Книга Жизни - Дебора Харкнесс

– Нет, – просипел Болдуин.

Мэтью передвинул руку так, чтобы брату было легче произносить слова. Однако синюшный оттенок не исчез с губ Болдуина. Мой муж предусмотрительно надавил ботинком на лодыжку брата, чтобы тот, получая дополнительные порции кислорода, не вздумал бы вывернуться. Болдуин взвыл.

– Отвези Ребекку и Филиппа в Сет-Тур, – попросила я Мириам, засучивая рукава.

Не хотелось, чтобы дети видели отца в таком состоянии. Да и мать тоже, когда она применит магию против их дядюшки. Вокруг моих ног зашуршал ветер, превращая кучки пыли на церковном полу в миниатюрные торнадо. Заплясало пламя свечей в канделябрах, готовое подчиниться мне. Запузырилась вода в купели.

– Болдуин, отпусти меня и мой клан, – сказал Мэтью. – Мы тебе больше не нужны.

– Ты… можешь… понадобиться. Мой… палач… как-никак, – ответил Болдуин.

Пространство церкви взорвалось удивленными восклицаниями. В рядах перешептывались. Еще бы: неожиданно открылась семейная тайна де Клермонов, хотя я не сомневалась, что кое-кто и раньше знал о роли Мэтью в семье.

– Займись-ка сам этой грязной работой. Для разнообразия, – предложил Мэтью. – Бог свидетель, ты не хуже моего умеешь убивать.

– Ты… иной… Близнецы… бешенство крови… и у них тоже? – выплеснул Болдуин.

Гости умолкли.

– Бешенство крови? – переспросил вампир, в чьем голосе звучал легкий, но заметный ирландский акцент. – Мэтью, о чем он говорит?

Вампиры в церкви тревожно переглядывались. В рядах снова зашептались. Принимая приглашение Маркуса, они ни сном ни духом не подозревали о бешенстве крови. Одно дело – сражаться с Конгрегацией и защищать детей ведьмы и вампира. И совсем другое – болезнь, способная превратить тебя в кровожадное чудовище.

– Болдуин сказал правду, Джайлс. Моя кровь заражена, – ответил Мэтью.

Наши глаза встретились. Его зрачки были слегка расширены. «Уходи, пока еще возможно», – молча требовали глаза Мэтью.

Но на этот раз Мэтью не будет сражаться один. Я протолкнулась между Изабо и Фернандо, направляясь мужу на подмогу.

– Это значит, что Маркус… – Джайлс умолк, его глаза прищурились. – Мы не можем позволить, чтобы орден Рыцарей Лазаря возглавлял страдающий бешенством крови. Такое просто невозможно.

– Джайлс, не будь таким непроходимым тупицей, – сказал его сосед-вампир, судя по акценту явно британец. – Мэтью уже был великим магистром ордена, и его болезнь никак не сказывалась на его правлении. Насколько помню, Мэтью был замечательным командиром и выводил братство из многих опасных ситуаций. Пусть Маркус – бунтарь и мятежник, но и у него есть прекрасные задатки.

Вампир улыбнулся и кивнул Мэтью. То и другое было вполне уважительным.

– Благодарю, Рассел, – сказал Мэтью. – В твоих устах это вообще звучит комплиментом.

– Маркус, покорнейше прошу меня простить за оговорку о братстве. – Джайлс подмигнул Маркусу. – Я хоть и не врач, но вполне верю, что Мэтью вот-вот отправит Болдуина в обморок.

Мэтью слегка передвинул руку. Зрачки Болдуина вернулись в нормальное положение.

– Отец вполне контролирует свое бешенство крови. У нас нет причин действовать под давлением страха и суеверий, – сказал Маркус, обращаясь ко всем. – Орден Рыцарей Лазаря создавался для защиты слабых. Каждый член ордена поклялся защищать своих братьев и сестер, не щадя собственной жизни. Излишне напоминать собравшимся, что Мэтью является рыцарем. А с этого момента рыцарями являются и его дети.

Я поняла, почему Ребекку и Филиппа так рано посвятили в рыцари.

– Я хочу услышать твой ответ, дядя. – Маркус прошел туда, где Мэтью удерживал Болдуина. – Ты остаешься рыцарем? Или на старости лет поддался трусости?

Болдуин побагровел, и отнюдь не из-за нехватки кислорода.

– Осторожнее, Маркус! – предостерег Мэтью. – Рано или поздно мне придется его отпустить.

– Рыцарем, – прохрипел Болдуин, с ненавистью глядя на Маркуса.

– Тогда и веди себя как рыцарь, и относись к моему отцу с уважением, которого он заслуживает. – Маркус оглядел собравшихся. – Мэтью и Диана хотят создать собственный клан, и, когда они это сделают, Рыцари Лазаря их поддержат. Всякий, кто возражает, волен официально оспорить мое главенство. В противном случае вопрос обсуждаться не будет.

В церкви установилась абсолютная тишина.

На губах Мэтью появилась улыбка.

– Не спеши меня благодарить, – сказал Маркус. – Наше сражение с Конгрегацией пока не закончено.

– Занятие явно не из приятных, но вполне осуществимое, – сухо произнес Рассел. – Мэтью, отпусти Болдуина. Твой брат никогда не отличался проворством. Слева от тебя стоит Оливер. У него давно руки чешутся проучить Болдуина. С тех самых пор, как тот разбил сердце его дочери.

Кое-то из гостей усмехнулся. Ветер мнений изменил направление и задул в нашу сторону.

Мэтью неторопливо откликнулся на предложение Рассела. Правда, от брата не отошел ни на шаг и защитить меня не пытался. Болдуин еще несколько секунд провел на коленях, затем встал. И в то же мгновение Мэтью сам опустился на колени.

– Сир, я всецело тебе доверяю, – сказал Мэтью, склоняя голову. – И в ответ прошу твоего доверия. Ни я, ни мой клан никогда не опозорят семью де Клермон.

– Мэтью, ты же знаешь. Я не могу, – ответил Болдуин. – Вампир, страдающий бешенством крови, не способен владеть собой. Или способен лишь отчасти.

Глаза Болдуина скользнули по Джеку, однако сейчас он думал о Бенжамене и Мэтью.

– А если найдется вампир, способный на это? – спросила я.

– Диана, сейчас не время для прекраснодушных мечтаний. Насколько я знаю, вы с Мэтью до сих пор надеетесь на лекарство, но…

– Филипп клятвенно признал меня своей дочерью. И если я, как его дочь, дам тебе слово, что все потомство Мэтью, страдающее бешенством крови, будет поставлено под контроль, ты признаешь моего мужа главой нового клана?

Я находилась в нескольких дюймах от Болдуина. Магическая сила во мне напряженно гудела. Судя по любопытным взглядам собравшихся, я чувствовала, что лишилась маскирующего заклинания. Оно попросту сгорело.

– Ты не можешь этого обещать, – заявил Болдуин.

– Диана, не надо… – начал было Мэтью, но мой взгляд заставил его умолкнуть.

– Могу и обещаю. Нам незачем ждать, пока наука найдет решение. Магическое решение уже существует. Если кого-то из клана Мэтью бешенство крови подтолкнет к опасным действиям, я мигом наложу на такого вампира заклятие, – пообещала я. – Ты согласен?

Мэтью был явно шокирован моими словами. Я это видела по его глазам. Еще бы! В прошлом году я твердо держалась убеждения, что наука выше магии.

– Нет, – качая головой, отрезал Болдуин. – Твоего слова недостаточно. Тебе придется это доказать, а нам – подождать и убедиться, действительно ли твоя ведьмина магия столь эффективна.