Паладин развивает территорию - Greever

Девушка схватила корчащегося барона за шиворот и бросила к ногам своего лорда, который от неожиданности поднял правую ногу и не зная куда её снова поставить, опустил её прямо на него.

Рыцарь с отрубленной рукой корчился от боли, кричал и катался по земле.

Всё это произошло за три секунды и настолько слаженно, словно эти двое ждали такой возможности, чтобы похвастаться перед Виктором.

Солдаты за пределами гарнизона начали собираться, словно решили атаковать.

— Стена щитов! — прозвучал приказ Алганиса и солдаты, стоявшие позади лорда, выпрыгнули вперёд и со всего размаха вбивали щиты в землю. Сила была настолько огромной, что щит почти на десять сантиметров уходил в землю. Следом за ними их накрывали щиты второй и третьей линии.

— Что здесь происходит? — раздался громкий, но знакомый голос.

Это был Андрос, брат Виктора и он двигался по направлению к ним.

— Виконт, что вы делаете? — ещё не дойдя до них, он снова задал вопрос.

— Я арестовал человека, который напал на моих солдат и думаю, как с ним поступить — спокойно ответил Виктор.

— Немедленно отпустите его, вы не имеете права задерживать аристократа — отдал приказ Андрос, уже находясь перед сомкнутыми щитами солдат.

Виктор слегка улыбнулся, потому что ему понравилась эта ситуация, а вмешательство его брата, порадовало его ещё больше.

— Виконт Андрос Лерат, с каких пор вы стали графом и смеете отдавать мне приказы? — спросил лорд, специально упомянув титул брата.

До наследования титула графа он был всего лишь виконтом и не мог приказывать никому из вассалов графа. Это могли посчитать мятежом, и наказание за такое было только одно — смерть.

Даже упоминание о мятеже, могло сильно подорвать позиции наследника. В этом мире мятежи дворян не редкость, особенно наследников, которые просто устают ждать, пока их отец состарится, а некоторые со слабой магией могут и вовсе не дождаться такого момента.

— Вы не имеете права задерживать дворян — уже сменив риторику, Андрос снова напомнил ему правила.

Только вот он имел на это полное право, правда, должен был передать барона графу.

К слову, барон всё это время лежал на земле, придавленный ногой Виктора. Он не просто поставил на него ногу, а держал её прямо на его лице и при малейшей попытке сдвинуться с места, лорд давил на него железным ботинком.

— Андрос, я думаю, тебе не стоит в это вмешиваться, как наследнику занимать чью-либо сторону… — напомнил Виктор своему младшему брату — могу я считать это фаворитизмом?

Услышав эти слова, Андрос изменился в лице и был в замешательстве.

Лорд очень многое изучил из памяти прошлого владельца и одна из причин, по которой он никогда не обращался к графу за помощью напрямую, была именно в том, что его отец не допустит фаворитов.

Любое склонение сюзерена к тому или иному вассалу, кем бы он ни был, приведёт к дисбалансу всего графства.

Сюзерен — это своего рода маяк во тьме, на него смотрят и тянутся к нему, но стоит его свету отклониться в чью-либо сторону, как дворяне тут же начнут искать другой источник света.

— Что происходит? — раздался ещё один голос из темноты и следом вышли шесть рыцарей с гербами Шерманин, на правой части латного нагрудника.

— Виконт Балтес арестовал барона Лемье, а также убил его рыцаря, вы должны немедленно взять его под стражу — сообщил Андрос и отдал приказ.

— Виконт Лерат, попрошу вас не забываться, вы не имеете права отдавать приказы страже графа — прозвучал ещё один голос, и он был хорошо знаком Виктору.

Элиан Форест, капитан стражи Шерманин собственной персоны. Теперь Виктор был уверен, что вопрос будет улажен и, кивнув Алганису, дал понять, чтобы тот отозвал солдат.

— Внимание, отступить — послышался приказ, и солдаты начали слаженно снимать щиты и ровными линиями отходить за спину Виктора.

Только теперь все могли увидеть, в какой смущающей позе находился барон.

— Виконт Балтес, следуйте за мной — приказал Форест и развернувшись пошёл в сторону центра лагеря.

Виктор приказал Линее и Алганису, отвести солдата к монаху и попробовать восстановить руку, пока не прошло слишком много времени, это было возможно.

А также приказал убить любого, кто попытается проникнуть в его лагерь и пошёл вслед за полу-эльфом.

Проходя мимо Андроса, он обратил внимание на запястье брата, на котором находился браслет с кристаллами концентрации, который он подарил ему и его матери, в качестве жеста доброй воли.

«По всей видимости, вы не хотите дружить. Как пожелаете, но не вините меня, когда маркиз не будет для меня угрозой, возможно я захочу графство назад».

Злая мысль пробежала в голове Виктора, но на это была причина. Он пошёл этим людям навстречу, а они оттолкнули протянутую в знак дружбы руку.

Лорд никогда не терял надежды в людей и всегда готов протянуть руку первым, но если вам в неё плюют, зачем стараться снова?

Разумеется, он останется собой и будет всегда рад первым пойти навстречу, но в случае такого поведения, как у Андроса, ответит он не лучше.

Его раздражало, что, не разбираясь в ситуации, его младший брат вступился за барона. И даже подумал, что это он натравил на него этого «тупоголового», но это было слишком банально.

Никакой дворянин не послушался бы такого совета или приказа, настолько глупых людей нет даже в этом мире. Да и провоцировать Виктора не было никакой нужды, а сам барон действительно не собирался никого оскорбить, ведь это нормально, покалечить или убить простолюдина, который не знает своего места.

Раздумывая о том, что произошло и что к этому привело, он оказался у палатки графа и смотрел, как Элиан входит внутрь.

— Я привёл твоего наследника — раздался голос полу-эльфа.

Услышав это, Виктор слегка смутился, потому что не мог понять, зачем Форест пытается задеть графа.

— Андрос? Зачем он здесь? — послышался голос графа.

— Ой прости, не маркизёныш, другой твой сын — уточнил Элиан, словно ошибся.

— Виктор, входи — раздался серьёзный голос графа. Судя по всему, он был недоволен шутками своего капитана.

Лорд вошёл в палатку и увидел графа, сидящего за столом у дальней стенки палатки и, как всегда с пером в руке. Виктор вообще редко видел, чтобы этот человек был без пера в руке и даже, когда ему вспоминался отец, всегда возникал именно сидящим за столом и что-то пишущим.

— Что случилось? — спросил граф, глядя на своего сына.

— Он убил рыцаря Лемье и покалечил второго, а также арестовал самого барона — Форест перечислил все «прегрешения» лорда