же сказал:

– Да. В таком случае что здесь произошло, господа и леди?

– Думаю, прорыв недоброго и мощного стихийного духа Смерти, Игорь Иванович, – озвучил версию Свидерский. – С которым полковник Севастьянов вступил в неравный бой и погиб, уничтожив и духа. Похоронами нашего друга и его супруги займемся мы. Насколько мне известно, живых близких родственников у них нет.

– Хорошо, – кивнул Игорь. – А если этим заинтересуется МагКонтроль?

– Событию же присвоен гриф «секретно», Игорь Иванович. Они не полезут в вашу вотчину, – напомнил Александр. – Но если что, мы все подтвердим ваши слова.

И Игорь повторил свое «да».