Нужная работа - Михаил Бабкин

— Что, есть и «далее»? — не утерпел Марвин. — Куда уж больше!

— Далее — это означает продолжение инструктажа, — невозмутимо сказал шеф. — Хотя есть и «куда больше», ты прав. Но всему свое время. Насчет спятившего видящего: если бы он находился в особняке, я бы об этом знал. Точно так же как я знаю о проскочивших ловушку предметах, на то имеется специальная сигнализация. Которая сообщает мне, лично, о нештатных ситуациях. А дальше я принимаю решение, что делать. И кто, хе-хе, виноват.

— Сигнализация, конечно, — кивнул Марвин. — Но все же, как быть со свихнувшимся видящим?

— А никак. — Шеф посмотрел на собеседника долгим, ничего не выражающим взглядом; Марвину внезапно стало неуютно. — Надеюсь, этого достаточно?

— Достаточно, — неохотно согласился Марвин. — Тогда я пойду, ладно? Тетрадь почитаю, опять же с браслетом поработаю. Как вы рекомендовали — творчески, с инициативой.

— Слишком не увлекайся, — буркнул шеф, — мне вовсе не нужно повторение истории с твоим предшественником. И еще. — Он поднял ладонь, останавливая собравшегося встать Марвина. — Запомни, в вашем рабочем тандеме ты — старший. Не позволяй Далию собой манипулировать, он у нас отъявленный бездельник, любую работу сведет к пустым развлечениям. Грот хрустального фонтана, радужная дрожка, приют эха, бриллиантовый дождь и прочее — это, конечно, славно, но только не во вред делу. Ни в коем разе.

— Да мы вроде бы не очень… — пробормотал Марвин, лихорадочно соображая, где и как они могли проколоться. Неужели сработала окаянная сигнализация? Черт побери, никакой личной жизни.

— Сигнализация здесь ни при чем, — едва заметно улыбнулся шеф, с удовольствием глядя на нервничающего подчиненного.

— У меня что, на лбу написано? — поинтересовался Марвин. — Или вы из этих, из прирожденных фокусников-телепатов? Которые мысли на расстоянии читают.

— Я давно живу в особняке. — Шеф снял пенсне, протер платком стеклышки. — Слишком давно. Мне ли не знать места развлечений! Пусть не все, но основные. Куда и сам когда-то хаживал. Когда был на нижних ступенях посвящения.

— Кстати, — встрепенулся Марвин, — а сколько их всего, ступеней-то? Я без подвоха, только чтобы знать. — Он осекся, решив, что зашел с расспросами слишком далеко.

Однако шеф не рассердился, даже напротив, добродушно рассмеялся, чем окончательно смутил Марвина.

— Не переживай. — Он сунул пенсне в нагрудный карман. — Ты сейчас напомнил мне меня самого, такого же молодого, энергичного. Такого же неопытного. С точно таким же вопросом к предыдущему главе обители… Короче, по официальному реестру существует семь ступеней. Есть к чему стремиться, не правда ли?

— А вы на какой? — полюбопытствовал Марвин. Ляпнул не подумав, хотя ответ был очевиден, напрашивался сам собой. Действительно, разве могли быть варианты?

— На шестой, — помолчав, сухо ответил шеф. — И закроем тему. После обеда пришлешь ко мне Далия, я дам адреса участков, которые надо проверить. Подозреваю, там находится какой-то миновавший ловушку артефакт, был вчера сигнал. Заодно получит необходимое для транспортировки техническое снаряжение. — Он с сосредоточенным видом принялся набивать трубку, давая знать об окончании беседы.

Марвин, забыв от растерянности попрощаться, вышел из кабинета. Ситуация становилась все более любопытной и непонятной, было над чем поломать голову.

Во-первых, исчезнувший видящий. Почему он сошел с ума, из-за чего? И куда подевался, если шеф настаивает на том, что его в особняке нет? Если, предположим, видящий умер или погиб, тогда должно остаться тело. О котором шеф обязательно бы знал, сигнализация сообщила бы. Но, похоже, тела нет.

