Черная Вишня - Алиса Пожидаева

— Нужна консультация. — Она произнесла это с явным сомнением, а потом извлекла из-под одежды круглый медальон-луковичку на шнурке.

— Портальный? — Как мне показалось, вещица была очень дорогой и исключительно редкой.

Линда кивнула, положила программатор на столик:

— Только, по-моему, он неисправен.

— Сильно? — Капелька крови из пальца на распознающую иглу — и устройство раскрылось.

— А вот это мне и хотелось узнать.

— Значит, идем в лабораторию, — решилась я.

В конце концов, она подчиненная Шера, и хотя подробностей ее работы в рядах шаю я не знала, но ревновать к этой девушке у меня с некоторых пор не получалось. После свадьбы Кари я еще несколько раз наблюдала столкновения Линды и Альгера. Искрило между ними нешуточно, и отношения были непростыми, хотя причины мне неизвестны.

На нижнем этаже девушка окончательно сбросила маску светскости и живо озиралась. Не сомневаюсь, что в башнях она бывала довольно часто, — жизнь шаю сосредоточена вокруг построек с технологичной начинкой, — но у меня был свой взгляд на рабочую обстановку.

Уже через четверть часа мы вполне мирно обосновались перед экраном, на котором сейчас светилась безумным переплетением линий и блоков схема прибора. Что-то в нем определенно было не так, но разобраться с ходу не удалось. Наверное, стоило связаться с Вейшаром, но что-то мне подсказывало, что неисправный артефакт шаю не был единственной причиной появления Линды у меня в гостях.

Я ждала, когда начнется основная часть, и дождалась:

— Зачем ты его мучаешь? — вдруг спросила Линда.

— Прибор? — попытка была откровенно слабенькая.

— Лорда Тариса, — не сдалась девушка, оторвалась от рассматривания схемы, которую пока явно не понимала, и уставилась на меня.

— Это он просил со мной поговорить? — откинулась я в кресле.

От такого предположения Линда задохнулась возмущением и замотала головой.

— Он бы о таком никогда не попросил. — Она замялась. — Но Шердан мой друг и… Я никогда его таким не видела! Так же нельзя!

— Вообще-то у меня есть мужчина…

— Его величество? — Линда непатриотично отмахнулась. — Да знаю я, что это все игра.

Ну что за дела! Да хоть кто-то верит, что я примерная королевская фаворитка?!

— Между прочим, король — интересный молодой мужчина, — обиделась я. — И вообще, с какой стати, я же не лезу в ваши с Альгером отношения, а он, кстати сказать, тоже мой друг!

Линда сразу как-то сдулась, отвела взгляд и дернула щекой. Я обреченно вздохнула и пошла к бару.

— …и ты представляешь, он мне запретил! — ярилась девушка. — Пока я твой жених, говорит, никакой работы под прикрытием! И все!

Последнюю фразу она припечатала, отсалютовав бокалом вина. Я поддержала. Мы давно перебрались в более удобную гостиную, где слово за слово разговорились, выпили, немного пошипели друг на друга, выпили еще и неожиданно перешли к откровениям.

— Но сейчас-то ты уже не у дел, в рядах шаю разброд. Власть делят. Опять же вся структура теперь, так или иначе, лояльна или подконтрольна государству.

— Будто у этих индюков был выбор, — самодовольно хмыкнула Линда.

К слову, для шаю и правда настали непростые времена. В итерийских землях было сосредоточено наибольшее число башен, в том числе главная, что неподалеку от столицы. И хотя основные события разворачивались именно здесь, но зацепило шаю и в других странах. Оказывается, Когрем Барас как ответственный за безопасность в условиях строжайшей секретности заключил соглашения с аналогичными структурами в ханствах и баронских анклавах, так что удар получился слаженным и эффективным.

— Зато теперь, по-моему, Альгер уже согласен на все. И на твою службу тоже, — невзначай отметила я. — Не смотри на меня так, я сама слышала. — Пришлось пояснить: — Мы на свадьбе Каризы в соседних кустах ругались.

— Я помню, к чему это привело. — Мне достался полный укора взгляд.

— Не меняй тему.

— Да не знаю я, как быть. Со всех сторон обложил уже, но упрямство не позволяет вот так сдаться на милость победителя.

— Ага. — Ее мысли как-то очень совпали с моими.

— Не боишься, что ему надоест? Слухи ходят. — Линда налила еще вина мне и себе.

— Боюсь, — призналась я совсем тихо и откупорила вторую бутылку.

— Дуры, — совершенно не светски констатировала Линда.

— Но гордые. — Соприкоснувшиеся бокалы мелодично звякнули.

Настырный лучик света проник через плохо задернутые шторы и теперь светил прямо на подушку. Похоже, впервые за последние недели плотная облачность, царившая над Мастолом, отступила и выглянуло солнце. Я страдальчески поморщилась и попыталась спрятаться под подушку. Но голова отозвалась пульсирующей вспышкой. Ну, по крайней мере, проснулась я в своей постели и в одиночестве. Только почему-то в одном чулке.

После недолгих поисков гостья обнаружилась во второй спальне. Пить она умела еще хуже, чем я. Так что я тихонько прикрыла дверь и пошла приводить себя в порядок.

Уже умывшись, вызвала перед глазами циферблат, сфокусировалась на нем и ужаснулась. Через полчаса должен был зайти Альгер.

В платье, не требующее помощи при одевании, впрыгнула буквально на ходу. С прической пришлось повозиться, создавая из нечесаной гривы гриву чесаную, украшенную гребнем и десятком угрожающего вида шпилек с камнями.

Стук в дверь раздался, когда я, задрав шелестящие юбки, пыталась зашнуровать второй ботиночек.

— Впустить! — скомандовала в коридор, справилась с лентами и выплыла в холл.

— Отлично выг… — дежурно начал маг, заметивший меня, но не договорил. — Ого! Да ты пила?! — Он буквально ткнул в меня пальцем.

— Так заметно? — поморщилась я — Альгер всегда был довольно громким, а голова мстила за ночные возлияния тупой болью.

Похоже, маг все понял, усадил меня в стоящее тут же кресло и возложил ладонь на лоб:

— Был какой-то веский повод?

— Даже несколько: никто меня не понимает, надеть нечего, все мужики негодяи, им всем нужно только одно… — начала перечислять я, с облегчением чувствуя, как отпускают затылок тиски боли.

— Ой, все! — шарахнулся Альгер в притворном ужасе, а я расхохоталась. Он, впрочем, подхватил.

— Ладно, страдалица, мы уже можем идти? Экипаж ждет.

Я задумчиво поглядела на мага, припомнила минувшую ночь и решительно отняла руку.

— Никуда я с тобой не пойду.

— Ника, — Альгер напрягся, — не дури. Если я тебя не доставлю во дворец, то меня ждет сожжение через повешение. В общем, больно будет.

— Во дворец я доставлюсь сама, тем более там экипаж.