Теряя маски - Николай Метельский

Удар в висок Разрывом. Таким был мой ответ на его пассаж. Пригнувшись, словно делая поклон, шагнул в сторону, пропуская над головой струю огня. Подшаг вперед, и два быстрых удара в корпус, апперкот согнувшемуся мужчине, и прямой удар ноги, впечатавшей его в дерево, стоящее в семи метрах позади него. Ну и, конечно, Рывок в сторону, дабы не зацепило еще одним лучом.

Следующие полчаса я методично выбивал душу из посмевшего напасть на мою базу и убившего моих людей. КПП уничтожено, а ведь дежурная смена состоит из десяти бойцов. Сегодня, кстати, была очередь Седьмого, и в своем докладе Курода не упоминал выживших.

Каждую минуту я наращивал темп, все чаще и чаще мой противник срывался на рефлексы, выпуская по мне что-нибудь действительно смертоносное. Как, например, когда он умудрился подловить меня, выпустив в то место, куда я сделал Рывок, три светящихся шарика. От двух я успел уклониться, а третий попал мне прямо в грудь, унеся в мое тело метров на десять в сторону от «мастера». Сам удар оказался на удивление слабым, видимо, какой-то аналог моего Толчка, но из-за самого попадания с меня слетел Отвод глаз, и мужчина на радостях скастовал Длань Кагуцути. Это японское название, в других странах и названия другие. Вообще я эту технику своими глазами не видел, но описания читал не раз, так что опознать ее труда не составило. Выглядела она как трехметровая латная перчатка из огня, появляющаяся над целью и резко опускающаяся на нее. Иногда в описаниях проскальзывало, что она может сжиматься в кулак. Но лично я ничего такого не заметил.

— И это все на что ты способен, «мастер»? — спросил я его, впечатав очередной раз в дерево. — Даже обидно, — покачал я головой. — Видимо, я правильно сделал, что перебрался в Японию.

— Так ты… не японец… ха…? — спросил мужчина, тяжело дыша и поднимаясь на ноги. Он что, правда думает, что я поверю в то, что он дико устал?

— Нет. Но откуда, не скажу. Ты ведь и сам об этом помалкиваешь. Чем я хуже?

— Но ты ведь все равно собрался убить меня.

— Это означает лишь то, что умрешь ты, так ничего и не узнав.

— А если обменяться знаниями?

Стоп. Да он силы копит. Похоже, все-таки решил меня слить, потому и время тянет. Хотя, что ему еще-то остается? С начала его атаки на базу прошло слишком много времени. Ну, пусть не слишком, но уже сейчас может произойти что угодно. Ему бы свалить отсюда, да вот беда, от меня, с моей-то скоростью, хрен уйдешь.

— Хм. Ладно, — произнес я. — Рудов Максим Иванович, к вашим услугам.

— Русский? — Что ж, причины удивляться у него есть.

— Неожиданно, да? Ну а кто ты такой?

— Войцех Францишек Гжегож.

Офигеть. Он и правда сказал. М-м-м, впрочем, кто поручится, что его слова правда?

— Поляк, значит, — произнес я.

— Именно, — ответил он слегка удивленно. И, как ни странно, по-русски.

Ах, ну да — в этом же мире уже не одно десятилетие отсутствует такое политическое образование как Польша. Похоже, только коренное население и помнит о ней. Шанс что он соврал, немного уменьшается, но только немного.

— Как я понимаю, сейчас начнется настоящая схватка? — спросил я на том же языке.

— Хе, хе, ты очень проницателен.

— Это хорошо. Воин должен умереть как воин. А не как загнанная собака, участь которой тебе и определили те, кто послал сюда.

— Ты заблуждаешься, — ответили мне, становясь в стойку. — Командир не стал бы этого делать.

Хм-м-м. Оговорка? Или ему уже пофиг? Или он меня до последнего решил за нос водить?

— Я три месяца собирал информацию по хозяину этой базы, — кивнул я в никуда. — После нападения на нее у тебя нет шансов выжить. Слишком серьезные у него покровители.

— Это здесь, — начали светиться его руки. — А в Свободных землях меня никому не достать.

— Мнение недалекого слуги, — покивал я и тут же ушел в Рывок, уворачиваясь от двух Плазменных шаров. — Что ж, да начнется второй раунд, — произнес я, отводя ему взгляд.

И только я это сделал, лазерный луч прошелся крест-накрест по тому месту, где я только что стоял. Рывок в сторону поляка, и мое чувство опасности ревет рассерженным драконом, из-за чего вместо того, чтобы сделать еще один Рывок, приближаясь к противнику, я рванул в сторону от него. Но даже при этом я чуть не попал под Огненный вал, кольцом шедший от Войцеха.

Молния, выпущенная в противника, попала в так и не сошедшего с места «мастера», после чего я, высоко подпрыгнув, перелетел двухметровое кольцо огня и по приземлению сразу ушел в Рывок, стараясь как можно быстрей сблизиться с противником. Все-таки на каст техники ему нужна хоть какая-то концентрация, которую сложно сохранить под ударами ведьмака. По-крайней мере, для высокоуровневых техник.

После первой же двойки в корпус поляка Отвод с меня слетел, но это уже было не важно. С каждым ударом я все больше набирал скорость, успевая врезать ему три-четыре раза на одну его попытку. Никакого Толчка. Я не собирался отпускать его от себя даже на метр. Нырок под его правый хук и еще пять ударов усиленных Разрывом. С подшагом вбок ухожу от его апперкота и наношу еще шесть ударов. Еще Фокус, еще Ускорение, и вот «мастер», закрывшись боксерской стойкой, даже не отвечает на мои удары. В этом мире нет фильма Матрица, и если я сравню эту ситуацию с тем, как агент Смит избивает бедного Нео в метро, прижав его к стене, никто ничего не поймет, но ситуация очень похожа. Только мой противник, в отличие от Нео, держит хоть какую-то защиту.

И не только это. Если бы я не накинул на себя столько уровней Фокуса и Ускорения, Огненный столп поляка мог бы и задеть меня, но, к сожалению для него, моя верная чуйка предупредила меня о неприятностях, и я успел отскочить назад. Как и уклониться от пущенных вслед за мной Плазменных шаров. А вот от классических огненных шариков пришлось побегать. Они, сволочи, оказались самонаводящимися. Даже Отвод глаз не помог — похоже, после запуска им было все равно, видит меня запустивший их или нет. Впрочем «побегать» — это я слишком сильно сказал, при их скорости мобильность у шаров была хреновая, так что в течение нескольких секунд половина из них врезалась в ближайшие деревья, а вторая половина — в самого «мастера».

А вот потом я совершил ошибку. Пора уже привыкать, что этих чертовых бахироюзеров не стоит отпускать от себя слишком далеко, я же провел классическую для меня связку с несколькими Разрывами, Ударами и Толчком с молнией, вслед улетающему противнику. За что и поплатился.

Еще в полете поляк скастовал в мою сторону Пепел, который я однажды видел в исполнении Шины. Правда, на видео. Так вот, Пепел «мастера» не идет не в какое сравнении с техникой «учителя». Он разом покрыл площадь в сорок метров облаком черного пепла, внутри которого вспыхивали огоньки. Хорошо, что мы оба в этот момент уже двигались, причем в противоположных направлениях, а то ведь я мог и не успеть выйти из зоны поражения. Наверное, если бы не горячка боя, я бы поежился. Внутренне. Пепел — это такая техника, которая, в отличие от остальных огненных, не сжигала, а запекала свою цель. Причем очень быстро.