Вполне возможно, что видящий обезумел из-за браслета — тогда Марвину и впредь надо быть осторожным с этим непростым артефактом!

Он нащупал в кармане браслет, однако надевать не стал, не было необходимости. Прикосновение к костяшкам натолкнуло Марвина на неожиданную идею: а вдруг видящий от долгого ношения браслета приобрел его колдовские свойства? Пусть немного, чуть-чуть, но достаточно, чтобы уйти без артефакта в неконтролируемую часть особняка… А то и вовсе из него выйти, потому-то сигнализация до сих пор не может обнаружить исчезнувшего безумца. Или его тело.

Во-вторых, семь карьерных ступеней «Обители черного дракона», где шеф-негор на шестой, вовсе не главной. Но кто же тогда находится на верхней, кто руководит всеми, включая шефа? И какие у этого неизвестного полномочия? Тут у Марвина не было предположений, слишком мало информации, практически никакой. Гадать попусту он не любил, потому задвинул трудный вопрос в дальний закоулок сознания: когда появятся нужные сведения, тогда к нему и вернется.

Марвин прошел через зал собраний, хотел было зайти в буфет, но передумал, решив, что там не самое лучшее место для ознакомления с тетрадью. Он свернул в коридор, ведущий к его номеру — соседнему с номером Далия.

Далий предложил Марвину жить совместно, мол, вдвоем веселее, однако тот удрал из роскошных комнат напарника уже на четвертый день. Терпеть Далия в больших дозах было невозможно, слишком он был кипучим и изобретательным, особенно насчет развлечений. Мог разбудить среди ночи для того, чтобы немедленно, срочно прогуляться куда-нибудь, хоть на радужную дрожку, хоть в зал ледяных сюрпризов. Марвин понимал, что Далию отчаянно скучно в особняке, но ничем ему помочь не мог; в конце концов, у Марвина был свой взгляд на жизнь и несколько иной, чем у напарника, темперамент. Да и по ночам он привык спать, а не бродить в состоянии заторможенного зомби по неинтересным ему местам: бывшая суетная работа приучила Марвина ценить время отдыха.

Потому после очередного подъема в неурочный час Марвин послал Далия куда подальше, забрал свои вещи и, полусонный, ввалился в соседний номер. Насколько запомнилось Марвину, там было пусто и гулко, как в новостройке, никакой мебели, только широкая кровать с голым пружинным матрасом и подушкой-валиком. Что ничуть не расстроило засыпающего на ходу постояльца: Марвин рухнул на кровать в обнимку с ворохом одежды. А утром обнаружил себя на свежей простыне, укрытым мягким пледом. Однако это было не все — сам номер преобразился, став не безликой коробкой, а вполне обжитым помещением. Причем во вкусе Марвина: если бы он когда-нибудь купил себе жилье и оформил его по собственному усмотрению, то оно выглядело бы именно так. Или почти так.

В отличие от роскошных апартаментов Далия номер выглядел чересчур старомодно и аскетически, но, как ни странно, очень уютно — для Марвина, разумеется. Две комнаты, гостиная и спальня, уставленные старинной мебелью с множеством всяких антресолей-полочек-ящичков; тканые гобелены, напольные часы с боем, потолочные лампы с матерчатыми абажурами. И конечно же ванная комната, просторная, но без эстетских излишеств.

Стоит ли говорить, что разбросанная одежда Марвина уже висела в шкафу, чистая, выглаженная. Вместе с другими невесть откуда взявшимися носильными вещами — новыми, с иголочки.

Обходя изменившийся номер, знакомясь с обстановкой и изучая лежащее в шкафах, Марвин неожиданно почувствовал, что он — дома. И что ему совсем не хочется переезжать отсюда в какое-либо другое место, будь оно хоть в десять раз шикарнее жилища Далия. Ведь дело вовсе не в роскоши, а в том, насколько они гармонируют, дом и его владелец.