Незавидная невеста - Оксана Гринберга

Нет, в тюрьму папу не посадили и на каторгу не отправили. Эти самые глупцы лишили его звания архимага, с позором исключив из Магической Гильдии и изгнав из столицы. Отцу пришлось уехать на север, а мама отправилась вместе с ним. Там родились мы с Олли, и, видят Боги, мы были счастливы в нашем маленьком домике в Вильме!..

— Я вас внимательно слушаю, — сказала я герцогу. — Смело говорите все, что у вас на душе!

Но вместо грязи он заявил:

— Ваш отец был гениальным магом и ученым, во многом опередившим свое время. Мне доводилось читать его книги. Особенно интересными показались работы по Магии Граней, и мне очень жаль, что я не застал то время, когда архимаг Дорсетт преподавал в Академии.

Услышав это, я растрогалась.

Но ненадолго. Ровно до момента, пока герцог не спросил, что на самом деле приключилось с моим багажом.

И мне снова пришлось скрестить пальцы, рассказывая — не вранье! — в какой страшный шторм мы попали по пути в столицу. И о пробоине — вранье! — из-за которой пришлось выкинуть за борт весь мой багаж, чтобы наш корабль не затонул.

Не говорить же ему, что моя кузина из зависти и по причине врожденной глупости испортила все мои платья, наказав Мадлен украсть деньги и украшения, а мы с дядей подписали договор, по которому я должна выставить Корнуэллов в столице в лучшем свете?!

Ведь на кону была жизнь моего брата!

— А ваша горничная, она тоже угодила в пробоину? — любезно поинтересовался герцог. — Или же ее выкинули за борт, как ненужный балласт?

Я вздохнула украдкой.

— Моя горничная, — сказала ему, — была настолько опечалена происходящим, что стоило нам сойти с корабля, как она тут же выразила желание отправиться в монастырь Святой Анны, чтобы обрести покой в своей душе. И я дала на это свое согласие. Кто я такая, чтобы стоять между ней и Богами?!

— А вы, леди Корнуэлл, все-таки решили поехать на отбор, потому что покой вашей души нарушен увлеченностью моим кузеном? Не зря же в каждой комнате вашего дома висит по его портрету.

Похоже, герцог порядком забавлялся на мой счет, нисколько не поверив истории об утрате багажа и отправившейся в монастырь горничной, но я все равно выдавила из себя улыбку.

— Именно так, милорд! Вы совершенно правы, — заявила ему, хотя на миг мне захотелось…

Меня терзали два совершенно противоположных желания — одновременно хотелось его придушить и в то же время все ему рассказать. Но первое было неугодно Богам, а второе шло вразрез с нашим с дядей договором.

Потому что лорд Корнуэлл обязательно должен вернуться в столицу, а Олли получить лечение до своего совершеннолетия.

И я улыбнулась герцогу еще шире.

Впрочем, оставив меня в покое, Джеймс Стенвей не придумал ничего лучшего, как переключиться на своих племянников.

— Скажите мне, малолетние вредители, — заявил он принцам, — чем вам так сильно не угодил секретарь графа Маклахана? Бедный Густав, он уже боится собственной тени! Жаловался, что вы не даете ему прохода. Итак, признавайтесь, что же натворил несчастный, из-за чего он стал причиной вашего повышенного внимания?

— Мы думаем, он заговорщик! — торжественно возвестил Дэнни. — Потому что он тайком встречается с послами из Зарейна. Мы сами это видели!

— Ах вот как! — усмехнулся герцог. — А почему же вы не подумали, мои маленькие друзья, что бедный Густав встречается с послами из Зарейна вовсе не тайно, а по приказу графа Маклахана? Того самого, кто входит в Ближний Совет вашего брата… Еще вчера в столицу прибыла младшая дочь правителя Зарейна. Их вероисповедание и традиции во многом отличаются от наших, но мы хотим, чтобы каждая из избранниц вашего брата чувствовала здесь себя как дома. — И посмотрел на меня со значением. — Именно поэтому с послами Зарейна ведутся длительные переговоры. Что вы на это скажете, разбойники?!

Разбойники, насупившись, промолчали, а дядя продолжил их распекать:

— К тому же вы сбежали от своего гувернера третий раз за эту неделю и обвели вокруг пальца стражу. Гувернер в полнейшем отчаянии, и я боюсь, как бы бедняга не наложил на себя руки. Вашу охрану брат грозится уволить, потому что им больше нет никакого доверия. Вы о них-то подумали?

Близнецы вздохнули и переглянулись, но герцог не собирался останавливаться:

— И что это еще за одежда? Почему вы, принцы династии Стенвеев, выглядите как свинопасы?

— Как конюхи, — не удержалась я, потому что мне стало жаль расстроенных братьев. — Свинопасы выглядят немного по-другому.

— Мы хотели, чтобы нас никто не заметил, — признался Том. — Решили не выделяться из толпы.

— Оделись, чтобы походить на Братство Голодных, — добавил Дэнни. — Потому что они…

— Они — невидимки, — подхватил его брат. — Они могут появляться и исчезать без следа. Это Тайная Гильдия, у которой есть устав и кодекс чести, и они никогда не выдают своих другим. К тому же они могут выследить кого угодно и украсть что угодно. Даже у Высших Магов!..

Тут мы въехали на вымощенную крупной брусчаткой улицу, и у Тома принялись клацать зубы. Он замолчал, а его дядя насмешливо произнес:

— Братства Голодных не существует, уясните это раз и навсегда! Никакой Тайной Гильдии в Аронделе нет. Это миф, который давно уже бродит по столице и бередит слабые умы. Я же надеюсь, что ваши к таковым не относятся, поскольку вы — Стенвеи. Поэтому выкиньте подобные глупости из своей головы!

Тут карета наехала колесом на большой камень, нас порядком подкинуло, и я, картинно ахнув, завалилась на герцога. Но сразу же отстранилась, принявшись извиняться, на что он галантно спросил, все ли со мной в порядке, а затем намекнул, что стоит поправить шляпку, потому что та немного съехала набок.

Впрочем, могу и не поправлять, леди Корнуэлл прекрасна в любом виде.

— Братство Голодных существует! — насупившись, заявил герцогу Дэнни, но мне показалось, что мальчишки порядком расстроились после его слов. Настолько, что вот-вот заплачут, словно их великолепный и уверенный в себе дядя собирался украсть у них детскую мечту.

— Милорд, мне кажется, вы кое-что обронили, — сказала я Джеймсу Стенвею, а затем протянула ему золотые часы в форме луковицы.

Задержалась на миг на них взглядом, успев разглядеть дарственную надпись на крышке: «От Бэсси», но тут же отвела глаза. Не мое это дело!

— Обронил? — удивился он совершенно искренне. — Интересно, когда только успел?

— Карета на что-то наехала, — пояснила я. — Наверное, выпали из вашего кармана.

У него не было карманов. Это я поняла, когда пыталась стащить те самые часы, которые обнаружила во внутреннем отделении его камзола.

— Надо же! — отозвался он, а затем, как и близнецы, уставился на меня во все глаза.

Но я лишь пожала плечами, затем с независимым видом стала перевязывать шляпку.