Ритуал - Тайга Ри

Старик ждал меня в каморке, шкатулка из лаборатории стояла на столе, рядом с большим подносом, на котором исходил паром пузатый чайничек, и стояла тарелка со свежайшими, и, судя по запаху ещё теплыми пирожками, аккуратно прикрытая сверху белоснежной салфеткой.

Ох, Нэнс.

Я кивнула, развязала завязки плаща, сбрасывая мех на ближайший стул, и начала методично стягивать с пальцев кольца. Одно за другим.

Старик молчал всё время – и пока я открывала ларцы, капля крови и импульс силы, и когда взбалтывала фиал на свету, чуть приоткрыв пробку – эликсир пах так, как нужно.

Только чуть дрогнули, затрепетали, расширившись ноздри старого аллари, когда узнаваемый резкий запах шлемника поплыл в воздухе, но он так ничего и не спросил.

Я натянула все артефакты, какие были – ровно девять колец для ментальной защиты. Против всей пятерки – не хватит, один на один – вполне, чтобы нельзя было применить ментальное воздействие, или использовать иллюзии.

– Где Ликас?

– Объезжает посты.

– Когда вернется – ко мне. И…, – я помедлила, подбирая слова, – … скоро появятся горцы. Я оставлю их за второй линией, но… мне не нужны проблемы между горцами и аллари. Вообще никаких проблем, – надавила я голосом.

Ясные глаза старика сверкнули явным неодобрением, но он кивнул.

Я защелкнула крышки ларцев, пошевелила пальцами, привыкая к новым кольцам, и сунула фиал с эликсиром во внутренний карман. Мерзкое ощущение не пропало, но теперь я чувствовала себя более уверенно. Этой дозы шлемника хватит, чтобы положить всех менталистов в доме.

– Мисси…, – тревожный взгляд аларийца скользнул по кольцам, проследил за тем, как флакон исчезает в складках формы, – нам нужно знать что-то ещё?

– Нет, – я выдохнула, расправила плечи, вздернула подбородок. Выдавила натянутую улыбку и ещё раз продумала маршрут.

Думай, Блау, думай.

Я пошарилась в карманах, и вытащила два золотых кругляша – на аверсе монеты широко раскинул крылья Феникс, полыхающим огнем. Символ императорской власти.

Сложила пальцы, и выплела простенькое плетение для связи – продержатся недолго, но мне хватит.

– Вот, – я передала одну монету Старику, сунув другую в карман. – На задний двор приедут маги – отдашь Ведущему пятерки, если потеплеет… значит…

– Мисси? – Старик бережно припрятал империал, и смотрел вопросительно.

– Если монета потеплеет, значит, на меня напали, – выдохнула я быстро. – Атаковать менталистов. По обвинению в измене.

– Мисси? Вы чегой удумали-то? – Старик заступил мне дорогу, загородив выход.

– Это на самый крайний случай. Что-то не так, – поделилась я с аларийцем искренне, – что-то плохое… я не уверена, что это менталисты… но что-то не так…

Но старый аллари не рассмеялся, как Тир. Не попросил доказательств, просто кивнул согласно седой головой в ответ. Большая теплая ладонь упала мне на плечо – пара неловких хлопков, и мне стало легче.

– Пришлю ребят, мисси, ежели что, будут в доме. И Мастер уже едет обратно…

Я кивнула, затянула завязки капюшона и отправилась в дом.

***

Слуга нервно подпрыгнул и чуть не выронил поднос – чайник угрожающе закачался, чашки зазвенели, но равновесие он удержал.

– Мисси! – выдохнул он и покосился на мою правую руку.

– Не нужно так торопиться и выпрыгивать из-за угла, – я схлопнула плетения и натужно улыбнулась.

– Господа в малой гостиной, – тихим шепотом поведал он и поклонился в сторону двери.

Я выдохнула, распрямила плечи, нащупала одной рукой флакон с эликсиром в кармане – это успокаивало, и вошла. От поиска блокираторов пришлось отказаться – мне не хватило времени спуститься вниз, Луций прислал сразу двух слуг с однозначным приказом – «В дом! Срочно!».

– Господа…, – в малой гостиной было тихо и очень тепло. Даже жарко после улицы – дрова ярко пылали в камине. Пятеро менталистов – Тиль, Бутч у окна, злющий Райдо, Сяо и… Каро, хмурый Наставник и брат, с непроницаемым выражением лица.

– Леди!

– Вайю.

– Леди Блау, наконец-то, – если бы у Высших можно было сцеживать яд, Райдо дал бы фору любому из скорпиксов.

– Прошу прощения за задержку, дороги замело…

Мне кивнули в ответ все, кроме Акса – тот демонстративно встал с кресла, бросил пиалу на чайный столик так, что она звякнула и завертелась по кругу.

– Жду внизу, – хлопнула дверь и брат, не глядя на меня вышел. Я выдохнула тихо – злится, до сих пор злится и не остыл.

– Наставник?

– Господа! – перебил меня Луций. – Прошу вас…, – жест в сторону выхода.

– У нас нет времени…, – встрял Райдо и тут же заткнулся – его крепко схватил Бутч и развернул к двери.

– Пять мгновений, – пророкотал Бутч и Луций кивнул в ответ.

Когда гостиная опустела, я плюхнулась в аксово кресло и потянулась за чайником – руки подрагивали – налила себе уже остывшего чая, и жадно выпила пиалу залпом. И потом выпила ещё одну.

– Наставник, мне кто-нибудь объяснит, что происходит? Все настолько нервные, что это передается даже слугам… я почти решила, что мы играем против менталистов...

Но Луций даже не улыбнулся.

– Какой приказ ты отдавала утром, Вайю?

– Приказ?

– Сиру Акселю на заднем дворе.

– В дом, – ответила я совершенно честно.

– И всё? – кустистые брови сдвинулись – Наставник смотрел серьезно и требовательно.

Да что случилось то?

– Да, – ответила я подумав. – Просто – в дом. Печать, – я потрогала большой кругляш под верхней формой, – потеплела. Я просто хотела, чтобы они не дрались.

– Никаких условий?

– Никаких, – я стукнула чашкой о стол – поставив пиалу. – Что происходит?

– Сир Аксель не может покинуть пределы дома, – пояснил Луций спокойно. – Приказы обычно отдают с определенными граничными условиями – например, по сроку действия.

Я быстро думала.

– В этом и была причина – Вестники? Я думала… я не собиралась… Акс должен был просто побыть в доме, пока мы не уедем, но я не собиралась запирать его здесь.

– Граничные условия, Вайю, – Луций утомленно прикрыл глаза. – Сила – это ответственность. Тебя ждали, чтобы снять приказ.

– Оу…, – я ошеломленно выдохнула и обреченно зажмурилась. Ждали. Значит, все менталисты в курсе, что я… что Акс… что печать… – У-у-у-у… , – Акс точно не простит такого унижения. Лучше бы на меня напали менталисты, вся пятерка разом.

– Акс очень злится?

– Я ожидал худшего, – дипломатично вывернулся Наставник.