Братство Света - Рональд Колд

Мертвая Балка все еще сопротивлялась. Таинственный враг был внутри, но рог командира гарнизона созывал силы форта для отпора.

Друзья переглянулись.

— Разумеется, староста велел бы выждать, чем кончится бой, — задумчиво сказал Вагр, теребя кончик черной бороды и хитровато поглядывая на приятеля, — и не соваться в пекло.

— Но он в ответе за все селение, — вторил ему Аграв, похожим движением лохматя рыжий чуб.

— А у нас с лемутами Мертвой Балки свои счеты! — резюмировал Вагр. Лицо его из лукавого сделалось слегка бледным. Аграв прекрасно знал — с таким выражением на физиономии друг добивает на охоте раненых зверей. Бледные щеки и пустые глаза. Рыжий хмыкнул и похлопал друга по плечу:

— Давненько мы ждали с тобой возможность накрутить собакам Нечистого хвосты!

Практически одновременно они повернулись спиной ко входу, и двинулись внутрь.

Растревоженные грифы весьма неохотно уступали место наглым пришельцам. Аграв никогда не встречал трупоедов в таком количестве, Вагр же остался к их наличию совершенно равнодушен. Еще в детстве видел он пиры падальщиков в местах, где валялись мертвые лемуты. Обычное зверье сторонилось мутантов не только в живом виде. Лишь суровая зима и лютый голод могли заставить волка или хищника кошачьей породы тронуть мертвого слугу Нечистого. А вот грифы с особым наслаждением поедали дурно пахнущие тела, деля это сомнительное право со степными крысами и другими мелкими санитарами, которым не под силу бороться за более «достойные» останки.

— Как думаешь, Рыжий, кто их так? — Вагр указал на очередной изрубленный труп солдата Мертвой Балки, попавшийся им на глаза.

— Раз не колонисты, значит — северяне, — Аграв пожал плечами. Его познания ограничивались знанием трех десятков деревень, раскинутых между Лантическим Океаном и Морем. Его друг с сомнением покачал головой.

— Нет такой силы, что смогла бы сюда дотянуться. Юг континента — вотчина Нечистого, это всякий знает.

— А мы? — Голос Аграва стал сварливым. Его уши больно резануло пренебрежительное «всякий знает». Давно Вагр не давал ему повода вспомнить, что кое кто — выходец из цивилизованных мест, а кое-кто — лесной дикарь.

— А что — мы! Наши славные флоридские колонисты легли под Нечистого, как только была построена первая башня Мертвой Балки. Еще раз говорю тебе — ни в королевствах на побережье Лантика, ни вокруг Внутреннего Моря нет таких наглецов, кто отважился бы нанести удар Нечистому на юге.

— Ну… Есть, наверное, свободные люди и к северу от Внутреннего Моря, — протянул Аграв. — В конце концов, какая нам разница. Скоро сами все узнаем. Хватит болтать, а то нарвемся на живых лемутов, останемся без рук-ног.

Они замолчали, внимательно оглядываясь вокруг.

Звуки схватки становились все явственнее по мере того, как они углублялись в недра логова мастера С’Муги. Громоздящиеся вокруг строения вызывали в душе чувство отторжения своими формами, размерами, задумкой и исполнением.

Строения Нечистого не предназначались для людского глаза. Ни окон, ни осмысленного для человека плана. Приземистые здания могли показаться творениями сумасшедшего геометра: не имеющие окон и дверей кубы, пирамиды и прямоугольники высились вокруг, образуя между собой целый лабиринт темных тоннелей-улиц.

Лемуты — основные обитатели форта, пользовались приставными лестницами и висячими мостами, перекинутыми между отдельными строениями и стенами крепости. Узкие темные лазы лабиринта, впрочем, они также посещали, в чем лесорубы немедленно и убедились, нырнув туда. Шкура мутантов от постоянного соприкосновения с деревянными стенами проходов оставила на них неизгладимый след. То там, то здесь торчали из бревен клочья рыжей и серой шерсти, а воняло в лабиринте так, что площадка, заполненная грифами, могла показаться теперь продуваемой всеми ветрами вершиной приморского холма.

Прямо на плечо Вагра прицельно нагадил трупоед, с интересом следивший за их перемещениями.

— Мерзость какая!

Пока мужчина ругался и стирал клоком рукава рубашки помет, Аграв приостановился и замер. В следующую секунду он заткнул рукой рот своему товарищу и увлек его к стене. Вагр недоуменно уставился на него и стал было вырываться, но вскоре и он услышал приближающийся топот.

В глазах обоих колонистов читался немой вопрос: кто приближается к ним, враг врагов, или просто враг? Раздавшийся из-за поворота характерный крысиный писк рассеял загадку.

— Атакуем? — одними губами спросил Аграв.

— Разумеется, — так же ответил Вагр, и лицо его вновь побелело.

Когда топот надвинулся, лесорубы с криками отделились от стены, и загородили проход.

Прямо на них неслись три или четыре крысомордых лемута. Они удирали от какого-то грозного противника и все время оглядывались назад, так что первые удары друзей пришлись по отступающим мутантам, не встретив противодействия. Лишь споткнувшись о трупы бегущих первыми, последние Люди-Крысы поняли, что оказались в ловушке. Но поздно: сабли со свистом взрезали воздух, положив конец их мерзкому существованию, и лишь последний серый солдат Нечистого метнулся по проходу назад. За поворотом раздался его предсмертный писк и звук удара. Замершие на месте друзья услышали сквозь вопли грифов и шум отдаленной схватки быстро удаляющиеся шаги.

— Это как понимать? — спросил было Аграв, но в это время над их головами мелькнул красный силуэт.

— К стене! — предостерегающей воскликнул Вагр, но нападения не последовало. Лемут поскакал дальше, явно от кого-то улепетывая. Затем еще одна фигура перемахнула с одного строения на другое, спеша к воротам. Вагр, охваченный желанием убивать, с яростным криком ухватился за болтающийся конец перерубленной кем-то веревочной лестницы и полез вверх. Аграв остался внизу, ударом ножа добив начавшего шевелиться раненого мутанта. Подняв голову, он спросил:

— Как там?

— Поздно, сбежали, — донесся разочарованный ответ Вагра.

Наверху Бородач убедился, что форт действительно строил безумный архитектор. Дикие строения имели совершенно разную высоту, а что касается крыш, то кое где их просто не было, местами они оказались покатыми, справа от него циклопическое строение, напоминающее стакан, имело вогнутую кровлю с дырой посередине. В эту дыру как раз и съезжали на мохнатых задах Ревуны. Поднятые в воздух поспешно ретировавшимися грифы летали вокруг, истошно голося и роняя оперение. Все это мешало обзору. Вагр огляделся и уяснил, что схватка идет где-то возле внутренних причалов.

— Эй, Борода, на помощь! — донесся с «улицы» истошный вопль Аграва.

Глянув вниз, лесоруб обнаружил своего рыжего друга в компании с громадным Волосатым Ревуном, который теснил человека, уставив перед собой дубину, усаженную осколками черного вулканического стекла. Сабля в руках Аграва оказалась значительно короче варварского орудия, чем лемут и пользовался.

— Иду!