Отбор против любви - Александр Верт

Полудемон отрицательно покачал головой и быстро вышел из комнаты, чтобы уже в коридоре открыть алые глаза, сделать вдох и загнать демоническую суть туда, где ей самое место, – глубоко внутрь.

Он возвращался в комнату, шел к окну и ждал.

– Я понимаю – это глупая затея, – со вздохом сказал Ран, придя следом, – но кто ж знал, что мое лицо вообще кому-то известно, как и имя. Я, вроде, личность не прославленная.

Полудемон посмотрел на него, щурясь так, словно хотел ударить. Маг лишь развел руками.

– Это смешно. Я собираюсь испортить репутацию себе, а злишься ты, – сказал он с усмешкой, присаживаясь на край стола.

– Ты? Или он? – вдруг строго спросил Гарпий.

Ему не нравилась эта внезапная помощь первого кандидата, такого догадливого и умного, а его идея и вовсе выводила полудемона из себя.

– Ребята! – внезапно воскликнул Лир, ворвавшись в комнату.

Гарпий тут же отвернулся, а маг просто рассмеялся.

– Лир, ты обещал больше не врываться без стука, – напомнил он добродушно.

Молодой человек тут же стыдливо опустил глаза.

– Простите, я думал вас надо спасать, пока вы совсем не рассорились. Бегал искал вас, а потом слышу голоса. У вас все хорошо?

Он так искренне беспокоился, что его брови выгибались волнами от подобного зрелища.

– Все нормально, Лир, – с трудом выдавил он. – Гар конечно дуется, что я от него такое скрывал, но он же мой старший брат, разве он может всерьез на меня злиться, правда, Гар?

Полудемон посмотрел на него, нахмурился и тут же отвернулся. Ему казалось, что защитник его госпожи просто сошел с ума, и теперь просто развлекается, пользуясь тем, что оказался средь участников отбора.

– А ты был в зале, когда все произошло? – спросил маг, наконец отсмеявшись.

– Да! Там были почти все. Только я не знаю, кто такой этот Реоран, или как его там?

Лир почесал затылок, неловко улыбаясь.

– Вот видишь, он знать не знал. Думаю, остальные тоже, – фыркнул Ран в сторону полудемона и тут же снова обратился к Лиру. – А кто это был? Ну тот, что на меня набросился? Не помню ничего примечательного о нем. Ты же рассказывал?

– Да, я про всех рассказывал, – махнул рукой Лир, словно это были сущие пустяки. – Это был Мил Дорас, уроженец столицы. Больше о нем ничего примечательного и не скажешь. Единственно, он, кажется, служит писарем при магической академии, просто он сам этого не говорил, но у него чернильница с их эмблемой стоит на столе. Если так, то не удивлюсь, если он притащил с собой кучу всяких свитков, талисманов и зачарованных предметов, но парень он неплохой, только мнительный немного.

– Или скрытный? – уточнил Ран.

– Нет, именно мнительный. Сначала присматривается, потом отвечает. Он в первый раз, когда я к нему подошел, заявил, что мы не знакомы, поэтому ничего мне не скажет, пришлось сначала знакомиться и ждать, но через пару часов он стал уже приветливее. Чудак.

– Кто бы говорил! – воскликнул Ран и тут же рассмеялся.

Лир тоже захихикал, понимая, что сам ничуть не лучше, но потом добавил:

– Вы, парни, тоже еще те странные типы, неудивительно, что у Мила на вас приступ паники развился. – Он покосился на Гарпия и добавил шепотом: – Особенно твой брат.

Лир рассчитывал, что это услышит только Рио, и едва не упал от ужаса, когда мужчина у окна резко обернулся. Молодому человеку показалось, что он видел пламя в глазах Гара, но тут же понял, что дело было не в нем.

Дверь в комнату без стука открылась. На пороге стоял роскошно одетый молодой мужчина, как две капли воды похожий на Рио, только он не улыбался, а хмурился, изучая всех в комнате.

– Все вон, кроме вот этого! – заявил он, указывая на Рио.

– Это что и есть тот самый страж Альберы? – спросил очень тихо Лир, явно не собираясь никуда уходить.

Ран не ответил, а только встал. Он тоже перестал улыбаться, но даже не хмуря брови он казался куда серьезнее и внушительнее своей копии.

– Зачем ты пришел? – спросил он, невольно рассматривая Маркуса в образе самого себя.

«Неужели именно так я и выглядел сто пятьдесят лет назад? – спросил он себя. – В черной форме демоноборца это выглядело еще страшнее».

Эта мысль тут же заставила его улыбнуться, превращаясь в добродушное создание.

– Надеюсь, ты решил повидаться, хотя странно, что только теперь.

– Мне доложили слуги, что ты посмел назвать меня отцом, – ответил на это поддельный страж Альберы, схватив собеседника за ворот рубашки, и прошипел ему в лицо: – Я хочу, чтобы ты немедленно убрался из этого дома.

– И не подумаю, – ответил Рио, не переставая улыбаться.

– Тогда я вышвырну тебя силой!

Он резко отшвырнул Рио в сторону.

– Произвол! – закричал Лир.

Он рванул из комнаты и стал звать на помощь, привлекая внимание остальных кандидатов, и без того слышавших шум.

– Ты уедешь сегодня же! – заявил стражник.

– Нет! – бессмысленно протестовал Ран, ожидая, когда сюда прибежит побольше народу.

– Зачем ты вообще сюда явился? – спросил у него разгневанный мужчина.

– Ну уж точно не ради тебя, папочка, – саркастично ответил Рио, видя в толпе Мила.

Для Маркуса эта фраза была сигналом. Он замахнулся, намереваясь ударить мага.

– Пустяки, если ты мне реально оставишь под глазом синяк, мне придется на завтра его магией пририсовывать, – смеялся маг, когда они продумывали это представление. – Так что бей всерьез, чтобы поверили.

Потому Маркус спокойно и замахнулся, но тут же вздрогнул, понимая, что его кулак ударил в чью-то ладонь.

Возникший словно из неоткуда Гар сжал его кулак так, что человек едва не вскрикнул от боли, с ужасом глядя в темные глаза последнего кандидата. Его пальцы сами выпустили Рио, который, вцепившись в плечо брата, испуганно шептал:

– Отпусти его, Гар. Отпусти его, слышишь. Прошу тебя, отпусти.

Полудемон все же послушался. Он отпустил кулак, но толкнул мужчину в грудь так, что тот просто вылетел из комнаты и едва не ударился о стену коридора.

– Уходи, – сказал Ран, испуганно глядя на свою копию. – Просто уходи. Не думаю, что господину Эдерью все это может понравиться.

Он захлопнул дверь и непонимающе посмотрел на Гарпия.

– Ты что творишь? Еще немного и ты размазал бы по стене боевого мага!

– Ты сам сказал, что я твой старший брат, – ответил полудемон и отвернулся, понимая, что поступил глупо.

Все произошло само собой. Жалкая пародия на Рана выводила его из себя, и хотелось действительно размазать этого первого по стене, но пришлось только вышвырнуть его из комнаты.