Витязь. Замок людоеда - Степан Кулик

Уповая на милость провидения, везение, жердь и то, что на чистых (залитых водой) участках взболтанная моими похождениями болотная муть еще не успела осесть, я все же сунулся обратно в топь.

Не знаю, что именно из перечисленного помогло больше, но оступившись всего лишь один раз, да и то неопасно, я сумел добраться до промежуточного островка.

Митрофан честно сидел на месте, ждал моего возвращения и караулил плот.

— Здорово, отрок. Вот и я… Не заскучал?

— Нет… — честно ответил тот. — Сперва помолился за души убиенных разбойников. Потом просил Господа даровать нам прощение и удачу. Тут и вы возвратились, ваша милость. Торопились, наверное?

Согласен, за столь важным и интересным занятием время для монашка пролетело гораздо незаметнее, чем для меня.

— А то. Я ж подумал, что ты можешь не дождаться меня и в одиночку понести свет истины в чертоги злого поганина.

Митрофан возмущенно вытаращился, а потом неуверенно улыбнулся:

— Все шутите…

— Никаких шуток, совершенно серьезно. Пошли, отрок. Будем сеять разумное, вечное и доброе. А кто воспротивится, пущай на себя и пеняет. Ибо сказано: кто к нам с мечом придет, тот в орало и получит.

Странное дело. Считая по любому летоисчислению, хоть от сотворения мира, хоть от Рождества Христова, я моложе Митрофана на многие сотни лет. Беря по модулю, то есть считая реальные биологические годы — мы с ним примерно ровесники. А чувствую я себя рядом с монашком, как отмеченный сединой ветеран рядом с желторотым новобранцем. Вот что значит образование. Нет, не зря в свое время Владимир Ильич не уставал повторять пролетариям и крестьянам: «Учитесь, учитесь и еще раз учитесь! Если не хотите всю жизнь в навозе ковыряться, или в чернорабочих числиться…» Потому что интеллект — это сила. Особенно если под руками нет ничего другого. Даже пращи, как у царя Давида.

— Вот только куда идти-то, если кроме тумана не видать ни зги? Придется ждать, пока разойдется.

— Как скажете, ваша милость. Но если вы все же по-прежнему торопитесь… — улыбнулся паренек, довольный, что сумел отплатить моей же монетой. — Гляньте вон там… — указал на дальний край парома. — К плоту какая-то веревка привязана.

— Правда, что ли?

Я осторожно ступил на настил. Доски скрипнули, «болотоход» просел чуть глубже, но в целом плавсредство не возражало против моей массы. Судя по площади, его как минимум человек на пять рассчитывали. В доспехе. Так что даже если меня за четверых считать, то и тогда нас с Митрофаном выдержит. Впрочем, в этом уравнении весом монашка можно пренебречь.

Присел, пошарил по торцам бревен и нащупал забитое в одно из них железное кольцо, к которому был привязан крепкий канат.

— Молодец, — похвалил хлопца за наблюдательность. — Видишь, а ты еще сомневался, кто из нас двоих умный. А что гласит народная мудрость?

Митрофан заинтересованно уставился на меня.

— А народная мудрость гласит, что если у веревки есть один конец, то и второй тоже быть обязан!

Парень хмыкнул и рассмеялся. Весело. Впервые с момента нашей встречи. Я даже вздохнул с облегчением. Честно говоря, опасался, что после всего пережитого, а в частности — зрелища отрубленных рук, и без того повернутая на религии психика парня не выдержит, и он свихнется. Но теперь можно не опасаться. Смеется — значит, будет жить.

— Ну вы, ваша милость, и скажете. Это ж каждому понятно, что веревка о двух концах.

— Да? — я притворно почесал затылок. — Тогда, может, подскажешь: где он? Второй?

— Дык, наверняка к пристани привязан… А иначе на кой ляд он бы сдался? Думаю, это на тот случай, если обмен произойдет не так, как хотелось, и обратно плот пригнать будет некому.

Разумно и предусмотрительно.

Как ни крути, а разбойничьи ватаги не самые надежные деловые партнеры. Вполне способны и товар себе оставить, и плату взять. Зачем? Ну, если всех, кто на островок приплывет перебить, то потом можно сделать вид, что сами они ни при чем. И вообще — это банда Сеньки Карзубого шалила. Но с них уже не спросишь, давеча всю его компанию княжьи люди перебили. А кто уцелел — тот на ветвях болтается. Так что, хозяин, накинуть бы немного… За риск.

Вот за эту предусмотрительность мы сейчас и потянем. В смысле я. В своем нынешнем теле я был бы чемпионом мира по перетягиванию каната. Только б выдержал, да с кнехта[14]не соскочил. А заодно хорошо бы не переполошить всех в замке своим прибытием.

В этом плане туман был нам на руку. Пока к пристани вплотную не подойдем, нас не разглядеть. С другой стороны, будь я хозяином замка или хотя бы комендантом, в такую погоду непременно усилил бы пост. Значит, как только мы покажемся, встречать нас будет несколько пар глаз. И очень повезет, если они будут глядеть на гостей не поверх арбалетного ложа.

Обошлось…

Когда я протащил паром метров на пятнадцать, мы оказались в чем-то сродни глазу тайфуна.[15]Сидящего сзади Митрофана я еще не видел, только угадывал смутный силуэт, отдаленно напоминающий снеговика, а впереди распахнулось чистое пространство. Не замутненное самой легкой дымкой. Как на залитую светом рампы сцену выскочил. Даже не по себе от столь резкого перехода сделалось. На мгновение ощутил себя голым и беззащитным посреди Красной площади…

— Ф-фу… — выдохнул шумно. — Так и заикой стать не долго.

— Что там? — поинтересовался монашек, но судя по удивленному возгласу, уже и сам понял.

Положим, чистая от тумана и болота водная гладь по площади уступала центру Москвы, но кое-что общее с Кремлем все же обнаружилось. А именно — строение из красного кирпича.

Таинственный Замок-на-Болоте больше всего напомнил мне старую водонапорную башню. Была в нашем районе такая. По недосмотру хозяйственников или происками ЮНЕСКО просуществовавшая до моих дней еще со времен доисторического материализма и советской власти. Небольшая такая башенка, в три этажа с мансардой. Да и по периметру — столб столбом. Аккурат одну комнатушку на каждом этаже втиснуть и круговую лестницу. В моем… Пардон, в замке Шварцрегена донжон и то намного солиднее будет.

Такой шедевр фортификационного зодчества действительно стоило надежно прятать. Будь башня в чистом поле или даже на холме, от нее давно б и камня на камне не осталось. А на болоте много не повоюешь. Штурмовать можно только в пешем строю, вернее с лодок. И любая лишняя тяжесть, вроде кольчуги или панциря, только обуза. Тевтонцы на льду Чудского озера в этом наглядно убедились.

А для стоящих на крыше лучников люди, сбившиеся плотной кучкой на плотах и в лодках, как учебная мишень в подарок начинающему стрелку.