Неночь - Джей Кристофф

Сквозь клубящийся дым и вонь крови девушка увидела их. Семь человек, сидящих в углу. Связанная шахид Аалея с кляпом во рту. Побитая Паукогубица, лежащая без сознания. Солис, от которого живого места не осталось: его лицо превратилось в пунцовое месиво из рубцов. Тишь, Маузер и Друзилла были в сознании и тоже сидели с кляпами во рту. И, наконец, лорд Кассий – его темные глаза полыхали от боли. Черный Принц. Лорд Клинков. Глядя на него, Мия ощутила то же недомогание, что всегда испытывала в его присутствии. Тошнота. Головокружение. Страх. Это приносило почти физическую боль. Рядом с ним возник темный силуэт, черные клыки обнажились в оскале.

Эклипс.

Волчица из теней шагнула к Мие, вздыбив шерсть. Мистер Добряк надулся в тени, завывая и шипя. Существа смерили друг друга взглядом, и Мия прошептала:

– Засуньте свой гонор обратно в штаны, вы, оба!

– …Глупое дитя, у меня нет штанов…

– …Тогда советую поработать над своим стилем…

– Мистер Добряк, хватит.

Не-кот насуплено замолчал, и взгляда от лорда Кассия хватило, чтобы Эклипс последовала его примеру. Присев рядом с Духовенством, Мия вытащила кляп изо рта Матери Друзиллы.

– Аколит Мия, – прошептала она. – Поистине… приятный сюрприз.

Мия начала вытаскивать кляпы изо ртов Маузера, Аалеи и в последнюю очередь – лорда Кассия. Мужчина выглядел так, будто подрабатывал тренировочным манекеном – губы опухли, на глазах синяки, на щеке царапина. Но даже когда девушка достала кляп, Лорд Клинков не промолвил ни слова.

Мия пыталась игнорировать биение своего сердца о ребра и тошнотворное чувство, появляющееся в присутствии мужчины. Она посмотрела на оковы и веревки и принялась срезать путы клинком из могильной кости.

– Нужно вывести вас отсюда, – прошептала Мия. – Я их отвлекла, но ненадолго. Вы можете идти? Или, еще лучше, – бежать?

– Люминаты определенно хотели доставить нас живыми, – пропыхтела Друзилла. – Но Солис в плохом состоянии, да и после того, как вчера Маузер снял оковы, наш славный судья позаботился, чтобы в ближайшем будущем он не смог никуда сбежать.

Мия посмотрела на шахида Карманов и заметила, что его голени лежат под странным углом.

– Черная Мать, – выдохнула она. – Он сломал вам ноги.

– И пальцы, – Маузер скривился. – Очень… неспортивное поведение, как по мне.

Мия перерезала веревки, но вот с гарнизонными кандалами было сложнее разобраться. Тяжелые, железные, закрытые на ключ, которым, похоже, не обладал ни один из трех убитых солдат. У каждого члена Духовенства были скованы запястья и щиколотки, и если их не освободить, они смогут идти лишь крошечными шажками.

– Вот дерьмо, – выдохнула Мия. – У меня нет при себе отмычек.

– У меня в сапогах, – прошептал Маузер с призрачной улыбкой. – Левый каблук.

Мия отколола каблук Маузера, как он велел, и пробормотала извинение, когда его голень сдвинулась и мужчина зашипел от боли. Внутри обнаружила пару отмычек и маленький торсион, после чего начала трудиться над оковами Кассия. Несмотря на то, как его избили, Лорд Клинков все равно сможет понести Солиса, а Аалея, Паукогубица и Тишь потащат Маузера. Вопрос заключался в следующем: поджать ли им хвост и бежать или сражаться? Солис и Маузер были не в той форме, чтобы сидеть в седле, да и Мия никак не сможет запрячь верблюдов в фургон, чтобы люминаты этого не заметили. Но столкнуться нос к носу с десятком мужчин, вооруженных солнцесталью? В любую минуту один из них мог вернуться, чтобы проверить…

– Бездна и кровь…

Мия оглянулась через плечо и увидела силуэт на вершине лестницы в погреб. Пыльные сапоги. Кинжалы на поясе. Светлые косички. Круглые голубые глаза.

– Эшлин…

Мия вытянула руку, нащупывая тень у ног девушки. Но, не произнеся ни слова, та развернулась и кинулась к выходу из башни.

– Черт, она их предупредит…

Мия перекинула отмычки на колени Кассию, быстро встала и помчалась следом за Эшлин. Перепрыгивая через три ступеньки, вырвалась на солнечный свет как раз в тот момент, когда четверо люминатов, стоящих снаружи гарнизонной двери, забежали внутрь. Эшлин оставляла за собой пыльный след, направляясь к «Старому Империалу» и попутно крича.

Люминаты были из местных ребят – и, в отличие от прибывшего каравана, вооружены солнцесталью. А еще они были в белых доспехах, хоть и покрытых пылью от пустыни; плюмаж на грязных шлемах выделялся алым пятном. Солдаты с ревом достали клинки, загоревшиеся пламенем, и ворвались в комнату. Тесное помещение. Хорошо вооруженные соперники в броне. Никакого элемента неожиданности – и мечи, которые могут разрезать ее, как хорошенькое масло.

Мие не особо пришелся по вкусу такой расклад.

Она кинула на пол последние сферы ониксового чудно-стекла, развернулась и побежала по лестнице. Кашляя и сплевывая в густой дымке, люминаты погнались следом, крича ей, чтобы остановилась. Мия бросила за спину пригоршню рубиновых сфер и поднялась на третий этаж. Чудно-стекло попало в грудь люмината, бегущего впереди, и разметало его ошметки по всей комнате. Обугленные и забрызганные кровью, оставшиеся трое поднимались на третий этаж уже с большей осторожностью, прячась за щитами. И тогда последние сферы расплавили их щиты, а последний из метательных ножей попал в горло одному легионеру. Тот упал на колени, прижимая руки к кровоточащей яремной вене. Мия посмотрела на веревочную лестницу, ведущую на крышу, и задумалась, успеет ли она подняться, прежде чем оставшиеся два солдата ее зарежут. Вместо этого она потянулась к их теням, крадущимся по полу…

Люминат, идущий последним, упал с изумленным выражением лица, метровый меч из незажженной солнцестали почти расколол его голову надвое. Стены были забрызганы мозгами и кровью, а тело повалилось вперед, исторгая остатки жидкостей на пол. Позади него стоял лорд Кассий – лицо опухшее и избитое, темные глаза прищурены в холодной ярости. Мия с восхищением наблюдала, как Кассий сжал пальцы левой руки, и тени в комнате ожили, извиваясь, как змеи перед заклинателем. Взмахнув рукой, Лорд Клинков вырвал меч из хватки последнего легионера, и, не издав ни звука, замахнулся солнцестальным клинком и отрезал солдату голову.

Чтобы там ни говорили ваши поэты, дорогие друзья, требуется недюжинная сила как в руке, так и в замахе, чтобы обезглавить человека одним махом. А Лорд Клинков определенно был не в лучшей форме. Тем не менее лишь рваная полоса плоти и пара осколков обломанной кости крепили голову люмината к шее, когда он пошатнулся и упал; его тело билось в конвульсиях на полу, пока не осознало горькую правду, что оно мертво.

Мия посмотрела на тени, отдавшиеся в полное распоряжение Кассия. Она по-прежнему испытывала это болезненное, маслянистое, тошнотворное чувство в животе; Мистер Добряк трепетал у ее ног.

– Хороший фокус, – сказала девушка.

– Фокус? – Лорд Клинков вздернул бровь. – Так ты это называешь?