Академия Блонвур - Lita Wolf

Когда сравнили оба листа, оказалось, что фразы в них сходятся слово в слово.

— Лайс, вам перевязь посолить-поперчить или так, без приправ, слопаете? — тон Дагратдера был сама любезность.

Гриндор сошёл с лица — похоже, о своём неосторожном обещании давно позабыл. Ища поддержки, он обвёл взглядом деканат.

— Никогда не стоит бросаться дурацкими обещаниями, — холодно улыбнулся Дальгондер. Женщины ничего не возразили ему, и Гриндору осталось только тяжко вздохнуть.

— Можно, я хотя бы сварю её? — смиренно спросил он вампира.

— В общем-то, вы не обещали съесть перевязь конкретно в сыром виде, значит, можно.

Гриндор ещё раз выразительно вздохнул, бросив на короля Бордгира смурной взгляд, и вышел из деканата.

— Дагратдер, будьте милосердны, — вступилась-таки за бедолагу Верховер. — Хотя бы ко мне, — улыбнулась она. — У меня и так хватает забот, а теперь ещё придётся лечить Лайса от несварения желудка.

— Ну хорошо, только ради вас, Ливалла, — вампир одарил целительницу таким взглядом, что Джейлис почувствовала острый укол ревности.

— Итак, магические контакты — реальность, — подытожила Фортейл. — По крайней мере, для вампиров. Но, скорее всего, люди тоже могут научиться. Только, что касается Баронессы. Дагратдер, вы сами сказали, что это контакт двух разумов. Как же тогда, по-вашему, её хозяин может управлять ею посредством магического контакта?

— Допустим, мы тоже знаем о магических контактах отнюдь не всё. Исходя из этого, я могу предположить, что, возможно, в процессе контакта один разум способен полностью подавить другой, — продолжал Дагратдер.

— Но сами вы ничего подобного не умеете? — уточнила Верховер.

— Не умеем. Однако я придерживаюсь мнения, что не существует невозможного — есть ещё непознанное. В общем, в итоге я склоняюсь к следующей версии: хозяева полностью подавляют собственный разум своих марионеток и управляют ими именно посредством магического контакта. Логично предположить, что они даже видят глазами своих жертв и слышат их ушами. А что касается состояния овоща той девушки, которую видел Лонгаронель, наверное, в овощ зомби превращаются, когда хозяева рвут связь с ними — либо контакт невозможно держать бесконечно долго, либо данные марионетки, выполнив некую миссию, попросту становятся не нужны своим хозяевам.

— А почему же тогда по Лимеране не бродят эти самые овощи? — спросил его Лонгаронель.

— Очевидно, здесь их просто убивают, не желая привлекать внимания.

— Но…

— Лон, давай не будем отвлекаться от здешних проблем.

Брюнет умолк.

— Кстати, — продолжал Дагратдер. — О том, что разум Баронессы мёртв, свидетельствует не только эрда её крови, но и ещё один достаточно странный факт.

— Какой? — проявил резкую заинтересованность Дальгондер. Во взглядах других, впрочем, она читалась тоже.

Но в этот момент вернулся Гриндор, принеся с собой котелок, наполненный водой. Кажется, он собрался сварить своё «блюдо» в здешнем камине.

Водрузив котелок над огнём, декан Гира вынул из ножен меч — с момента убийства Инвейнера все преподаватели Блонвура не расставались с оружием — и стал расстёгивать перевязь.

— Вам ещё повезло, Лайс, что вы пообещали съесть свою перевязь, а не меч, — усмехнулся Дагратдер. — Ох, нелегко же вам пришлось бы в этом случае.

Гриндор озлобленно посмотрел на него:

— Веселитесь?! Ну-ну. Надеюсь, моя скромная трапеза доставит вашему величеству истинное наслаждение!

— Увы, не судьба, — вампир изобразил наигранное расстройство. — Ваши друзья так просили избавить вас от будущего несварения желудка, что я решил внять их мольбам. Наденьте перевязь обратно и садитесь.

— Дагратдер, так о каком странном факте вы говорили? — напомнил Дальгондер.

— Потеря Баронессой магических способностей. Каким-то образом она ведь всё-таки поступила в Блонвур.

— Да, во время поступления у неё наблюдались очень неплохие задатки, — подтвердила Фортейл.

— Ну вот. А теперь она абсолютно неспособна к магии! Разве это не странно?

— Конечно, странно, — согласилась декан Арда. — На экзамене после первого семестра она не сумела выполнить совершенно элементарное задание. Тогда я отнесла это на счёт экзаменационного стресса. Но, как выяснилось, она и в дальнейшем не могла абсолютно ничего.

— Знаю. А ведь способность к магии однозначно не назовешь телесной способностью. Таким образом, эта потеря лишний раз подтверждает гибель её собственного разума.

— Однако безумие всё же не лишает магических способностей полностью, — возразила вампиру Верховер. — А зачастую и вовсе не уменьшает оных.

— Ну, значит, безумие всё-таки не убивает разум до конца.

— Дагратдер, — обратилась к вампиру Джейлис. — Я вот одного никак не пойму — почему люди идут на такое? Я не про хозяев, а про их жертв. Почему они соглашаются фактически убить себя?

— Вероятней всего, их попросту обманывают. Например, говорят, что им нужно будет выполнить какое-то задание, а какое конкретно — они узнают, когда, прибыв на место, выйдут на контакт с кем-то из лидеров организации. Естественно, их предварительно обучают этому. А после установления этого самого контакта они ничего не могут сделать, так как уже фактически перестают существовать. Впрочем, возможно, гибель собственного разума не мгновенна — если учесть, что какое-то время Баронесса ещё сохраняла способность к магии. Но противостоять хозяевам они в любом случае неспособны.

— Дагратдер, знаете, по-моему, в вашу версию не укладывается один момент, — заговорил Рондвир.

— Внимательно тебя слушаю.

— Тот разговор, подслушанный Ульцаном. Если Баронесса и Белан всего лишь зомби, почему они вообще разговаривали между собой? Если их хозяевам было необходимо что-то обсудить, что им мешало побеседовать напрямую, а не через своих кукол?

— Хм. Мда, это действительно странно… — задумался вампир. — Хотя, нет — абсолютно ничего странного. Что хозяева у них разные, это очевидно, и, вероятно, они не находятся в непосредственной близости друг от друга, чтобы переговорить между собой обычным способом. А выйти на контакт друг с другом, не порвав связи с «подопечными», не могут. Уверен, что такая связь и так стоит им немалых усилий, сколь бы могущественными магами они ни были.

— Но кто же эти хозяева Баронессы и Белана и что им нужно в Блонвуре? — спросила Лориин.

— Понятия не имею, — признался Дагратдер. — Ясно одно — противники у нас очень серьёзные.

— У нас?! — изумлённо воскликнул Гриндор. — По-моему, вас-то они вовсе не задевают. Это у нас убийства одно за другим. А теперь ещё и ваш милый визит. Подумать страшно, что скажет Глоссум и как отреагируют в Ковене, когда узнают, что мы по собственной инициативе впустили в Блонвур вампиров, даже не известив об этом Ковен.