Брошенная колония - Кирилл Шарапов

— А то еще и магичку с собой таскать придется. И не лыбься, — заметив, как при слове магичка, оживился Игнат. — Бабы они, конечно, красивые, но стервозные, редко среди них нормальную встретишь. Профессиональная деформация. Давай дальше.

Демидов запустил запись. Дед смотрел без особого интереса, пока не добрались до тайника.

— Где эта руна? — заинтересовано спросил он. — И дневник. Не боись, не заберу, посмотреть хочу.

Игнат расстегнул пуговицу и достал из кармана трофей. Старик долго изучал руну, потом листал дневник.

— Никогда ничего подобного не видел.

— Как и я, — согласился Игнат. — Думаю, это важно. Все руны уже давно известны и используются, нами, волшебницами и простыми людьми. Но это…

— Это что-то новое, — продолжил за него старик. Забирать я у тебя не буду, сам знаешь, трофеи святы, но прошу позволения показать запись одной знакомой магичке. Она не болтлива, ей можно доверять. Кроме того, очень способная особа, отлично разбирается в рунах. И именно то, что нам нужно, теоретик.

— Да, пожалуйста, — согласился Видок. — Но руну и дневник я пока заныкаю. Сдается мне, когда информация о нем разойдется, всем он станет резко нужен.

— Я бы на твоем месте продал его по-быстрому, — взвесив «за» и «против», предложил Дед, — и подороже. Штука, похоже, бесценная, если кому-то с помощью него удалось создать новые полезные руны. Здесь, в Сторожье, тебе за это хороших денег не дадут. В Белогорск нужно, или в Златоград. Все самые сильные магички там.

— Далеко, — заметил Игнат. — Знаешь, сколько туда будет стоить портал открыть, чтобы с багги и вещами перекинули? Все, что у меня есть, и доплатить еще. Ладно, это еще не все.

— Показывай.

Запустили запись. Когда дошли до лаборатории, Сергей Витальевич поставил ее на паузу.

— Веревея, говоришь? Слушай меня внимательно, сынок. Завтра ровно в двенадцать часов ты будешь тут, трезвый, со свежим лицом. Ты расскажешь тем, кто здесь соберется, все, что произошло. Будешь вежлив, повторишь все столько раз, сколько понадобится. Про дневник и руну ни слова. Ты меня хорошо понял?

Игнат кивнул. Он и так знал, что дело серьезное, но если уж глава Сторожьего отделения просил, вернее, фактически приказал, значит, все стало очень сложно.

— А в чем дело? — решил он задать вопрос.

— Дело в том, что года два назад инквизиция нашла разрыв. Большой разрыв, далеко отсюда. С ними была магичка-середнячок, звали ее Веревея. Начала она запечатывать. Дальше никто ничего не знает. Магичка исчезла, трех инквизиторш и двух дружинников их сопровождавших, нашли мертвыми солдатиков боевыми заклинаниями в клочья разорвало а инквизиторшам буквально вырвали сердца из груди, магия-то на них не действует.

— Чем дальше, тем страннее, — пробормотал Игнат. — То есть, мне сильно повезло?

— Тебе запредельно повезло, — поправил старик, — что хозяйки не было дома.

— Погоди, сейчас еще кое-что покажу.

Он перемотал запись на мост с бандитами. Бой старика не заинтересовал, а вот труп мужика в сапогах и допрос очень даже.

— Слушай, Видок, я все время тебя спросить хотел, как ты умудряешься наступать в дерьмо, причем двумя ногами сразу и в прыжке?

— Судьба такая, — усмехнулся Игнат. — Случайно не знаешь, что за хмырь?

— Случайно знаю, — ответил старик. — Хмыря этого зовут Александром, он доверенное лицо Альберта Новина. Кто такой, объяснять надо?

Игнат помрачнел.

— Не надо. Он член совета от торговой братии, второй человек в городе.

— Верно, поэтому, тащи-ка сюда сапоги, которые ты снял с покойника, и автомат. Надо их спрятать вместе с записью, подумаю, как этого скота прижать, используя новые доказательства. Короче, никому ни слова. Надеюсь, твой придурочный свидетель тоже будет молчать?

— И я надеюсь, но надежды мало, — погрустнел Игнат.

— Это плохо, но будем верить, что у него мозгов хватит, чтобы не проговориться. А теперь иди, Видок, мне подумать нужно. И помни, что я тебе сказал насчет завтра.

— Ради тебя я буду относительно трезв, — честно ответил егерь, — и постараюсь быть вежливым.

— На большее я и не мог рассчитывать, — усмехнулся Дед. — Кстати, зайди-ка ты за оплатой заказа в совет сегодня. Лучше иметь на руках живые деньги. Сейчас время к пяти, хватит тебе, чтобы с делами покончить. Только не спусти все разом, хотя это не про тебя, ты бережливый. Много трофеев взял?

— Не слишком. Нашел кассу артистов, несколько ювелирных безделушек, сейчас в ломбард сдам. Тройку пистолей. Кстати, один хочу себе оставить, покажу только оружейнику. Пистолет вроде ничего, на мосту меня выручил очень. Ну и ружье старое чудовищного калибра, даже не знаю, что такое, с трудом влезло в багги. Зелья из лаборатории, но тут уже надо показывать химичкам. Ножик, что из девчушки вытащил.

— Ладно, беги, дел у тебя еще много, а мне подумать надо. Самописец оставь, я еще разок посмотрю, и сапоги с автоматом занести не забудь.

Игнат кивнул и вышел.

С делами Демидов управился за два часа. В совете все прошло очень быстро. Получив четыре чекана золотом за ликвидацию лесовиков, он направился по магазинам.

Сторожье — довольно большой город. Игнат хоть и вырос в братстве, но школа там была хорошая, и историю Интерры преподавали на совесть, рассказывая все, что было записано пять сотен лет назад. Многие архивы, конечно, погибли, но кое-что сохранилось. Для учеников всегда был шок, когда обучатели говорили, что в первом городе на Интерре жило больше полумиллиона человек. Когда же они рассказывали, что в земных мегаполисах живут по двадцать-тридцать миллионов, а в Марсо-сити около трехсот, раздавался презрительный гул. И вот тогда включался уцелевший проектор, и на белой стене появлялись кадры, прошедшие сквозь века, на которых бурлила жизнь великих городов.

Старожье был не таким — обычный средний город за зачарованной крепостной стеной с центральной площадью, на которой находились все органы управления, включая наместника князя. Мощеные булыжником дороги, словно спицы, разбегались в разные стороны. Двухэтажные бревенчатые и каменные дома в три этажа стали строить недавно.

Самое высокое здание в четыре этажа, сделанное из черного камня, естественно принадлежало Сторожской магической гильдии, которую возглавляла волшебница второй ступени Ариана. Перед входом как раз стоял ее золотистый легковой мобиль, сделанный в Яр-княжестве. Это не багги, и не грузовик торгаша, а роскошная машина с кожаными сидениями, с низкой посадкой, способная передвигаться только в пределах города. Никто не знал точно, сколько Ариане лет, но говорят, она застала последних колонистов, а сюда была сослана из Волхова — вольного города магичек. Игнат один раз ее видел в городском совете, приятная женщина чуть старше него, только вот в глаза у нее плескалась глубокая древность. Волшебницы не стареют.