Пятая космическая - Вячеслав Шалыгин

– День независимости США-СДИ? – Гордеев помотал головой. – Простите, господин Ван Ли, но я все равно склонен вам не поверить.

– Почему? – Ван Ли уставился на генерала честными глазами.

– Потому что Генштаб даже не намекнул на возможность этого контрнаступления!

– Вот я от имени Генштаба и намекаю.

– И где пакет? И к чему были ваши прелюдии насчет больших перемен и новой роли «Возрождения»?

– Марсиане ни в коем случае не должны догадаться, что нам известны их планы. – Ван Ли развел руками. – Поэтому никакого пакета у меня нет. Так же как нет ничего подобного у других инспекторов и курьеров, разосланных во все армии, на флоты и в отдельные подразделения. Я взял на себя вашу армию и бригаду потому, что уверен – вы сыграете особую роль в начинающемся спектакле.

– Но почему, черт возьми?! – не выдержал Гордеев. – Что в нас такого особенного?!

– Ваша судьба, генерал.

– Вы же не астролог!

– Я и не гадаю. Я знаю точно. Ваше будущее просчитано на мощнейших компьютерах – это вас устраивает? Вы слышали о североамериканском профессоре Аароне Ривкине, ведущем специалисте в области электронного прогнозирования? Он мобилизован и работает на меня. Именно он подсчитал, что в девяти из десятка вариантов развития событий вы и ваши офицеры играете главные роли. Это очень высокая степень вероятности.

– Бред какой-то, – раздраженно бросил Гордеев. – Этим и занимается аналитический отдел Генштаба? Просчитывает судьбы? Вы, наверное, еще и медали за это получаете?

– Лейтенант Краснов и его взвод погибли третьего июля в девять тридцать две по Гринвичу? – спросил Ван Ли.

– Девять тридцать одну, – негромко поправил Преображенский.

– Вот такой допуск. – Ван Ли покивал. – Мы заранее знали, когда это случится.

– Что же не предупредили, суки? – процедил Бородач.

– Извините, господин инспектор, – толкнув товарища локтем, сказал Преображенский.

– Я понимаю ваши чувства. – Полковник печально вздохнул. – Но знать и предотвращать это разные вещи. Они никогда не стыкуются. Мы можем либо знать и созерцать, будто через стекло, не в силах вмешаться, либо способны, как нам кажется предотвращать, вмешиваться, а на самом деле просто делать то, что предписано судьбой.

– Например, сейчас, если бы не прилетели вы, прилетел бы кто-то другой? – подытожил Преображенский.

– Именно так, Павел Петрович.

– И кто будет следующим подопытным кроликом за стеклом? – неприязненно глядя на Ван Ли, спросил Бородач.

– Вам действительно хочется это знать, ваша светлость? – Китаец оставил от узких глаз и вовсе щелочки-черточки.

Бородач замолчал на целую минуту, постепенно багровея, то ли от раздумий, то ли от гнева на инспектора и себя самого, неспособного ответить на такой простой, казалось бы, вопрос. Интересно, что ни Преображенский, ни Гордеев даже не пытались нарушить воцарившуюся в каюте тишину и как-то помочь товарищу или попытаться перевести разговор на другие темы.

– Дьявол! – Бородач грохнул тяжелым кулаком по столу. – Нет! Не хочу!

– Правильный выбор, князь, – одобрил Ван Ли и снова перевел взгляд на генерала. – Я думаю, контрудар последует в шесть утра. Плюс-минус час.

– Вы думаете или Генштаб? – уточнил Гордеев.

– Я.

– То есть это неофициальное мнение частного лица?

– Верно. Хотя официальный Стокгольм в курсе моих опасений.

– В таком случае я буду действовать, как считаю нужным, – заявил Гордеев. – Я учту ваше мнение, но ровно настолько, насколько это будет соответствовать изначальным планам.

Генерал встал. Поднялись и офицеры. Проверяющий встал последним.

– Уверен, вы примете все меры, – вновь приклеив улыбку, сказал Ван Ли. – И последнее, Иван Иванович... Вам, я думаю, известна фамилия Стивенсон?

– Командующий Колониальной группировкой войск Альянса?

– Он самый. Так вот, генерал Стивенсон сейчас на Лидии. В форте Гатлинг.

– Вот как?! – Гордеев недоверчиво хмыкнул. – С этого бы и начинали. А то – особая роль, великое будущее! Вот, значит, какой трамплин нам приготовила судьба?

– Возьмем Стивенсона – сломаем марсианам хребет, – проронил Бородач.

– Непонятно только, как он там оказался и почему об этом не знает наша разведка, – заметил Преображенский.

– Все просто, – сказал Ван Ли. – Штаб колониальной группировки марсиан уже давно обосновался на Лидии. Именно поэтому планета до сих пор не сдалась. Если угодно, это еще один факт в пользу моей теории.

– Теории, – фыркнул Гордеев. – Если мы будем опираться на теории...

Закончить мысль ему не дал адъютант. Он возник в дверях кают-компании бесшумно, однако сам факт его появления говорил о том, что дело у капитана неотложное и требует вмешательства Гордеева.

– Разрешите?

– Докладывай. – Генерал нахмурился.

– Дальняя разведка сообщила о перегруппировке марсианских флотов. Пять из семи вошли в Солнечную по дальним маякам. Векторы их движения пока не просчитаны, но предварительно – все направляются к Земле.

– Та-ак. – Гордеев покачался на каблуках. – А Шестой и Седьмой?

– Где Седьмой пока неизвестно, а Шестой флот идет сюда, к Лидии. – Адъютант протянул электронный планшет. – Вот рапорт. После убытия Шестого флота, Колонии Альянса в секторах Альдебарана и Центавра сдались нам без боя, но Ударные армии Селье и Де Брасса не собираются высаживаться на сдавшиеся планеты. Они тоже взяли курс к Земле. Прыгнули прямо на маяк Луны. Надеются успеть раньше марсиан.

– Получается, марсиане пожертвовали Данаей и Миррой, как пешками, чтобы взять ферзя и поставить мат? – задумчиво пробормотал Гордеев. – Это все меняет.

– Очень верный пример, – заметил Ван Ли. – Но они пожертвовали не только две пешки, а еще и поставили под удар коня, ваша светлость. Вы думали, что Лидия, просто хорошо укрепленная планета, прикрывающая караванные трассы в Пояс Освоения и Гиады, но невольно вы заблокировали гораздо более важный объект. Взяв Гатлинг, вы могли бы серьезно повлиять на ход войны, господин генерал. Но теперь, к сожалению, это делать поздно.

– Будет поздно, когда Овчаренко протрубит отход. – Гордеев взглянул на Ван Ли скептически. – Марсиане рассчитывают отвлечь все наши силы на оборону Солнечной, под шумок вывести застрявшие на Лидии войска и штаб из окружения и, ударив всей мощью по Земле, победить. Но мы помешаем им спасти Стивенсона, – Гордеев взглянул на Бородача, – и сломаем марсианам хребет.

– Землю они могут взять и пятью флотами, без колониальных и без Стивенсона, – возразил Преображенский. – Извините, что вмешиваюсь, ваша светлость, но я не согласен с ходом ваших рассуждений. Мощи у марсиан хватит и без лидийцев. Если марсиане захватят Землю, то смогут диктовать нам условия даже со «сломанным хребтом».