Ключ Иоко - Варвара Еналь

Виолончель достигла крещендо и остановилась на самой высокой ноте.

– Ты не упомянула девочку. Она Спутница Им-Сиана, – зазвучала новая мелодия скрипки.

– Она сильна, я чувствую это. Она пробудила Замок, и я ощущаю, как оживают его комнаты. Но он проявляется в Безвременье, и совсем скоро любой тролль сможет в него проникнуть! Этого я и боюсь, Ниса. Здесь, в этом Замке, спрятано слишком много волшебства. Оно предназначалось для Настоящих Хранителей, только для них. Но они не пришли, Ниса!

Снова крещендо и высокие ноты отчаяния.

– Пришли, Ката, просто ты отказываешься это принять! В пророчестве не сказано, кто такие Настоящие Хранители. Живых в Безвременье не осталось, кроме Проводников и, конечно же, Агамы. Есть только призраки. Почему они не подходят под описание? И отчего Со не может быть Настоящим Хранителем?

– Потому что она Отмеченная, – тихо и мрачно пропела виолончель.

– Ката, это я всегда была Отмеченной. Имя «Ниса» в переводе с диалектов Прозрачных островов означает «Метка». Так меня называли моряки за мою татуировку на шее, обозначающую мои ранг, уровень. Ты это знаешь лучше меня, Ката! – Мелодия скрипки заполнила собой всю комнату.

– Нет, Ниса. Девочка, которую вы привели, тоже имеет метку. Ее поставил сам Хозяин, когда она еще была в утробе своей матери.

– Откуда ты знаешь?

– Я знаю. Девочка стоит сейчас за дверью. Пусть войдет, и мы посмотрим на нее.

Теперь наконец я поняла, что эта музыка предназначалась мне.

Стало вдруг неловко. Посох в моих руках нагрелся и норовил вот-вот обжечь пальцы. Сила обволакивала меня, струилась сквозь ладони, через древко и рассекала воздух вокруг множеством крошечных искр. Все вокруг наполнилось ярким свечением.

Подняв голову, я сделала несколько шагов, на мгновение замерла перед приоткрытыми дверьми, а затем перешагнула через порог. Что-то происходило со мной, но я не могла понять, что. Чем дальше я двигалась, тем больше ощущала в себе странную, тяжелую, но послушную силу.

Ката оказалась высокой, почти такой же, как Ниса. Ее серебристые волосы, убранные спереди в замысловатые косички и украшенные крошечными поблескивающими камнями, похожими на алмазы, струились по плечам и спускались до пояса.

Сам пояс, выполненный из синей кожи, украшали тоненькие серебряные цветочки, а длинное белое платье до самого подола покрывала искусная вышивка из белоснежного шелка. То, что это Ката, я догадалась сразу. Просто поняла, и все.

Ниса в ее взрослом облике сидела у камина, в котором бодро и весело ревел огонь. Подруга расположилась на коврике с длинным ворсом. Она сидела, обхватив колени руками, и на ее запястьях поблескивали тонкие золотые браслеты.

– Не бойся, Со, здесь мы в безопасности. Тут все свои. Садись лучше, поедим засахаренные фрукты и пирожки с птичьим мясом. Это Ката готовила, еда натуральная и очень вкусная. – Ниса быстро поднялась на ноги, приблизилась ко мне и ласково вытащила сияющий Посох из моих рук.

Мир перестал блестеть и сверкать, и неуемная сила, что бушевала во мне, тут же притихла, свернулась клубочком и стала похожа на ласкового котенка. Но она оставалась во мне, и я очень хорошо чувствовала это.

– Что со мной? – тихо проговорила я и оглянулась.

На подоконнике восседал Хант, такой же взрослый и серьезный. Он ободряюще улыбнулся и подмигнул так весело, как будто мы собрались в этом огромном зале для развлечений.

Луки, Тимая и Миес с братьями нигде не было видно. Кругом поднимались каменные стены, до половины зашитые деревянными панелями. Горели толстые свечи в громоздких подсвечниках, в камине пылал огонь.

Перед ковриком, на котором сидела Ниса, стоял низкий столик, чьи ножки походили на лапы луса. На нем в глубоких, расписанных серебристыми узорами мисках стояло угощение: фигурное печенье, маленькие поджаристые пирожки, засахаренные фрукты оранжевого, красного, синего и зеленого цветов. Рядом стояли два высоких серебряных кувшина.

– Ладно, можно перекусить, – согласилась я, вдруг ощутив жажду и голод.

– Руки почти зажили, ты хорошо выглядишь, – ласково проговорила Ниса. – Садись, стоит подкрепиться, прежде чем приступить к разговору.

– Вы уже говорили, обо мне, – хмуро напомнила я и ревниво проследила взглядом за своим Посохом.

Ниса уложила его на белый ковер у камина и ласково хлопнула ладонью, приглашая меня устроиться рядом.

– Надо перекусить, – тут же согласилась Ката. Ее голос теперь звучал добрее, будто, увидев меня, она успокоилась и ее тревога улеглась.

Ниса быстро налила мне горячий темный напиток из кувшина, который на вкус оказался тягучим, немного сладким и слегка покалывающим язык. Это было похоже на теплое вино с приправами или на кока-колу, из которой выпустили газ. Не могу точно объяснить вкус этого удивительного напитка, от которого мигом прошла вся слабость. Он показался мне восхитительным: насыщенным и согревающим.

Пирожки и засахаренные фрукты тоже оказались кстати, и какое-то время в зале было тихо: только трещал камин да время от времени Хант постукивал пальцами по подоконнику.

Мы с Нисой лакомились угощением, а Ката улыбалась, подливая нам в серебряные бокалы на тонких ножках необыкновенный напиток.

– А теперь, Со, я расскажу тебе свою историю, – проговорила Ниса, когда доела последний кусочек пирожка.