Смеющийся труп - Лорел Гамильтон

Доминга явно никогда не встречала настоящего телепата. Иначе бы не отзывалась о них так презрительно. По-своему они внушают страх не меньше, чем она.

— Я оживляю мертвых, Сеньора. Это всего лишь работа.

— Ты веришь в это не больше, чем я.

— Но стараюсь изо всех сил, — сказала я.

— Тебя кто-то уже проверял. — Это был не вопрос, а утверждение.

— Моя бабушка со стороны матери проверяла меня, но не этим. — Я показала на все еще шевелящуюся лапку. Она была похожа на те фальшивые руки, которые можно купить у Спенсера. Сейчас, когда я уже не держала ее, я могла попытаться уговорить себя, что у нее внутри крошечные батарейки. Хорошо.

— Она была вудуисткой?

Я кивнула.

— Почему ты не училась у нее?

— У меня врожденный дар оживлять мертвых. Религиозные предпочтения от этого не зависят.

— Ты христианка. — В ее устах это прозвучало упреком.

— Вот именно. — Я встала. — Хотелось бы сказать, что мне было приятно провести с вами время, но это будет неправда.

— Задавай свои вопросы.

— Что? — Смена темы оказалась для меня слишком стремительной.

— Спрашивай, что ты там хотела спросить, — сказала Доминга.

Я поглядела на Мэнни.

— Если она говорит, что ответит, значит, ответит. — Казалось, он не особенно этому рад.

Я снова села. Еще одно оскорбление — и я уйду. Но если она действительно может помочь… О дьявол, в ее руках была тонкая нить надежды. И после того, что я видела в доме Рейнольдсов, я за нее уцепилась.

Я намеревалась сформулировать свои вопросы как можно вежливее, и теперь мне нельзя было ошибаться.

— Случалось ли вам в последнее время оживлять зомби?

— Допустим, — сказала она.

Ладно. Я помедлила, прежде чем задать следующий вопрос. Мне снова показалось, что в руке у меня шевелится эта чертова штука. Я потерла ладонь о коленку, словно это ощущение можно было стереть. Что меня ждет в худшем случае, если она обидится? Лучше не спрашивать.

— Вы не давали зомби задание… отомстить? — спросила. И вроде бы даже вежливо. Поразительно.

— Нет.

— Вы уверены?

Она улыбнулась.

— Я запомнила бы, если бы выпустила из могилы убийцу.

— Зомби-убийцы не обязательно были убийцами при жизни, — сказала я.

— О? — Ее седые брови взметнулись вверх. — Неужели ты так хорошо знакома с оживлением «зомби-убийц»?

Я боролась с желанием уклониться от ответа, как школьница, которую уличили во лжи.

— Только с одним случаем.

— Расскажи мне.

— Нет. — Мой голос был твердым. — Это мое личное дело. — Личный кошмар, которым я не собиралась делиться с леди вуду.

Я решила слегка изменить предмет разговора:

— Мне приходилось раньше оживлять убийц. Они были не более агрессивны, чем обычные зомби.

— Сколько мертвых ты вызвала из могилы? — спросила Доминга.

Я пожала плечами:

— Понятия не имею.

— Дай мне… — она, казалось, ищет нужное слово, — хотя бы приблизительную оценку.

— Не могу. Должно быть, несколько сотен.

— Тысяча? — спросила она.

— Может быть, я не считала.

— А твой босс в «Аниматор Инкорпорейтед» ведет счет?

— Я полагаю, что все мои клиенты занесены в компьютер, — сказала я.

Она улыбнулась.

— Мне очень любопытно узнать точную цифру.

Чем это может нам повредить?

— Я выясню, если получится.

— Какая послушная девочка. — Доминга встала. — Я не оживляла этого вашего «зомби-убийцу». Если, конечно, именно он ест честных граждан. — Она улыбнулась, почти засмеялась, как будто это было очень забавно. — Но я знаю людей, которые не стали бы с тобой разговаривать. Людей, которые могли бы совершить это злодеяние. Я спрошу их, и они мне ответят. Я узнаю правду от них, а ты узнаешь ее от меня, Анита.

Она произнесла мое имя так, как оно должно звучать — «Ани-и-та». Это было весьма непривычно.

— Большое спасибо, сеньора Сальвадор.

— Но взамен я попрошу тебя об услуге, — сказала она.

Я готова была поспорить, что сейчас она скажет какую-нибудь гадость.

— Что это за услуга, Сеньора?

— Я хочу, чтобы ты прошла еще один тест.

Я смотрела на нее, ожидая, что она продолжит, но Доминга молчала.

— Какой тест? — наконец спросила я.

— Пойдем со мной вниз, и я тебе покажу. — Голос ее был слаще меда.

— Нет, Доминга, — сказал Мэнни. Он снова встал. — Анита, все, что Сеньора может тебе рассказать, не стоит того, чего она хочет взамен.

— Я могу поговорить с людьми и не людьми, которые не станут разговаривать с вами, ни с кем из вас, добрые христиане.

— Пошли, Анита, нам не нужна ее помощь. — Мэнни двинулся к двери. Но я не пошла за ним. Он не видел останков. Ему не снились покрытые кровью плюшевые медвежата. В отличие от меня. Я не имею права уйти, если Доминга может мне хоть чем-то помочь. И тут не важно, жив Бенджамин Рейнольдс или мертв. Эта тварь, чем бы она ни была, будет убивать снова и снова. И голову даю на отсечение, что это как-то связано с вуду. В этой области я не сильна. Мне нужна помощь, и притом срочно.

— Анита, пойдем. — Мэнни взял меня за руку и потянул к двери.

— Скажите мне, что это за тест.

Доминга торжествующе улыбнулась. Она знала, что я в ее руках. Она знала, что я не уйду, пока не получу обещанную помощь. Проклятие.

— Давай спустимся в подвал. Там я тебе все объясню.

Мэнни сильнее сжал мою руку.

— Анита, ты сама не знаешь, что делаешь.

Он был прав, но…

— Ты, главное, не уходи, Мэнни, поддержи меня. И постарайся не допустить, чтобы я сделала что-то действительно опасное. Ладно?

— Анита, все, что она от тебя потребует, будет опасно. Может быть, не физически, но это нанесет тебе вред.

— Я вынуждена, Мэнни. — Я потрепала его по руке и улыбнулась. — Все будет хорошо.

— Нет, — сказал он. — Не будет.

Я не знала, что на это сказать, кроме того, что, вероятно, он прав. Но это не имело значения. Отступать я не собиралась. Я сделаю все, что она попросит — в рамках разумного, — если это остановит убийцу. Если поможет сделать так, чтобы я больше никогда не видела полусъеденных трупов.

Доминга улыбнулась: