Шторм войны - Виктория Авеярд

Пусть Кэл знает, что мы здесь.

– Я вам больше не нужен, – дождевые капли стекают по лицу Мэйвена, как слезы. – Давайте закончим.

Он медленно поднимает глаза на меня. Я ожидаю увидеть в них грусть или разочарование.

Но не ледяной гнев.

– Тай… – начинаю я, но едва успеваю договорить, как рядом падает снаряд.

Он взрывается под стеной Казначейства. Ударная волна сметает нас, и мы не удерживаемся на скользких плитах. Головой я бьюсь оземь и на мгновение вижу звезды. Пытаюсь встать и снова падаю, столкнувшись с таким же оглушенным Тайтоном. Он прижимает меня к земле, когда над нами проносится стремительный язык пламени, наполнив воздух жаром.

– Мэйвен! – кричу я, но мой голос теряется в шуме битвы.

Ружья, снаряды, ветер, дождь… с тем же успехом можно не кричать, а шептать.

Тайтон напрягает мышцы и приподнимается на локтях. Он вертит головой туда-сюда, пытаясь разглядеть в толпе вокруг серую одежду и черную макушку.

Выругавшись, я поднимаюсь на колени. Волосы у меня растрепались, непривычные фиолетовые пряди мотаются на ветру. Рядом со мной тормозит Килорн. Его лицо уже раскраснелось и покрыто потом от напряжения.

– Он исчез? – тяжело дыша, спрашивает друг и подает мне руку.

В голове у меня проясняется, и я кое-как встаю. Мое тело напряжено – я готова увернуться от очередного огненного удара. «Вряд ли. Это не в его привычках. Мэйвен не воин».

– Исчез, – отвечаю я.

Я могу выследить его. Но лучше сперва закончить начатое. Сохранить жизнь друзьям.

Полная решимости, я заставляю себя развернуться к воротам площади.

– У нас есть дело.

Хотя мост окутан туманом, я вижу на нем сотни солдат, а внизу – массивные силуэты Озерных кораблей. В небе гоняются друг за другом самолеты с желтыми, фиолетовыми, красными, синими и зелеными крыльями – они кружатся и ныряют, как смертельно опасные хищные птицы. За рекой ничего нельзя разглядеть. Дальняя половина города полностью затянута пеленой. По крайней мере, у Фарли и ее офицеров есть рации. Они могут связаться с Дэвидсоном.

Я хватаю Тайтона за запястье и заставляю встать. Он мрачно хмурится, сердясь на самого себя.

– Прости, – шепотом говорит электрикон. – Нужно было убить его, не дожидаясь.

Развернувшись на каблуке, я устремляюсь к Фарли.

– Все так думают, – буркаю я, послав в небо еще один гневный разряд.

В тумане, словно в ответ, пульсируют синие и зеленые вспышки.

– Они перебрались, – говорит Килорн, указав на далекие огни. – Рейф и Элла. Армия Дэвидсона.

Невзирая на бегство Мэйвена, мои губы раздвигаются в улыбке. Маленькое, но торжество.

– Ну, хоть что-то.

И даже более того.

На площади Цезаря находятся основные правительственные здания Норты – дворец, суд, Казначейство, Военное министерство, – но основная часть города расположена на другом берегу реки. Наш берег важнее, зато Восточный Археон обширнее и населения там больше. Красного и Серебряного. Нельзя бросить мирных жителей на произвол судьбы, пока армия Кэла занята армадой.

Фарли смотрит на мост; высокая и мужественная, среди снующих вокруг солдат она напоминает статую. Ее лейтенанты отдают приказы и строят бойцов. Одни, как живая стена, встают лицом к Дворцу Белого огня и Военному министерству, где еще могут находиться люди Кэла. Другие занимают позицию вдоль берега или блокируют ближний конец моста. По сути, Кэл заперт на мосту, над вражеской армадой.

Мы подбегаем к Фарли без помех – бойцы Алой гвардии и монфорские солдаты расступаются, пропуская нас. Тайтон немедленно берется за дело – швыряет ослепительно-белые разряды электричества в плывущие внизу корабли. Стальные гиганты кажутся неуязвимыми даже для магнетронов. В тучах мелькают синие вспышки, а потом молния Эллы ударяет в нос одного из кораблей, и раздается душераздирающий скрежет рвущегося металла. Я перегибаюсь через парапет на краю утеса, разглядывая реку. До нее всегда было не меньше сотни метров… но внезапно вода оказывается ближе, чем я помню. У меня пересыхает во рту, когда я понимаю, что Озерные подняли уровень воды, чтобы к Археону могли подойти даже их самые большие корабли.

– Она продолжает подниматься, – говорит Фарли, давая мне место рядом с собой. – Мы не сможем уйти тем же путем, каким пришли.

Я прикусываю губу.

– Туннели залило?

Она кивает.

– Скорее всего.

Ее взгляд колеблется, устремляясь то на реку, то на фигуры на мосту. Дым вьется вместе с туманом, черный на серо-белом фоне.

– Мы проскочили как раз вовремя.

Килорн пристраивается рядом с нами. Он внимательно смотрит на мост. Оттуда, где мы стоим, хорошо видно, что бойцы Кэла атакуют. Быстры мелькают в тумане на палубах судов внизу, а вместе с ними – сильноруки, истребители Лероланы и прочие Серебряные, лучше приспособленные к рукопашной схватке. Дрожи из Дома Глайакона, кажется, добились наибольшего успеха. Один из небольших кораблей полностью покрыт льдом и приморожен к опоре моста.

Я облегченно вздыхаю, не увидев на вражеских кораблях пламени – помимо обыкновенных взрывов. По крайней мере, Кэл не сражается с армадой лично. Пока что.

– Как вы думаете, он знает, что мы здесь? – спрашивает Килорн, продолжая глядеть на мост.

Фарли стискивает зубы и кладет руку на бедро – не на кобуру, а на рацию.

– Кэл, кажется, сейчас занят.

– Он знает, – отвечаю я, и еще одна фиолетовая молния рассекает небо.

Воздух тяжелый и густой, словно тучи спустились, чтобы заслонить кипящую перед нами битву. Я вздрагиваю, когда очередной залп накрывает площадь, и снаряды рвутся в крыле дворца.

– Не вижу Мэйвена, – говорит Фарли, придвигаясь ближе. Ее небесно-голубые глаза пристально смотрят на меня. Они ярки даже в тумане. – Все кончено?

Я прикусываю губу почти до крови. Лучше боль, чем стыд. Она замечает мое колебание и мгновенно багровеет.

– Мэра Бэрроу…

Треск рации спасает меня от гнева Фарли.

Она немедленно отзывается:

– Генерал Фарли.

Голос на другом конце не принадлежит кому-то из генералов Командования или монфорских офицеров. Это и не Дэвидсон.

Я бы узнала его где угодно, особенно под аккомпанемент ружейного огня.

– Я думал, вы уже не вернетесь, – говорит Кэл, и его далекий голос, искаженный помехами, кажется жестяным.

Воздух, насыщенный электричеством, вряд ли идет на пользу связи.

Едва дыша, я перевожу взгляд с Фарли на мост. Одна из теней в тумане как будто уплотняется. Широкие плечи и знакомые решительные шаги.