Дюна - Фрэнк Герберт

Гурни Халлек убрал бинокль в футляр – он знал, что сигнал разведчика замечен. Хорошее местечко. Хребет – это все-таки защита. Конечно, здесь – глубокая Пустыня и засада маловероятна… И все-таки… Халлек приказал пролететь над хребтом и осмотреть его сверху. Распорядился, чтобы топтеры сопровождения барражировали вокруг выброса – не слишком высоко, чтобы сделать их менее заметными для харконненских детекторов.

Впрочем, он сомневался, что патрули забираются так далеко на юг. Здесь все еще были владения фрименов.

Гурни проверил вооружение (и в очередной раз ругнул судьбу, которая исключала здесь использование щитов: следовало всеми силами избегать того, что может привлечь червя). Потирая лиловый шрам от чернильника на скуле, он осматривал местность… пожалуй, безопаснее повести разведывательную партию через скалы. Проверка с высадкой – самый надежный вариант. Когда харконненские войска и фримены рады всякому случаю вцепиться друг другу в глотку, лишних предосторожностей не бывает…

Здесь-то его больше беспокоили фримены. Они были не прочь продать вам столько Пряности, сколько вы могли купить, но если вас угораздит попасть туда, где, по их мнению, вам было не место, – они становились настоящими дьяволами. А в последнее время проявляли и поистине дьявольскую хитрость.

Хитрость, коварство и ловкость этих туземцев в ведений войны в последнее время сильно беспокоили Халлека… Они проявляли такое искусство, с каким ему редко приходилось сталкиваться, а ведь его учили лучшие бойцы во Вселенной – и потом еще закаляли битвы, в которых выживали лишь лучшие из лучших.

Гурни окинул взглядом пустынный ландшафт. Откуда же это беспокойство? Может, его причина – виденный ими червь?.. Но то было по другую сторону хребта. В рубку просунулась голова: капитан фабрики, одноглазый старый пират с густой бородой, синими глазами и молочно-белыми зубами. Такая необычайная белизна зубов тоже была характерна для употреблявших Пряность.

– Кажется, месторождение богатое, – сообщил капитан. – Я сажаю грузолет?

– Да, у самого подножия хребта, – распорядился Халлек. – Я высажусь со своими людьми, а вы пойдете на гусеницах к выбросу. Мы должны осмотреть скалы…

– Ясно.

– В случае чего, – добавил Халлек, – спасайте фабрику. Мы всегда сможем воспользоваться топтерами.

– Слушаюсь, сэр, – козырнул капитан комбайна и скрылся в люке.

Гурни вновь оглядел горизонт. Приходилось считаться с возможностью того, что фримены поблизости и заметят нарушителей своих владений. Фримены с их суровостью и непредсказуемостью действительно серьезно беспокоили его. Но уж слишком хорошо вознаграждался риск. Отсутствие наблюдателей в воздухе и вынужденное радиомолчание тоже спокойствия не прибавляли.

Грузолет с краулером повернул, делая заход на посадку; гусеницы мягко коснулись песка у подножия хребта.

Гурни откинул прозрачный колпак, отстегнул привязные ремни. В тот миг, когда огромная машина остановилась, он уже выскочил наружу – захлопнул за собой крышку, перелез через гусеничный блок и сетчатое ограждение. За ним из носового люка спустились пять человек из его личной гвардии. Остальные кинулись отсоединять транспортные крепления. Оставив фабрику на песке, грузолет взмыл вверх и принялся кружить над ней на малой высоте.

В ту же минуту краулер рванулся вперед, к темному пятну меланжевого выброса на песке.

По крутой дуге спустился и сел рядом топтер, за ним другой, третий. Из них высыпал взвод бойцов Гурни, а машины тут же поднялись и зависли невысоко над песком.

Гурни потянулся – проверил, как слушаются мышцы затянутого в дистикомб тела. Фильтр-маску он не надел – она так и болталась сбоку; конечно, так придыхании терялась влага, зато ничто не заглушало голос. Вдруг понадобится отдать приказ, крикнуть… Он начал подниматься на скалы, осматривая местность и примечая все: скатанную ветром гальку, и гравийный песок под ногами, и запах Пряности в воздухе.

Вот где базу бы устроить на крайний случай, подумал он. Может, прямо сейчас спрятать тут кое-какие припасы?

Он глянул назад: его люди, следуя за ним, рассыпались в цепь. Хорошие бойцы и славные парни – даже те, новые, которых он не успел еще проверить в бою. Хорошие, да. Во всяком случае, им не надо все время объяснять, что делать. И конечно, ни над кем не дрогнет воздух, преломленный силовым полем. Среди них нет трусов, готовых навесить на себя щит даже в Пустыне и приманить червя, который отнял бы у них Пряность.

С высоты Гурни увидел в полукилометре от скал пятно выброса и краулер, подходящий к его границе. Он посмотрел на прикрывающие его топтеры и грузолет: все правильно, высота не слишком большая. Он кивнул сам себе и продолжил подъем.

И в этот миг хребет словно превратился в действующий вулкан.

Двенадцать огненных стрел, двенадцать ревущих огненных струй ударили снизу в топтеры и грузолет. Со стороны краулера донесся скрежет раздираемого металла. А на скалах вокруг неведомо откуда возникло множество воинов в капюшонах, и они уже вступили в бой.

Гурни успел подумать только: «Рогами Великой Матери клянусь! Ракеты! Они осмелились применить ракеты!»

А в следующий миг перед ним уже оказался пригнувшийся для броска человек в капюшоне и с крисом в руке. Еще двое стояли на скалах слева и справа. Гурни мог видеть только глаза противника – лицо закрыто капюшоном и лицевым клапаном бурнуса песочного цвета; но поза, то, как он изготовился к бою, выдавали опытного и хорошо обученного бойца. А глаза – сплошная синева. Глаза фримена из глубокой Пустыни.

Гурни, не отрывая взгляда от криса противника, потянулся к собственному ножу. Раз они отважились на ракеты – у них наверняка есть и другое оружие дальнего боя, стрелковое, например. Надо было быть осторожнее. Судя по звуку, по крайней мере часть его воздушного прикрытия сбита. А сзади слышалось тяжелое дыхание людей, звуки боя.

Глаза противника Гурни проследили движение руки бывшего приближенного герцога к ножу и вновь столкнулись с его взглядом.

– Оставь клинок в ножнах, Гурни Халлек, – велел фримен.

Гурни замер. Даже приглушенный маской, голос казался странно знакомым.

– Ты знаешь мое имя?!

– Со мной тебе нож не нужен, Гурни, – продолжал фримен. Он выпрямился и вернул свой крис в спрятанные под бурнусом ножны. – Прикажи своим людям прекратить бессмысленное сопротивление.

С этими словами фримен отбросил назад капюшон и отстегнул лицевой клапан.

Гурни взглянул на лицо противника – и окаменел. В первый момент ему показалось, что перед ним стоит призрак герцога Лето. Чтобы понять наконец, кто же это, ему потребовалось некоторое время.

– Пауль… – прошептал он, потом повторил уже громче: – Это в самом деле Пауль?

– Не веришь своим глазам? – усмехнулся Пауль.

– Но ведь говорили, что вы… что ты погиб! – выдохнул Гурни, делая шаг вперед.