История Рунного посоха - Майкл Муркок

– Кристалл разбит…

Хоукмун помотал головой и заморгал.

– А?

– Кристалл уничтожен. – Д’Аверк стоял на коленях рядом с ним, пытаясь поднять его на ноги.

– Где Иссельда? – спросил Хоукмун. – Что с ней?

– Да то же, что и с тобой. Мы отнесли ее в постель. Кристалл уничтожен.

Хоукмун соскреб с век и ушей кровавую корку.

– Ты имеешь в виду кольца Майгана?

– Д’Аверк, объясни ему всё по порядку, – произнес Боженталь. – Расскажи ему, что машина, которую подарил призрачный народ, сломана.

– Сломана? – Хоукмун рывком поднялся на ноги. – Это и был тот последний звук битого стекла, который я слышал?

– Именно так. – Рядом стоял граф Брасс, опираясь на стол и утирая лицо. – Вибрации разбили все кристаллы.

– Значит… – Хоукмун вопросительно посмотрел на графа Брасса, и тот кивнул.

– Да, мы вернулись в свое измерение.

– Но на нас не напали?

– Кажется, пока нет.

Хоукмун сделал глубокий вдох и медленно двинулся к дверям большого зала. Болезненно морщась, он отодвинул железный засов и дернул двери.

До сих пор стояла ночь. Звезды на небе были те же, но клубящиеся синие облака исчезли, и над землей стояла жуткая тишина, а в воздухе ощущался странный запах. Но фламинго не перекликались, и даже ветер не шелестел камышами.

Хоукмун медленно и задумчиво закрыл двери.

– Где же легионы? – спросил Д’Аверк. – Они вполне могли бы нас караулить, хотя бы один!

Хоукмун нахмурился.

– Надо дождаться утра и тогда уже искать ответы на загадки. Может, они где-то там, хотят застать нас врасплох.

– А вам не кажется, что этот звук был приветом от Темной Империи? – спросил Оладан.

– Никаких сомнений, – отозвался граф Брасс. – И им всё удалось. Они вернули нас в наше измерение. – Он принюхался. – Хотел бы я понять, что это за запах такой.

Д’Аверк пытался разобрать вещи, оказавшиеся под обломками стола.

– Чудо, что мы выжили, – сказал он.

– Да, – согласился Хоукмун. – Похоже, этот звук оказался более губительным для неодушевленных предметов, чем для нас.

– Двое самых старых слуг погибли, – негромко сказал граф Брасс. – Наверное, сердце не выдержало. Их уже хоронят, на тот случай, если утром будет уже не до того. Во внутреннем дворе.

– А что с замком? – спросил Оладан.

Граф Брасс пожал плечами.

– Трудно сказать. Я спускался в подвалы. Кристаллическая машина полностью разбита, некоторые камни в кладке треснули. Однако это старый крепкий замок. Кажется, он не слишком пострадал. Если не считать стекол в окнах, разумеется. Вообще ничего стеклянного не осталось. Но в остальном… – Он пожал плечами так, словно его обожаемый замок ничего для него не значил. – …в остальном мы остались такими же сильными, как и прежде.

– Понадеемся, что это так, – пробурчал Д’Аверк. Он взял Меч Рассвета за ножны, а Красный Амулет – за цепочку. Протянул всё Хоукмуну. – Ты бы лучше надел это, потому что уже скоро это тебе явно понадобится.

Хоукмун надел амулет на шею, пристегнул ножны к перевязи. А потом остановился и поднял завернутый в ткань Рунный посох.

– Кажется, он так и не принес нам удачу, на которую я так надеялся, – произнес он со вздохом.

Рассвет наконец наступил. Он подкрался медленно, серый и холодный, горизонт побелел, словно старый труп, а облака приобрели оттенок кости.

Пятеро героев наблюдали, как восходит солнце. Они стояли перед воротами замка Брасс на холме, держа руки на эфесах мечей, и крепче взялись за них, увидев картину внизу.

Перед ними лежал Камарг, который они оставили, но Камарг, разрушенный войной. Тот запах, который они ощущали с ночи, был запахом пролитой крови и выгоревшей земли. Повсюду, куда хватало глаз, высились обугленные руины. Болота и заливы высушило пламя огненных пушек. Фламинго, лошадей и быков либо уничтожили, либо они сбежали. Сторожевые башни, оберегавшие границы земель, сровняли с землей. Казалось, целый мир превратился в океан серого пепла.

– Ничего не осталось, – едва слышно проговорил граф Брасс. – Всё пропало: мой возлюбленный Камарг, мой народ, мои животные. Ведь я был их избранным лордом-хранителем, и я не выполнил возложенных на меня обязанностей. И теперь мне не осталось ничего, кроме мести. Вот только бы мне добраться до ворот Лондры и увидеть, что город взят. Тогда я умру спокойно. Но не раньше.