Искушение - Трейси Вульфф

Но как это сделать, если дракон летит прямо на меня? Есть только один способ, пока мы оба находимся в тридцати футах над землей – и он довольно жуткий.

Я знаю, все на земле думают, что я сошла с ума. Они убеждены, что мне конец, и, возможно, так оно и есть. Но недаром говорят, что отчаянные времена требуют отчаянных мер, так что я нацеливаюсь на дракона, готовлюсь и жду.

Интересно, уцелею ли я, когда он окажется рядом? И вообще, хочу ли я рискнуть?

Но если я сейчас не рискну – если я не ввяжусь в этот поединок и не одержу в нем победу, – мне все равно не уцелеть. Так что лучше уж погибнуть в бою за правое дело, чем стать игрушкой чужих прихотей – тем более прихотей такого гнусного типа, как Сайрус.

Ну нет, я не желаю провести остаток моей долгой-долгой жизни в роли узницы Сайруса или в роли его личной горгульи на побегушках.

Но я не хочу и умереть. А потому я увеличиваю скорость, прикладывая все силы, чтобы лететь быстрее, быстрее, быстрее. Хоакин по-прежнему летит мне навстречу, но по его полету я вижу, что он уверен: в последнюю секунду я не выдержу и сверну, чтобы не столкнуться с ним – могучим драконом.

Но он ошибается, да еще как. А значит, у меня есть преимущество. Пусть небольшое, но все же. И, когда дракон подлетает ко мне, раскинув крылья и извергая пламя, я делаю то единственное, что могу.

Сдвигаюсь на пару дюймов вправо, сжимаю руки в кулаки, подбираю собственные крылья… и, пробив огромную дыру в центре драконьего крыла, пролетаю прямиком через нее.

Хоакин издает вопль боли и кубарем летит к земле, не в силах остановить падение, поскольку у него пробито крыло. Да, мне от этого неуютно – как же иначе, – но раненое крыло можно легко вылечить, особенно с помощью Мэриз.

А оказаться в темнице, где меня продержат всю жизнь? Нет, это куда хуже.

А позволить Кругу делать все, что им вздумается? Это еще хуже.

Краем глаза я вижу, как Хоакин исчезает за мгновение до того, как коснуться земли – видимо, с помощью магии он был телепортирован в лазарет. Вот и хорошо – теперь у моих противников стало на одного игрока меньше.

Зрители вопят – уж не знаю, болеют они за меня или против меня, – но я не трачу ни единой секунды на то, чтобы взглянуть на них.

Вместо этого я круто пикирую, чтобы перехватить Кэма, приближающегося к линии ворот. Ну нет, я не позволю этому мерзкому бывшему бойфренду Мэйси переместить мяч за линию ворот. Ни за что.

Вот только рядом с Кэмом меня поджидает Коул. Однако я отнюдь не намерена проигрывать какому-то шелудивому псу с комплексом бога, даже если сейчас он выглядит как человек. И вместо того, чтобы преградить Кэму путь, я бью его под колено.

Он вскрикивает, валится на землю и теряет мяч – что мне и было нужно. Схватив мяч, я делаю сальто назад и пытаюсь взлететь – ведь теперь, когда один из драконов выбыл из игры, мои шансы в воздухе стали намного выше.

Но не успеваю я подняться и на два фута, как на меня прыгает Коул. Мне не удается увернуться, и он обхватывает руками мою талию и тянет вниз.

Я отбиваюсь – будучи каменной горгульей, я могу противостоять ему куда более действенно, чем когда я человек, – но прежде чем мне удается врезать ему как следует, мы проваливаемся в еще один портал.

Этот портал узок и быстр – так узок, что мои каменные крылья скребут по его стенам, и так быстр, что у них отламываются края. Боясь, что я не смогу летать, если потеряю слишком много камня – судя по данным, которые я раскопала в библиотеке, горгульи могут регенерировать части тела, но это происходит не сразу, – я делаю то единственное, что приходит мне в голову. Вновь принимаю человеческое обличье.

Но от этого ситуация не становится лучше, ведь я по-прежнему в этом портале вместе с Коулом и мячом, и, пока я стараюсь завладеть «кометой», Коул старается схватить меня. Я пытаюсь отползти, добраться до мяча, который катится перед нами, но у Коула другие планы: он хватает меня за джинсы и рывком подтягивает к себе, пока я скребу ногтями ледяную стену портала.

Перевернув меня, он обхватывает руками мое горло и сжимает его.