Стая - Дикон Шерола

— Еще двое… Череп и Перо, — ответил Дима.

— А что тебе в больнице сказали? — немедленно вставил свои пять копеек Игорь.

Дима пожал плечами:

— Да вроде ничего серьезного. Сказали, от нервов, но что-то слабо верится. По-моему, я слабо похож на трясущегося идиота.

— Когда они не знают, что сказать, то сразу списывают на нервы, — проворчал Иван. — Живот болит — нервы, башка болит — нервы, в штанах болит — видимо, тоже нервы.

— Получается, у «радужных» ты тоже перенервничал? — усомнился Олег, но тут же запнулся, заметив, как Дима меняется в лице

— «Радужных»? — Иван бросил на предводителя озадаченный взгляд.

— Подъезд, в котором мы отсиживались, был покрашен во все цвета радуги, — попытался выкрутиться Олег, вспомнив, что правда до сих пор не выплыла наружу. Благо поверили.

— А кто меня нашел неизвестно? — Дима поспешил перевести разговор на другую тему.

— Хорошо, что неизвестно. Как только станет известно, кранты ему, — фыркнул Олег. — Не завидую этому пацану. На него объявлена охота. Даже «лохам» сказали, что если они что-то узнают, то сразу будут приняты в нормальную тусовку.

— А Виктор? — Дима нахмурился, вспомнив урода, который тыкал ему в горло ножом.

— Ничего, — Койот отрицательно покачал головой, а затем внезапно поинтересовался на тему таблеток, что лежали на прикроватной тумбочке. Дима несколько смутился и, схватив упаковку, бросил ее на дно ящика.

— Я не буду это глотать. Для меня лучшее лекарство — это разбитые морды Виктора и его дружков. Сделаю все, чтобы отловить каждую паскуду поодиночке.

Олег криво усмехнулся:

— Главное, один никуда не лезь. Башку отобьют, и на этом твоя вендетта закончится.

Оставшийся день прошел в разбирательствах. Подростки пытались вычислить «крысу», а директриса была занята тем, что решала, как наказать виновников. Будь ее воля, всех участников вечеринки до красных полос высекли бы ремнем, но на столь радикальные меры она все-таки не решалась. В последнее время происходило все больше скандалов касательно обращения с несовершеннолетними в интернате, а Элеонора Владимировна была явно не готова расставаться со своей должностью. При правильном поведении это место оказывалось весьма хлебным благодаря спонсорам и государственным программам. Многое, что должно было попасть к бездомным детям, оседало в чужих карманах, квартирах или семьях, и Элеонора Владимировна как раз относилась к тем самым счастливчикам.

Чуть поспокойнее стало только после ужина. Директриса отправилась домой, и с ее уездом вновь начали собираться компании. Дима несколько нервничал, когда появился в коридоре второго этажа. Он изо всех сил пытался выглядеть спокойным, но мысль о том, что теперь все могут назначить его главным врагом, не выходила у него из головы.

Дима вздохнул с облегчением лишь тогда, когда к нему обратилась Милана. Они редко общались, но почему-то сегодня девушка захотела проявить хоть какое-то участие. Чуть позднее он понял почему.

— Ну как ты? — ласково спросила Милана и погладила его по плечу. Этот жест заставил парня смутиться, и он с трудом выдавил из себя что-то вроде «нормально».

Брюнетка чуть улыбнулась и добавила:

— Расскажи мне, что случилось?

— Да рассказывать особо нечего. Я почему-то вырубился. Пришел в себя в больнице.

— А ты не знаешь, кто нашел тебя? Ну, может, кто-то из младших? Или из старших?

— Не знаю, — Дима чуть насторожился. На миг ему показалось, что его судьба действительно тревожит девушку, но эта мысль была ошибочной.

— Жалко. Ладно, поправляйся, — с этими словами девушка улыбнулась и неспешно направилась к подругам. Алина и Ира немедленно набросились на нее с расспросами. Диму удивило лишь то, что рядом с Миланой не обнаружилось Кати, которая обычно тенью следовала за своей «королевой».

— Кстати, как там у Олега с Джокондой? — поинтересовался он, обратившись к Еноту.

— О, все отлично! — с загадочным видом произнес Игорь. Он как раз собирался усесться на подоконник, но в этот момент тот жалобно затрещал, отчего толстяк сильно покраснел и немедленно отказался от своей затеи. — Похоже, теперь наша Джоконда не такая невинная…

С этими словами парень весело хихикнул.

— Да ладно? — Дима с удивлением покосился на Игоря.

— Отвечаю! Миланка на нее так взъелась, что Джоконда от нее прячется. Утром я видел ее зареванной. Прикинь!

— А что Олег?

— Да Олегу она вообще до фонаря. Говорит, скучная, как пень. Вечно несет какую-то херню про художественную технику, мягкость карандашей и тому подобное. Он с ней, как Иван с Иркой, разок перепихнулся, и свободна.

— А Ирка тут причем? — не понял Дима.

— Ну как причем? Она трындит сейчас на каждом углу, что Пуля ее парень, а Иван вообще не помнит, когда успел залезть на нее.

— Единственное, на что он успел залезть, так это мордой на унитаз, когда блевал, — хохотнул Дима. — Я лично тащил его до кровати, где он моментально вырубился. Сомневаюсь, что Ирка смогла воскресить тот труп, что я оставил в спальне.

— Да ты гонишь? — Игорь заржал в голос, тем самым невольно привлекая к себе взгляды окружающих. — Пуля зашуганный весь, боится, как бы чудовище от него не залетело, а тут являешься ты, как ответ на его молитвы. Пойду расскажу ему.

Оставив Диму одного, Енот бросился с полученными новостями в спальню, где находились Иван и Рома. Сенатор тем временем приблизился к приоткрытому окну и выглянул на улицу. Он не сразу заметил сидящую в тени дерева девушку, но когда рассмотрел ее, то сразу понял, что сегодня дежурит Цербер. Только он позволил бы затравленной девчонке находиться на улице после девяти вечера, да еще и после недавнего скандала.

Быть может, удастся наладить с ним отношения, прикинувшись больным и убогим?

Сенатор быстро спустился по лестнице и, заметив сидящего за столом Михаила Юрьевича, медленно направился к нему. Сторож как раз расправлялся с очередным кроссвордом, когда заметил приближающегося к нему подростка. Он обратился к Диме первым, царапнув его строгим взглядом, однако голос мужчины прозвучал мягче, чем можно было ожидать вначале:

— Слышал, что тебя в больницу вчера увезли. Напился, что ли?

Дима чуть улыбнулся и отрицательно покачал головой.

— Я был бухой, но не настолько… Здравствуйте, Михаил Юрьевич.

— Ну а в чем тогда дело? — мужчина нахмурился, внимательно глядя на своего собеседника. Он все еще был зол на этого мальчишку, но тревога за его состояние все-таки пересилила гнев. От Димы это не укрылось, и он решил попробовать вернуть утерянное доверие. Даже если для этого пришлось бы солгать.

— Вроде нервы, — неуверенно произнес он и бросил быстрый взгляд на сторожа. — Но у меня уже было такое. Я вырубался так прежде. Кстати, именно поэтому мы опоздали в прошлый раз. Меня пытались привести в сознание.