Университет Ульгрейм. Лицо некроманта - Анастасия Левковская

Из телепортационной комнаты мы с Марком попали в коридор, который вывел нас в гостиную. Там нам встретился Майрон, один из лакеев. Ему-то мы и поручили перенести вещи в те комнаты, которые мы с другом обычно занимали, когда бывали в этом доме. Ну и заодно он поделился с нами ценной информацией, что леди Калвирфай сейчас как раз в мастерской. Так что мы поспешили туда.

Простая деревянная дверь, которая в детстве казалась мне входом в страну чудес, была приоткрыта, и из мастерской доносились веселые голоса.

Не поняла, ба что, действительно забыла?!

Я резко толкнула дверь и… замерла. Возмущенная!

Бабуля в той же одежде, в которой была у нас, только с большим беспорядком на голове, сидела на своем рабочем столе, подогнув под себя ноги, и неторопливо попивала вино из высокого бокала. А напротив нее на тумбе, в которой ба хранила запчасти, восседала ее расподружка и по совместительству бабушка Марка. Она звонко хохотала, покачивая точно таким же бокалом, но наполовину пустым.

— Слушай, Глори, кажется, мы не вовремя! — ехидно проговорил Марк.

— И не говори, — поддакнула я. — Совсем не вовремя. Пошли, что ли, отсюда?

Обе бабули сразу же повернулись в нашу сторону.

— А вы что тут делаете? — нахмурилась ба.

— Ничего себе, — от удивления я даже брови приподняла. — Ба, ты же сама сказала — в десять по столице быть у тебя.

Она растерянно моргнула, а затем повернулась к подруге и возмущенно воскликнула:

— Кайри, ты же сказала, что сейчас только девять!

— Девять, — подтвердила та, мельком глянув на наручные часы.

— Ничего подобного. — Я качнула головой. — Из Тирэны мы перенеслись ровно в два часа дня. А значит, сейчас десять.

— Хм… — леди Айверхел, которую я, как и Марк, называла бабушкой Кайри, нахмурилась, а затем еще раз глянула на часы. — Оу, а они стоят!

— Что, опять? — обреченно спросила бабуля и, спрыгнув со стола, протянула руку: — Давай сюда, несчастье… Сколько ты еще технику мне будешь ломать?

Бабушка Марка послушно сняла часы и пожала плечами:

— Ты же знаешь, Элла, я с этими вашими техноштучками не дружу.

Не дружу — это мягко сказано. Если есть в нашем мире кто-то, кто одним присутствием может ломать приборы, так это вдовствующая герцогиня Кайрина Айверхел, мастер-некромант первой степени и член Совета Содружества. Как при этом они с моей ба оставались закадычными подружками, я не понимала.

Впрочем, если не учитывать сложные отношения бабушки Марка с техникой, они с моей бабулей подходили друг другу идеально.

Леди Кайрина была старше ба на пять лет, но выглядела ровесницей. То есть тоже намного младше своего реального возраста. Невысокая, хрупкая брюнетка с белоснежной кожей и огромными голубыми глазами разбила не одно сердце, но долгие годы хранила верность супругу, которого очень любила. Дед Марка, к сожалению, погиб довольно рано — друга еще на свете не было. Стойкость и верность этой маленькой женщины всегда потрясали меня. Даже не знаю, сумела бы я так же…

С ба она, кстати, познакомилась на свадьбе моих родителей. И с тех пор эти двое просто не разлей вода. Вместе везде. Даже в Совет Содружества вошли вместе, как смеется бабуля: «А я с ней за компанию».

— Так, надо распорядиться, чтобы ваши вещи перенесли. — Ба положила часы на свой рабочий стол и опять повернулась к нам.

— А мы Майрону уже все поручили, — сказала я.

— Да? Ну что же, отлично, — улыбнулась она. — Тогда идемте, я вам дам сонной настойки, чтобы перестройка на столичное время пошла быстрее.

О, это дело нужное, но… Сначала разговор.

— Ба, — я серьезно на нее посмотрела, — можно тебя сначала на два слова?

Она на миг замерла, а затем прищурилась и медленно произнесла:

— Думаю, да. Кайри, — бабуля повернулась к подруге, — ты же позаботишься о Марке?

— Разумеется, — приподняла смоляные брови та. — Могла бы и не спрашивать. А то не понятно, чей он внук!

— Не пыхти, — фыркнула ба и махнула рукой. — Все! Выметайтесь отсюда!

— Пойдем, мой мальчик, — бабушка Кайри сползла с тумбы и гордо вскинула голову. — Видишь, некоторые так жаждут разговора, что совсем позабыли о правилах хорошего тона.

— Да-да, — не впечатлилась завуалированной отповедью моя бабуля. — И вообще, Кайри, ты помнишь, что у нас еще полбутылки осталось?

— Я подумаю, — царственно отозвалась та, но смешинки на дне ее зрачков четко показывали, что леди Айверхел изволит дурачиться.

Она кивнула мне и направилась к двери. Марк молча пошел за ней, напоследок одарив меня многозначительным взглядом. Подозреваю, пытался намекнуть, что после разговора ждет меня в своей комнате. Я коротко кивнула и сосредоточила все свое внимание на бабуле.

Как только дверь закрылась и мы остались наедине, ба, прислонившись к столу, сложила руки на груди и спокойно сказала:

— Я тебя слушаю, внучка.

— В общем… — я нервно переплела пальцы, — меня вчера немного украли.

— То есть как это? — Темно-каштановые брови бабушки поползли вверх. — И что значит — немного?

Не теряя времени на предысторию, я поведала бабуле все, начиная с того момента, как услышала голоса рядом со своей башней и решила проверить, кто там. И по мере того, как я рассказывала, во мне росло смутное ощущение, что эту историю она уже слышала. По крайней мере, ее удивленность, гнев, шок и прочие яркие эмоции в большинстве своем не выглядели искренними. Может, кто-то другой и не заметил бы, но это же моя ба! И я прекрасно ее знаю!

— Так, хватит. — Я оборвала себя и хмуро на нее зыркнула. — Ставлю свой любимый гаечный ключ, ты знаешь об этом всем не намного меньше, чем я сама.

— С чего ты взяла? — изумилась бабуля.

Почти натурально.

— Ба, я же знаю, когда ты играешь, — устало выдохнула я и, найдя глазами единственный в этой мастерской табурет, подошла к нему и села.

— Гайка, кажется, ты переутомилась, — удрученно покачала головой она. — Внушаешь себе всякую чушь. Откуда мне знать это все?

— Вот и я интересуюсь, откуда? — Я сощурилась и задумчиво потеребила кожаный браслет на левом запястье. — Либо этих придурков, которые шлялись у нашего особняка, уже поймали, либо… — Я ощутила, как округлились от шока мои глаза. — О нет… Быть не может…

Эмоции. Они не всегда были наигранными. А исключительно в тех местах, которые, кроме меня, знал еще и Форендай. Но… не может быть! Или… может?

— Святые шестеренки… Ба-а-а! — Я резко поднялась и уперла руки в бока. — Ты что, говорила с Гертвишем?!

— Э-э, Глори, тебе совсем резьбу сорвало?! — воскликнула бабуля и для верности пальцем у виска покрутила. — Придумаешь тоже!