Рассвет нового мира - Ярослав Коваль

Мониль

Последние дни заседания в Курии совершенно вымотали меня. Ничего удивительного, ведь раньше мне в основном оставалось только слушать, мотать на ус, самое большее — задавать вопросы и получать исчерпывающие ответы. Я был кем-то вроде студента-стажёра, который набирается опыта, глядя на старших товарищей, и не отсвечивает, не мешает им делать серьёзные дела.

Но на этот раз именно мне пришлось выступать на арене добрую половину всего времени, и внимания-то моей особе и моим словам было уделено значительно больше половины. Что там какой-то Хастарет? Привычная провинция, малоинтересная и маловажная, уже более или менее обжитая. Земля или Терра, как её теперь именовали местные, вызывала больше любопытства и больше ожиданий. Я угадывал подспудное стремление примериться — а вдруг не удастся исправить магическую систему Мониля, так не получится ли по-тихому перекочевать в новый, потихоньку промагичивающийся мир, разумеется, предварительно введя там свои законы и свои порядки?

Не выйдет, господа, — насколько это, конечно, будет зависеть от меня. Если придёте, то как гости, на наших условиях. А лучше б вовсе не приходили.

Завтракая в своём кабинете, на верхнем этаже особняка в Арранархе, я уже рефлекторно прислушивался, не подали ли экипаж. Меня ждала провинция Корундовых озёр, место, знаменитое своими крупными производствами. Оттуда в города Мониля поступало множество товаров, без которых местные уже не мыслили жизни. Я вполне понимаю их. Привычка к комфорту — страшное дело. Мне самому не хотелось бы внезапно из благоустроенного дома перебраться в землянку без электричества и водопровода. И канализации.

В общем, если сейчас разладится магическая система, обеспечивающая весь этот праздник жизни, производство встанет. И запустить его потом будет очень и очень непросто. Новые линии энергии потребуют новых принципов её обработки, а это, считай, всё производство с нуля перестраивать. Так что, предвидя эту перспективу, маги-инженеры заранее выли от тоски и ужаса. На меня они смотрели чуть ли не как на бога, должно быть, в надежде, что я придумаю какой-нибудь выход, и удастся что-то переделать тут, а что-то вон там, и этим ограничиться.

Конечно, верили едва-едва, но надеялись. Надежда — штука такая. Неотвязная.

А пока, конечно, потихоньку сокращали производство — чтоб проще было сворачивать, если не повезёт, и чтоб энергии меньше потребляло.

— Господин, экипаж подъезжает, — сообщила Нелевер. — Ваш плащ. Ваша сумка.

— Ты мне положила запасную рубашку?

— Разумеется, господин. И всё остальное тоже.

— Я буду отсутствовать самое меньшее пару дней, так что можешь съездить на денёк к дочери.

— Спасибо, господин.

— Возьми. — Я вручил ей кошелёк с монетами. — И передай Йорвоэту, что он тоже может взять выходной, если пожелает.

— Благодарю.

Этот экипаж, который подали для меня, предлагал просто-таки верх комфорта и нёсся намного быстрее, чем мог бы ехать дилижанс. К тому же Нуамере пообещала мне «зелёный свет» на своих транспортных линиях, так что до Корундовых озёр доберусь быстро. Эту поездку я снова использовал для отдыха — можно было откинуться на подушки, почитать книжку, подремать… Обдумать всё услышанное на заседании Курии.

То, что монильцы явно готовы запустить зубок в мою родину, можно понять. Обидно, что обо всех моих усилиях по отстаиванию нашей независимости никто на родине не узнает, а узнает, так и внимания не обратит. Воспримет как должное. Обидно.

— Чего молчишь-то? — не выдержав, осведомился я у айн.

— То недоволен, когда я влезаю, сейчас недоволен, что молчу.

— Если молчишь, у этого есть какие-то причины. Хотел бы их знать.

— Всё тебе хочется знать.