Удержи меня верой - Ольга Валентеева

Ральф

— Ральф, ты обещал! — Жена носилась за мной по дому, а я прятался от неё везде, где только можно. Потому что, когда улеглись страсти и тревоги, Сани вдруг вспомнила главное обещание, которое ей дал — навестить её родителей. И теперь пыталась призвать меня к ответу за слова. Я, конечно, старался избежать знакомства с папой — военным в отставке и его верной супругой, но Сандра была непреклонна.

— Ральф, пожалуйста, пока беременность не написана у меня на лбу! — настаивала она. — Мои родители — люди старой закалки, им это не понравится.

Вот именно! Больше всего им не понравится зять с криминальным прошлым и туманным будущим.

— Сани, сейчас много работы, — пытался убедить жену. — Скаю нужна помощь.

— Эб без тебя столько лет справлялся, справится и еще пару недель. А потом Алексу вступительные экзамены сдавать, мы точно никуда не поедем.

— Хорошо. — Я сдался на милость победителя. — Собирай вещи, завтра выезжаем.

— Ура! — воскликнула жена и кинулась в мои объятия. — Пойду, найду Алекса, скажу, пусть собирается.

Впрочем, Ал в кои-то веки с нами ехать отказался — предпочел остаться с бабушкой, которая продолжала обучать его основам магии. К Беате присоединялся Эб — рассказывал сыну об управлении стихиями. А тренировки с Сани я запрещал. Нечего беременной женщине пульсарами швыряться. Моя магия тоже постепенно восстанавливалась, но она стала другой. Целительская еще полностью не восстановилась, зато я начал улавливать эмоции окружающих. Иногда от этого становилось жутко, но чаще было на руку. Особенно, когда Эб собирался заключать какую-нибудь сделку. Его исследования продвигались, и скоро он готовился представить миру проект, работу над которым чуть не сорвал Лейвер. Дэн Скайден окончательно перебрался к своей очаровательной соседке, но неизменно бывал то у меня, то у сына, помогая Элис с детьми. Беата же собиралась остаться в Иргене до конца лета, а потом вернуться домой. И никакие уговоры тут не действовали.

А мы с Сани три дня тряслись в мобиле до одного из скалистых прибрежных городков, в котором жили её родители. Зато вместо Алекса с нами увязался Роберт, выбивший у руководства театра отпуск. Всю дорогу брат Сани развлекал нас байками и анекдотами. Как ни странно, мы с ним сдружились. Иногда даже после работы общались в каком-нибудь баре за бокалом коньяка.

Дом Рейнеров оказался самым обычным — одноэтажным, с большими светлыми окнами, высоким забором и звонкой собачонкой на привязи. Отсюда было видно море и слышно, как оно с шумом бьется о скалы. Вечное и неизменное. Я остановил мобиль у двора. Сани тут же вылетела из дверцы и помчалась к воротам. У меня каждый раз сердце уходило в пятки, когда она так носилась, не глядя под ноги. Но я молчал — пусть носится. По крайне мере, разбитые коленки в случае чего я смогу залечить.

— Идем, дружище, — окликнул меня Роберт. — Не беспокойся, они не кусаются. Тем более, я их тайком предупредил.

Вот за это спасибо — Сани была решительно настроена сделать родителям сюрприз. И сейчас стучала в двери в полной уверенности, что нас не ждут. Но стоило на пороге появиться величественной даме в светло-бежевом строгом платье на высоченных каблуках, я сразу понял — ждали, еще как.

— Мамочка! — Крепко обняла её Сандра.

— Сани? — Госпожа Рейнер попыталась сделать удивленный вид, но получилось плохо. Хорошо, что Сани на неё не смотрела.

— Да, мы решили к тебе приехать с мужем.

— С мужем?

И мать Сани будто разделила меня взглядом на части, чтобы посмотреть, что досталось её дочери.

— Добрый день, — кивнул я.

— Привет, ма! — Роб махнул рукой. — Где наш старик?

— Роберт! — Мама Сани ехидно прищурилась — и я сразу понял, в кого Роб такой. — Каким ветром тебя занесло в родной дом? Раз в три года.

— Гастроли, спектакли. — Он развел руками. — Так что принимай сына.

Пока госпожа Рейнер обнимала непутевое чадо, я подошел к Сани, и она взяла меня под руку.

— Мама, знакомься, это Ральф, — сказала с улыбкой, а я понял, что не зря откладывал этот «сладостный» миг.

— Очень приятно. Ольвия Рейнер.

Я поцеловал даме руку, закрепляя знакомство. Роб был похож на неё. А Сани, готов был поставить миллион, на папу. Нас пригласили в дом — внутри было чисто и уютно. Ничего вычурного или кричащего. А к нам навстречу уже шагал хозяин дома — высокий мужчина с сединой в черных волосах и хитрым прищуром.

— Папочка! — Он заключил в объятия дочь. — А я не одна. Это Ральф, мой муж.

— Эндрю Рейнер. — Тесть протянул мне руку.

— Ральф Колден.

Говорят, рукопожатие говорит о крепости характера. Так вот, характер у отца Сани был точно крепким. Об этом свидетельствовала едва не отдавленная ладонь.

— Я накрою на стол, — тут же засуетилась Ольвия. Сани поспешила за ней на кухню, а мы втроем остались в гостиной.

— Признаюсь, свадьба нашей дочери нас несколько… ошеломила, — заговорил Эндрю. — И удивила. Почему так скоропалительно?

— Мы с Сандрой уже почти два года вместе, — ответил я. — Решили тихо заключить брак, без лишней помпы.

— Но родителям можно было сказать! Вот ваши родители знают, что вы женились, молодой человек?

— Бабушка знает. А моих родителей, увы, нет в живых.

Регину я вычеркнул из памяти. Как не было у меня матери, так и нет.

— Прошу прощения. — Кажется, Эндрю слегка смутился.