Проклятый старый дом, или Неожиданное наследство - Алекса Вулф

— Помолвлена.

Единственное, что пришло мне в голову, дабы отвадить от себя настроеную крайне решительно женщину. Та аж скривилась, словно съела половинку лимона. Однако, быстро взяла себя в руки и улыбнулась приторно-сладко.

— Так что ж ваш жених такую красавицу одну отпускает в такую даль? Не боится, что украдут?

— А чего ему бояться? — с удивлением вскинулась я. Ну правда, не выкрадет же меня с электрички эта ненормальная? Но, на всякий случай, решила забить последний гвоздь в крышку гроба ее матримониальных планов в отношении моей скромной персоны. — Он меня встретит на вокзале.

Тяжелый вздох со стороны вызвал у меня искреннюю улыбку. Женщина замкнулась в себе, очевидно, переваривая информацию. Я пожала плечами и вернулась к созерцанию мелькающих снежных пейзажей. В душе поднималось сладкое предчувствие, словно впереди меня ожидало какое-то чудо.

Благодаря звонку, сделанному накануне, на вокзале меня уже поджидал знакомый синенький грузовичок. Соскочив на перрон, с трудом скатила сначала розовый чемоданчик, а затем и его собрата, более крупного. Лоснящийся черным пухлый бок огромного для маленькой хрупкой меня чемодана с противным стуком соскочил со ступеньки вагона и шмякнулся о покрытую тонкой корочкой льда каменную твердь. Пока я пыталась управиться с двумя парами маленьких непослушных колесиков, ко мне подошел Жак.

— Морана, я тебя по розовому чемодану сразу в толпе заметил. Позволь, помогу!

Я не стала строить из себя феминистку, с радостью вручив здоровенному мужчине свою кладь.

— В этот раз надолго? — ловко удерживая за спиной два чемодана, спросил Жак, кивая через плечо на значительно увеличившийся с прошлого раза багаж.

— Да, — растеклась улыбкой. — До января!

Жак присвистнул, а в глазах его засияли добрые смешинки.

— Значит, на праздники в деревне остаешься! Ты это… если что, обращайся! С елочкой помогу, с дровами.

— Спасибо, — я легонько коснулась руки бородача в знак благодарности. У грузовичка он остановился. Утрамбовав за сиденьями мой багаж, он выудил сигарету из нагрудного кармана.

— Не против?

Я мотнула головой.

— Конечно нет, я пока сбегаю в… руки помою.

Смущенно улыбнувшись, оставила Жака у грузовичка. Дорога предстояла хоть и не долгая, но все же достаточно длинная для моего черезмерно наполненного чаем организма.

Когда я вернулась, Жак уже закончил курить и стоял, облокотившись на синюю дверцу машины вглядываясь вдаль.

— Ну что, в путь? — прервала его размышления.

— Запрыгивай, — улыбнулся мне мужчина, открывая грузовичок.

Ехали в это раз в приподнятом праздничном настроении. Старенькая магнитола выдавала ламповые звуки хитов прошлого века. Желные огни фар вырывали в сгущающихся сумерках снежную укатанную дорогу. Я погрузилась в музыку, прикрыв веки. Однако, долго ехать с закрытыми глазами не вышло. Из мягкой темноты меня выдернул бодрый голос Жака.

— Смотри, Морана. Снег пошел!

Я открыла глаза и уставилась в окно. Крупные хлопья кружились в свете фар, подобно снежным бабочкам. Падающий с небес белый пух пробудил в душе детский восторг. Широко улыбнувшись, заметила на бородатом лице такую же глупую улыбку.

— Это Лимфейн тебя встречает, Морана.

Однако, уже спустя десять минут мы уже не так откровенно радовались снегопаду. Из аккуратно кружащих снежинок, развлекающих нас в начале пути, снежный танец быстро превратился в плотную белую пургу.

— Кажется, Лимфейн не так уж и рад моему возвращению, — попробовала мрачно пошутить, повернувшись к Жаку. С лица мужчины слетела расслабленная маска, руки крепко удерживали руль, а глаза неотрывно следили за мутной белой пеленой впереди.

— Хорошо, что уже близко. Если б буря застала нас на вокзале, пришлось бы пережидать метель там.

Я молча кивнула. Порывы ветра остервенело били грузовичок в стальные бока, ощутимо раскачивая на ухабах. Я бы, может, испугалась, но видя, с какой твердой уверенностью мой спутник управляется с бушующей стихией, заткнула зарождающуюся тревогу куда подальше.

Однако, все обошлось. Мы доехали до деревни, правда из-за снежной пурги пришлось заметно сбавить скорость, и к дому бабушки мы приехали около одиннадцати.

— Может, останетесь у меня? А утром уже вернетесь домой. Постелю вам в зале, — открывая калитку, бросила через плечо. Жак выудил розовый чемоданчик и теперь боролся с застрявшим между сиденьями черным гигантом.

— Даже не знаю, Морана. Как-то недловко тебя напрягать, — сломив сопротивление упрямого чемодана, он установил багаж перед собой. Заглушив двигатель, закрыл грузовичок ключом.

— Вы, главное, своих предупредите, чтоб не волновались! А меня вы ничуть не стесните, — заскочив в домик, щелкнула включателем света. Лампочка на крыльце осветила поредевшую стопку поленьев.

— Добро, — выдал в конце концов Жак, закатывая мои чемоданы в дом. — Тогда займусь пока дровами и камином.

— Хорошо, а я попробую нам придумать горячий перекус, — повесив пальто на вешалку, нырнула в тапочки и направилась на кухню. Первым делом поставила на плиту чайник. Помыв руки, внимательно изучила свои запасы. В холодильнике лежал кусочек сыра, сливочное масло и яйца. На полке нашла больше половины пачки спагетти. Услышав тяжелые шаги в зале, выскочила к Жаку.

— Вы любите спагетти?

— Девочка моя, я все люблю, — улыбнулся мужчина, почесывая затылок. Я улыбнулась и весело ответила.

— Хорошо! Сегодня на ужин будут спагетти с сыром и вкусный чай!

Мужчина согласно кивнул, усаживаясь перед камином со спичками.