Дама Пик - Макс Мах

— Рад вас видеть, профессор! — улыбнулся, вставая из-за стола внушительных размеров мужчина средних лет. — Как поживаете?

— Здравствуйте, мэтр Бернарди, — Августу все это не нравилось, но ему остро нужны были деньги, и он сдерживался. — Судя по тому, что вы титулуете меня профессором, а не графом, дела мои обстоят хуже некуда.

— Мне кажется, — осторожно заметил банкир, возвращаясь в кресло — что было бы куда хуже, если бы я стал притворяться, что ничего не произошло.

— Вы правы, мэтр Бернарди, — согласился Август и тоже присел, — и я вам за это весьма благодарен. Но давайте перейдем к делу. Вы занятой человек, да и у меня, признаться, есть на очереди несколько неотложных дел.

— Тогда переходим к делу, — кивнул Бернарди. — Чем могу быть полезен?

— Сколько вы можете дать под залог моего имения? — С этими словами, Август выложил на стол выписку из кадастровой книги.

Ломбардец взял документ и без лишних слов углубился в чтение. Свиток был длинный — вилла, лес и плодородный, но необрабатываемый крестьянами берег реки, — и мэтр Бернарди читал довольно долго.

— Двадцать тысяч золотых флоринов, — сказал он, завершив чтение.

В принципе, у Августа были кое-какие деньги, но именно «кое-какие». Вместе с профессорским окладом, на жизнь — пусть и не такую роскошную, как раньше, — должно было хватить. Однако, если его планы, связанные с «реинкарнацией» великолепной Теа д’Агарис, станут реальными, перейдя из области допущений в плоскость их реализации, ему понадобится много денег. Принцип прост: хочешь заработать много денег — не скупись, создавая предприятие. Так что двадцати тысяч Августу было недостаточно.

— У меня есть неплохое собрание картин, — он положил на стол очередной список и приготовился ждать, но ломбардец ответил сразу.

— Я наслышан о вашей коллекции, профессор, и могу дать под нее еще десять тысяч флоринов.

— Сумма мне подходит, — кивнул Август. Этого, и в самом деле, должно было хватить на «первый взнос». — Я беру деньги сроком на три месяца под обычный процент. Вы ведь не станете поднимать ставки?

— Не стану, — подтвердил банкир.

— Тогда, я бы хотел получить деньги послезавтра или даже в начале следующей недели. Это возможно? — спросил Август.

— Если захотите отказаться, неустойку платить не придется. — Это было щедрое предложение, но, с другой стороны, колдунов такого уровня, как Август, пойди еще найди. А тут свой, знакомый и благодарный. Игра, по-всякому, стоила свеч, а альтруистов среди ломбардских ростовщиков отродясь не водилось.

3. Вилла Аури, день третий

Уже смеркалось, когда карета Августа остановилась перед виллой Аури. Вместе с ним приехали дама Браганца и отличный, но пока еще малоизвестный в столице портной — немец Мартин Кунст со своей помощницей. Портного рекомендовал Августу хозяин лучшей аптеки города магистр Бах, с которым их свела, в свою очередь, общая любовь к алхимии. Бах был потомственным городским ремесленником, но получил отличное образование. Обладая слабым магическим Даром, он, тем не менее, преуспел в алхимии и составлении ядов. И, разумеется, он знал Всех: и аристократов, и мастеровых. Так что у кого и спросить совета, — если ищешь хорошего, но при том неприметного и неболтливого портного, — так это у аптекаря Баха.

Бах и его помощница Марта привезли с собой ткани, инструменты для кроя и акварели с модными образцами платьев и плащей. Август предполагал, что снятием мерок и выбором гардероба для графини Консуэнской они займутся завтра, если на то будет воля богов. Он хотел вернуть мастера Баха в город не позже третьего часа пополудни завтрашнего дня, с тем чтобы провести первую примерку через три дня, а вторую — через неделю. Через десять дней Август надеялся получить новый гардероб для дамы д’Агарис, включая туфли, перчатки, шали и прочую ерунду, заказом которых займется все тот же Бах.

В отличие от портного, дама Браганца нужна была Августу уже сегодня. Он собирался провести этим же вечером магический ритуал «Ховварпнир Гна»,^[12] и Маргарита Браганца должна была в нем участвовать. Дело в том, что, размышляя прошедшей ночью о том, какие перспективы открывает перед ним магия Таньи, Август неожиданно вспомнил об одном старинном и малоиспользуемом аркане, который идеально подходил именно для их с гостьей ситуации. «Ховварпнир Гна» позволял напрямую — из головы в голову — передавать знания и умения, на приобретение которых обычным порядком ушли бы долгие недели, месяцы или даже годы. Замечательное колдовство, одна беда — ограничения на его использование были столь жесткими, что его почти никогда никто не использовал. Во-первых, устанавливать связь «передачи» можно было только между лицами одного пола. Во-вторых, Отдающий не должен был иметь никаких магических способностей. Даже самый слабый дар способен случайным образом исказить передаваемое от человека к человеку знание и помутить его разум. И, в-третьих, Принимающий, напротив, должен был быть магом, иначе просто сойдет с ума. И чем сильнее будет его Дар, тем лучше.

Вспомнив о «Ховварпнире Гна», Август принялся искать женщину, способную «научить», Танью французскому языку. Непростая задача, если честно. Ведь ему нужен был кто-то, в достаточной мере образованный и обладающий культурной речью. Кто-то, кто согласится участвовать в ритуале и не станет затем рассказывать всем и каждому, откуда Теа д’Агарис знает французский язык. И он такую женщину нашел. Маргарита Браганца — всеми забытая старуха, влачившая жалкое существование в бедном пригороде столицы. Трудно поверить, но еще тридцать лет назад это была красивая и довольно известная дама полусвета. На протяжении двух десятилетий она была одной из самых знаменитых и желанных куртизанок Генуи. Красивая, умная, воспитанная и образованная, она была способна затмить большинство аристократок. Но, разумеется, в «хороших домах» ее не принимали.

Август узнал о Маргарите случайно, когда отец — теперь уже его бывший отец, — рассказал о ней в качестве назидания. Женщина была так уверена в себе, что умудрилась пропустить переломный момент. Вот только что она была популярна и желанна, а в следующее мгновение о ней уже все забыли. Сбережений у нее почти не было. Пришлось продавать драгоценности. Однако, привыкшая жить на широкую ногу, она не заметила, как растратила и эти деньги.

— Печальный конец, — констатировал старый граф, завершая свой рассказ. — Я слышал недавно, что она теперь живет на Старых мельницах у блошиного рынка.

Там ее Август и нашел сегодня днем.

* * *

Она опять его удивила. Во-первых, Танья ему очевидным образом обрадовалась. И это оказалось неожиданно приятно, потому что, как выяснилось, он тоже успел соскучиться. А, во-вторых, она собрала часы и заставила их идти. Возможно ли такое, и, если возможно, в каком из миров женщины разбираются в механике и оптике? За прошедший день гостья успела нарисовать на листах бумаги схему зрительной трубы, приведя рядом с рисунками и схемами довольно сложные вычисления, большую часть которых Август не понял. Зато он ухватил главное — это были не фантазии, а чертежи, выполненные человеком, который хорошо разбирается в оптике, знает математику и не чужд инженерному искусству.