Уакерос - Андрей Чернецов

– Фронтера! – показала большим пальцем куда-то вниз появившаяся в проходе стюардесса.

Бетси недоуменно посмотрела на девушку.

– Фронтера! – повторила та и добавила по-английски. – Граница!

А, все понятно. Их самолет пересек воздушную границу Колумбии.

Элизабет прижалась носом к иллюминатору, стараясь рассмотреть, что же там внизу.

Внизу были горы, покрытые густыми лесами. Показалось, что они стали как будто бы зеленее и как-то сочнее по сравнению с мексиканскими. Мисс МакДугал повернулась к соседу по ряду, чтобы спросить его мнение по этому поводу.

Хоакин мирно посапывал в своем кресле…

Обстоятельства ее отъезда в Колумбию напоминали землетрясение или цунами.

Главным источником стихийного бедствия стала, конечно же, многоуважаемая графиня Германгильда Клюге фон Клюгенау, примчавшаяся в Мексику, чтобы лично сопроводить под венец свою любимую племянницу Регентруду.

Сразу же навалилась масса «неразрешимых проблем».

– Ein – неприлично молодой девушке до свадьбы жить в доме холостого мужчины, пусть даже и жениха! Zwei – на свадьбе обязательно должны присутствовать родственники невесты, если не все, то как можно больше! Drei – отчего еще никто не позаботился о приличном подвенечном платье для новобрачной, а также о нарядах для подружки невесты и, главное, для её посаженных родителей?! Само собой, посаженными матерью и отцом невесты станут лично она, Германгильда, и сэр Арчибальд МакДугал, который из-за приступа подагры не смог прибыть вместе с графиней, но вот-вот воспоследует. Vier – почему до сих пор никто не озаботился тем, что невеста лютеранка, а жених – католик?! Надо же что-то решать!!..

Первым под напором будущей «тещи» пал сеньор Васкес. Вернее, ретировался подальше от урагана, сославшись на неимоверную занятость на выборах. «Последняя валькирия Третьего Рейха» милостиво приняла от него бразды правления в виде платиновой карточки «VISA» и символической связки ключей от дома.

Что касается любезной племянницы, то здесь нашла коса на камень. Баронесса Регентруда фон Айзенштайн, еле-еле вырвавшаяся из-под опеки графини, упорно не желала возвращаться «под материнское крылышко».

– Ein – я уже достаточно самостоятельная девочка, чтобы принимать ответственные решения! Zwei – свадьба моя, и я приглашаю на нее того, кого хочу!! Drei – кому не нравится, может катиться на все четыре стороны!

Естественно, ни о какой экспедиции в Колумбию при сложившихся обстоятельствах речи быть не могло. У дона Мигеля как-то сразу накопилось множество неразрешимых проблем в бизнесе и по предвыборным делам. Как бы ни ерепенилась Труди, но в резонах Германгильды имелись рациональные зерна. Особенно это касалось межконфессионального вопроса.

Так что, в конце концов, выяснилось, что в Колумбию может отправляться одна лишь Элизабет. Да и то ненадолго, чтоб поспеть к свадьбе, на которой ей уготовили роль подружки невесты.

Графиня Клюге фон Клюгенау попыталась было и тут вставить свое слово.

– Негоже тебе ехать Бог знает куда, едва-едва оправившись от тяжелой болезни! Поезжай-ка, милая, на курорт. В Баден-Баден или Лозанну. Горный воздух, прогулки на лыжах – это как раз то, что тебе сейчас нужно. Вот я телеграфирую своей кузине графине фон Болен унд Гальбах, чтобы она приготовила для тебя комнату в своем загородном доме на Женевском озере. Заодно познакомишься с ее внуком. Прелестный молодой человек! Погоди, где-то у меня была его фотография…

Еле отбилась, сославшись на необходимость внести выкуп за Крюгера и Думкопфа.

Васкес снабдил её нужной суммой и в качестве личного телохранителя выделил ей Хоакина. Элизабет немного поломалась для порядка, но на самом деле была вне себя от восторга. И сам парень ей нравился, да и ощущение мужского плеча в столь деликатном деле как общение с террористами – вещь немаловажная.

Кузина Труди была явно недовольна их тандемом, но это, как говорится, уже её подробности…

«Нет! – возмущалась про себя Бетси. – Надо быть именно мужчиной, чтобы вот так преспокойненько спать, прикрыв лицо газеткой, когда прямо под тобой, внизу расстилаются земли Колумбии, легендарного Эльдорадо!»